Старинные забавы

— Машенька, прости меня! Я заслуживаю наказания. Вот тебе плеть. Накажи меня, дорогая, — молодой барин Андрей Николаевич опустился на колени перед своей женой, протянув ей плеть.

— Андрей, я не могу этого сделать. Ты мне дорог. Рука не поднимется.

— Тогда я буду целовать твою руку сто раз и уговаривать её, — сказал он и начал покрывать поцелуями руку своей госпожи.

— Не проси. Я не смогу это сделать, — отдернула руку Маша.

— Так что же мне самому себя пороть?! — с обидой в голосе воскликнул мужчина.

— Если так уж необходимо, могу приказать своей служанке. Пусть она тебя накажет, если тебе действительно это нужно, — ответила Машенька сдерживая эмоции мужа.

— Служанка?

— Да, моя Пелагея. Она сделает всё, что скажу.

— Это отличная идея. Мне так стыдно перед тобой, что я действительно не достоин пострадать от твоей руки. Пусть холопка меня наказывает. На глазах у тебя и наших людей пусть все увидят, как барин к жене виноват и как хочет искупить свою вину. Позови её!

Машенька приказала Пелагее исполнить желание мужа. Служанка упала в ноги госпоже: разве бывает такое, чтобы холопка наказывала барина! Но Оленька подняла свою верную служанку и прошептала ей на ухо о том, что это необходимо.

— Постарайся ради меня, — попросила Маша.

— Ради тебя, барыня моя, я готова на всё... — ответила Пелагея и взяла плеть в руки.

Барин распорядился поставить лавку посреди двора. Он спустил штаны и лег на неё животом вниз. Народ собрался чуть поодаль и наблюдает за происходящим.

Женщины перешептываются:

— Смотри-ка, как барин перед женой извиняется!

— И правда он виноват перед ней...

— Каждый муж так бы и поступил.

— И не говори, кум, я бы своего тоже наказывала...

Вот подошла Пелагея с плетью. Хотя страшно бить барина, но что поделаешь — хозяйка велела. Она встала с одной стороны лавки и приготовилась. Глянула на свою барыню, та кивнула головой: начинай.

Плеть свистнула и оставила розовый след на белых ягодицах барина.

— Удары сильнее! — закричал Андрей Николаевич. — Строже бей!

Пелагея вздрогнула от его крика. Словно сама получила удар плетью. Холопка… Да, холопка! Так уж будь по заслугам, барин. И она принялась бить изо всех сил. Зад барина быстро покрывался багровыми полосами. Терпел он, стиснув зубы.

— Так мне и надо, — думал он про себя. — По заслугам!

Пелагея старательно порет его так же, как её когда-то пороли. Пусть и барин почувствует это на себе. Андрей Николаевич вертелся от боли; удары действительно были жестокими...

Но с каждым ударом он всё больше ощущал любовь к своей госпоже Машеньке и растущее чувство благодарности к служанке, которая теперь так активно применяет плеть на его заднице. Непременно надо отблагодарить девушку чем-то ценным...

Он терпел до тех пор, пока Машенька не вмешалась и не остановила наказание.

Встал наказанный с лавки и натянул штаны на покрасневший зад.

— Поцелуй руку Пелагее в знак благодарности,— приказала ему жена.

Барин опустился перед холопкой на колени и поцеловал её руку, все это наблюдали.

— А мне ноги целуй,— велела Маша своему мужу.

Ему только этого и надо было; он склонил голову к земле и многократно облобызал ноги Маши. А она поставила ему сапожек на голову, чтобы всем стало ясно: кто теперь главный в этом доме навсегда.

К Пелагее подошёл молодой конюх по имени Герасим и сел рядом.

— Как ты теперь будешь жить, Пелагеюшка? — спросил он.

— Да как Бог даст. Собираюсь в Москву с госпожой. Куда барыня, туда и я, — ответила она.

