Стас Айнов
7 рассказов
Соблазн на расстоянии вытянутой руки
Вы не первый день вместе, видите друг друга насквозь и знаете друг друга, как облупленных. Где же ванны шампанского, пальмы и розы, Феррари и ножки от ушей, страсть и восторг, упругая кожа, лучистые глаза и пышная шевелюра? Куда идти в смятении? По девочкам? По мальчикам? А если вспомнить детскую…
Сказка о заморском рыбаке и нашей рыбке
Малолюдно в суровой церкви. Женщина-священник сводит судьбы высокого немолодого мужчины и миниатюрной невесты, с которой рядом стоят взрослые дочери-близнецы. Уверенной походкой под звуки органа ведет к дому рыбак свою новобрачную в белом подвенечном платье. Ночь без темноты, завывающий ветер и…
Эротика по
С закрытыми глазами я трогаю ее пальцем. Мягко. Чувствую, как от нее идут мощные биотоки. Меня начинает примагничивать. Приоткрываю веки и сквозь ресницы вижу тугие бедра в ярком облегающем платье. Ее кожа лоснится на солнце, как лакированная. Опасные полные губы говорят о ненасытном желании. Её…
Мягкое место в жестком интерьере
Самое начало 90-х годов. В киосках "Союзпечать" еще нет обнажёнки в витринах. В магазинах на полках пусто. **************** На стенах Выставочного зала развешены картины. Почти на всех изображено мягкое место. Что хотел сказать художник? Может, примерно так? "Оно прохладное, когда всё тело тёплое.…
Долг чукчи
Поздней осенью встретились на Манежной площади старые друзья: Иванов, заруливший из провинции в Москву, и Петров, столичный. - Привет! - Здорово! И начались всякие да- нет, ахи- охи, помнишь- не помнишь. - Ну, как ты? - Нормально. А ты? - Отлично. - Как твоя жена- красавица? - Ну, вспомнил! Стервой…
Парижский романс
Сорокалетний астрофизик изящно лысоват и бородат. Он любит завтракать в небольшом парижском кафе, обдумывая предстоящий день. Двадцать шесть лет он погружен в космос, который коварен, как недоступная женщина. Все обещает разгадку тайн и обманывает надежды. Этот журавль в небе, кажется, уже натер…
Прихотливая
Спина, белая и стройная, блаженно распрямилась на новом диване. Она понравилась ему, и он подарил ей два удовольствия: не скрипел и был широким. Старый диван был отправлен в отставку. Спина, такая нежная и чувственная, была его любимицей, но что он мог для нее? Только скрипел, выдавая секреты…