Эскорт. Часть 22

Кире, похоже, понравилось быть кинозвездой — она стала изображать из себя светскую львицу, не до конца пробудившуюся ото сна. Ну а я — что я — я уже на четвереньках — хорошо, что наручники были сняты, стоял возле кровати, ожидая дальнейших указаний. Моя партнёрша по кинобизнесу презрительно посмотрела в мою сторону и, изображая недовольство, сволочным голосом обратилась ко мне:

— Я же сказала — я хочу позвонить! Ты, недоразумение, уже пять минут назад должен был притащить мне телефон! Ну, я жду! Живо! И — не смей вставать на ноги! Ты наказан и будешь ходить на четвереньках, пока я не захочу другого!

Я послушно ломанулся в сторону тумбочки, где, по моему разумению, должен был быть этот самый телефон — и он действительно лежал рядом с часами. Взяв телефон в одну руку, я «на трёх лапах» вернулся к ложу своей Госпожи и протянул ей телефон, стараясь изображать радость от выполнения столь ответственного поручения.

— Долго! Ну да ладно! — она проимитировала набор номера и, выждав некоторое время, замурлыкала вполголоса — Алло, доброе утро, Генриетта Адольфовна, это Кирочка беспокоит... Вы знаете, что-то мне сегодня нездоровится — слабость, голова кружится, живот слегка крутит... Нет, нет, врача я вызывать не стала... Да ну, что Вы, какая беременность, от кого... Можно я сегодня отлежусь, а в выходные отработаю? Ну да, конечно, тортик с меня — «Прага», как Вы любите... Спасибо большое, Генриетта Адольфовна...

Закончив псевдообщение с псевдоначальницей Кира опёрлась на локоть и повернулась ко мне: — Ну что, ничтожество, что ждёшь? Не видишь, что ли, что твоя женщина хочет принять душ, выпить утренний кофе, а потом ещё немного поспать? И, как ты думаешь, я душ должна принимать одетой? Что ты должен сделать? Ну давай, соображай быстрее, тупица! Какой ты... И как я тебя терплю... Давай, быстро, снимай с меня вторую туфельку! Да не руками! Да, да, вот так, зубками, зубками! Молодец! Ну а теперь — снимай чулочки! Можно руками! Один ты уже обслюнявил, сам потом постираешь! Хотя — почему потом? А ну ка, открывай рот, да пошире! А глаза закрой — хочу тебе сюрприз сделать — надеюсь, понравится!

Ну и что мне оставалось делать? Только поддерживать импровизацию — я, как мог широко открыл рот, и, закрыв глаза приготовился неизвестно к чему. А потом понял, что один из чулок, только что снятых мною, был превращён в кляп, а вторым мой подбородок был обмотан таким образом, чтобы я не мог ничего изо рта вытолкнуть...

— Ну что, давай, изображай из себя стиральную машину! Слюней то у тебя много должно быть! Чулочек должен быть постиран! Жуй, жуй! Вот молодец, мне нравится! А как ты думаешь, что хочет человек после сна? Правильно, он хочет в туалет! А как ты своей бестолковой башкой думаешь, надо ли перед туалетом трусики снимать? Надо? — я послушно закивал — Ну а если надо, что ждёшь? — Кира встала с кровати и уперлась промежностью мне в лицо — Давай, снимай! Хотя, подожди,

я вижу, что чулочки ты уже простирнул...

Сказав это, она освободила меня от кляпа и, взявшись за ошейник, подтянула мою голову к себе — Давай, снимай, зубками, зубками, да смотри, не порви — они хрен те сколько стоят — из Париже привезли, под заказ... Вот так, хорошо! Положи рядом — если заслужишь, тоже разрешу их постирать! А теперь, догадайся, что ты должен сделать для своей уставшей и не выспавшейся девушки? Как не знаешь? Ты должен отвезти её в ванную! Давай, разворачивайся!

Я развернулся на сто восемьдесят градусов, и Кира тут же села на меня верхом — Ну что замер? Не знаешь, где ванная? Поехали!

