ВОЗВРАЩЕНИЕ. Часть 2

Прошло ещё несколько дней с момента последних событий, о которых я рассказывал. Маленькая сиротка Аня всё ещё жила у нас дома, и пока не было никаких признаков того, что это изменится в ближайшее время. Наши совместные игры, которые я тщательно планировал, как разведчик свою миссию в тылу врага, не продвинулись так далеко, как мне хотелось бы. Хотя случайные прикосновения к Аниным интимным местам доставляли мне удовольствие, я был вынужден скрывать это и опасаться бабушкиного неожиданного визита. Я предполагал, что она могла подозревать о «тайных делах», происходящих в её отсутствие.

Когда я принимал душ, мне часто приходилось заниматься собой для того чтобы хоть немного контролировать свои желания и не выйти из себя в неподходящий момент.

Несколько новых игр с явным подтекстом временно разнообразили нашу независимую жизнь, но вскоре стали надоедать моей озорной подруге. Она всё чаще отказывалась от "удобных" позиций или плавания с поддержкой и реже садилась ко мне на колени, погружаясь в свои мысли.

Как всегда, все наши игры начинались с предостережения о недопустимости откровенности с кем-либо другим. Я был относительно уверен (ведь для маленького ребёнка нет ничего важнее обещанного), но оставался вопрос — действительно ли она притворяется? Это беспокоило меня больше всего.

Однажды за обедом мы остались вдвоём, и я решил спросить:

- Ты знаешь, что такое статуя свободы?

- Нет – ответила она с любопытством.

Излив ей множество поэтических и вдохновляющих слов (сам не ожидал от себя такой красноречивости), я продолжил с хитрой ухмылкой:

- Знаешь, ты очень на неё похожа!

- На кого? – спросила она.

- На статую свободы.

- Серьёзно?! – воскликнула Аня, и я заметил, как её эмоции стали более яркими за последнее время. Я тут же добавил:

- Давай я подниму тебя на руки, и ты будешь парить, как она.

- Давай! - радостно ответила моя собеседница.

После того как она немного успокоилась от восторга, я сказал:

- Но есть одна особенность, из-за которой вы с ней не совсем похожи. Это можно исправить, но мне немного неловко об этом говорить…

- Ну так скажи уже! – настойчиво потребовала она.

- Ты всё бабушке расскажешь – немного обидевшись произнёс я.

- Да нет же! Обещаю никому не скажу – умоляла Аня.

- Ладно, дело в том, что у статуи свободы под плащом нет нижнего белья. Она свободна как птица и не носит человеческие одежды – сказал я, осознавая абсурдность своих слов.

- Хорошо, я сниму его, только подними меня выше – согласилась она.

План сработал: моё возбуждение достигло пика.

- Готово – произнёс я и огляделся вокруг. Забор у нас был прочный — три метра высотой без щелей, но кто знает — может быть ребята притаились на деревьях?

Затем одной рукой я схватил Аню за ноги, а другой поддержал её сзади и поднял изо всех сил. Я неделю тренировался ради этого момента: моя «статуя» была далеко не лёгкой в отличие от «идеалов», которые она представляла обществу.

Мои пальцы начали ласкать её интимные места; удерживать такую тяжесть неподвижно было невозможно. Покачивая её из стороны в сторону, я играл с её телом, а она визжала от счастья как ребёнок, приняв позу статуи свободы. Что-то внутри меня подсказывало, что немалую долю радости ей приносило возбуждение: через несколько минут она ощутила прилив эмоций и вскоре мы вернулись на землю.

Сразу после этого она бросилась ко мне в объятия и выразила свою радость от такой игры. Обняв меня, она плотно прижалась своей грудью к моим ребрам, а внизу столкнулась с моим возбужденным членом.

После этого она поспешила в ванную комнату. Это было понятно - нужно было промыться после нашей активности. Я же помыл руки и задумчиво остался у входа.

В такие моменты я хотел проявить свою силу и власть, поставив ее раком и удовлетворив как последнюю шлюшку. Но всегда что-то препятствовало мне - например, через час должна была прийти бабушка. Поэтому я отправился вместе с Аней в ванную, сказав ей одеться и привести себя в порядок.

Я успокаивал себя тем, что делая все это последовательно и аккуратно, я двигаюсь к своей заветной цели медленно, но верно. И конечная цель у меня была только одна.

Уже сам факт того, что я собираюсь заняться сексом с неопытной девочкой, возбуждал меня, и я в очередной раз мастурбировал настолько громко, чтобы меня не было слышно.

Я не чувствовал себя педофилом, а скорее мастером-психологом.

Событие, которое ускорило развязку, произошло через день после этого.

Продолжение следует. История выдумана, любые совпадения случайны.