— Тебе там хорошо в крепости у неё?

— А что, нехорошо? У меня хозяйка хорошая. Кроме того, если барин кого-то накажет, кто его еще будет бить, как не я? Моя хозяйка руку на мужа не поднимает, — весело рассмеялась Пелагея.

— Это верно, — с улыбкой заметил Герасим. — Ты бы могла очень даже приятно наказать. Я бы тоже на твоём месте предпочёл оказаться на лавке вместо хозяина, чтобы ты меня наказала,— добавил он с выразительным взглядом.

— Накажу, если захочешь. Набери хворостинок и зови в конюшню — я приду тебя уважить... — тихо сказала Пелагея и посмотрела на него особым образом.

— Ну что ж, Пелагеюшка, помнишь о своих словах? Позову тебя сегодня вечером, приходи! — сказал парень и поспешил к усадьбе: его уже давно могли начать искать. Хороший слуга всегда должен быть под рукой у своего хозяина.

Вечером пришла Пелагея. Герасим хотел её обнять, но она отстранилась.

— Розги приготовил? — строго спросила она его.

— Приготовил...

— Так давай посеку или передумал?

— Не передумал! Всё от тебя с радостью приму,— сказал он и протянул ей розги.

— Ложись туда на сено! Будешь строгим или пощадишь в первый раз? — улыбнулась девушка.

— Построже! — смущённо произнёс Герасим.

— Тогда оголись и начнём! — велела она.

Парень подчинился: стянул портки и лёг на сено с оголённой спиной.

Пелагея несколько раз провела прутом в воздухе, проверяя его гибкость.

— Отличная розга, звучная, — похвалила она это орудие наказания.

Когда первая розга оставила огненный след на ягодицах Герасима, он едва удержался от крика, стиснув зубы и издав стон.

— Как ощущения? — спросила девушка с сочувствием.

— Нормально... — проговорил парень сквозь зубы.

Пелагея снова ударила его, затем ещё раз. Герасим начал ерзать, напрягая ягодицы.

— Расслабься! Принимай наказание смиренно! — приказала она.

Он послушно поддался. Ещё три удара пришлись по его белым ягодицам.

— Ай! — не выдержал он и вскрикнул наконец.

— Это ещё не всё! — возмутилась Пелагея. — Держись!

Она нанесла ему ещё пять ударов.

— Хватит или продолжим? — спросила она.

— Продолжи, я вроде привык уже, — ответил Герасим.

— Молодец, мне это нравится! Я только начала входить во вкус, — похвалила девушка раба, который был ей небезразличен.

Она выписала ему ещё двадцать ударов; зад у него пылал от боли, но вместе с тем он испытывал необыкновенное чувство радости. С ним произошло что-то удивительное и возбуждающее — словно он переживал особенное любовное свидание с той самой девушкой, о которой мечтал и которая сейчас была рядом с ним. Ему захотелось выразить благодарность Пелагее:

— Спасибо тебе, госпожа Пелагея, — сказал парень и встал, надев порты и завязав их перед ней. Затем он опустился на колени.

— Позволь поцеловать твою ногу... — попросил Герасим.

— Разве я барыня?

— Барыня именно ты!

— Ну что ж, целуй тогда,— сказала она и протянула свою босую ногу вперед.

Герасим склонился и поцеловал её нежно губами.

— Я буду твоим преданным слугой, — пообещал он.

— Хорошо, я согласна, — хитро улыбнулась Пелагея. — Но учти, я строгая хозяйка и могу наказать, если что-то пойдет не так.

— Я тоже с этим согласен. Если уж мне быть твоим рабом, наказывай меня в любое время по своему усмотрению, — Герасим вновь прикоснулся губами к ноге девушки.

— Хватит, раб. Иди займись делами. Когда я захочу тебя видеть, сама тебя позову. Только следи за тем, чтобы розги всегда были в конюшне...