Девушка оказалась неожиданно для меня довольно тяжёлой, да и к тому же я впервые выступал в роли боевого скакуна, но — меня чрезвычайно взбодрило то, что я поясницей почувствовал, как писечка моей наездницы стала влажной, и мой опавший было член ощутимо взбодрился, что не ускользнуло от Аркаши — от со своей камерой чуть ли не полз рядом с нами весь недолгий путь к джакузи, белевшей в углу комнаты.

Моей надежде на более-менее благополучное завершение действа «сцена два, дубль один» исчезла с первой репликой моей партнёрши:

— Молодец! Умеешь, когда захочешь! Давай ка поближе — или ты хочешь, чтобы я на холодный пол встала? Нет? — девушка слезла с меня и встала на коврик перед джакузи — А что, воду я должна сама включать! Смотрю, ты совсем страх потерял, мразь! Быстро! Хотя... Блин, я же со вчерашнего вечера в туалет не ходила... Что-то меня приперло — писать хочу, как медведь бороться... Блин, блин, блин... Не успею же до туалета... Аж к глазам подкатывает... Не в джакузи же... Я здесь каждое утро расслабляюсь... А, вот что — придумала! А ну ка, быстро залез в джакузи и на спину лёг! Что ждёшь, я что-то непонятное сказала?

Я уже действовал «на автомате» — воля и желание сопротивляться куда-то испарились — послушно влез в джакузи и лёг лицом вверх, ощущая спиной и ягодицами холод покрытия. Плюс ко всему добавилось то, что для «положение лёжа» было мало место, и я не мог придумать, куда поместить ноги — или согнуть их в коленях, или выставить наружу...

— Ну что ты телишься? Не знаешь, куда свои костыли девать? Вот ты... Сгибай в коленях! Что, неудобно? А мне то каково? Ты что, хочешь, чтобы у меня мочевой пузырь лопнул! Живо, открыл рот! И учти, если хоть каплю прольёшь... Вылизывать потом будешь!

Говоря это, Кира залезла в джакузи и присела над моим лицом так, что её нижние губы почти коснулись моего лица. А потом она расслабилась и в мой открытый рот полилась струйка светло-жёлтого цвета... Я не испытывал при этом никакого чувства брезгливости — единственным моим желанием было не захлебнуться — я не успевал проглатывать почти безвкусную жидкости, да и Кира не могла контролировать направление струи — так что, несмотря на все мои усилия, почти сразу «дождик» залил мне глаза, подтёк под

маску и, естественно, попал на дно джакузи... К моему счастью (если я только мог быть счастлив в моём положении) запасы благословенной влаги закончились, но не закончились мои испытания...

— О, как мне хорошо... А ты доволен? Что молчишь? Мне понравилось — теперь каждое утро будем начинать с этого... Так... А как же я надену трусики? У меня же вся писечка мокрая! Что замер! А ну ка, быстро! Вылизал досуха! Вот так, молодец! Мне это тоже нравится! Давай, давай, старайся! — поняв, что больше от меня особого толку как от рулона туалетной бумаги не будет, девушка встала в полный рост — Что это за хрен! Я же тебе говорила, что ни капли не должно попасть в джакузи! Говорила? Говорила! Предупреждала? Предупреждала! Не сделал? Не сделал! Быстро, встал раком и всё, что пролил — слизал! Давай, давай, до последней капли! Как, вкусно? Что молчишь? Что ты должен отвечать?

— Вкусно, моя Госпожа!

— И всё? А поблагодарить за утренний напиток?

— Спасибо, Госпожа! Нектар, которым Вы меня напоили дал мне силы для того, чтобы и дальше служить Вам...

— Вот так-то! А теперь отрегулируй воду — я хочу принять душ! И после можешь отдохнуть! И вспоминай, что я люблю на завтрак!

Я послушно отрегулировал воду, сполоснул, уже по своей инициативе, дно джакузи и выбрался «на волю», но только для того, чтобы услышать голос Вероники: — Стоп, снято! Аркаша, всё получилось? Как она ссыт в рот этому чмошнику крупным планом снял? Молодец! Всем — перерыв десять минут!