Могут и повторить или Страх и ненависть в Берлине

Странно, но убийцы живой природы, вся эта мразь пржевальских и арсеньевых почему - то до сего дня считаются порядочными людьми, знаменитыми путешественниками, специально приезжающими в Анголу дабы убедиться, что Ангола - не Пятое авеню. Они пишут свои книжонки, восхищаясь предприимчивостью великого Альвеца и Негоро, оказывающегося по всем раскладам капитаном Перейрой.

- Какой же вы негодяй, Негоро, - с нескрываемым изумлением произнесла плененная мистресс, никак не желая готовить по утрам жизнерадостному торговцу чорным деревом спаржу под майонезом.

- Это лишь удвоило цену, - высокомерно бросил чорнобородый Негоро, провидчески прозревая удвоение вэвэпы руссиянским фюрером чухонской нации, привычно солгавшим, конечно, обычно ни х... я не исполнившим из своих обещаний, целиково погрузившимся в непростое дело разъединенных народцев, смеша пребывающего в аду Гитлера до слез. - Не желаете ли утроить ?

Великий Альвец радостно щерился, пираты глубоко дышали ( взволнованы ), а придумавший все вот это вот все Жюль Верн оказался педиком. Как, впрочем, Данте Алигьери и Леонардо да Винчи. А мы - то при Совке и не знали ! И лишь благодаря свободам рыгать х... ню неистребимой малаховщины знаем. Все и всё, сразу и навсегда.

- Капитан Перейра, никогда ты не станешь майором,

Не наденешь папаху юдашкинских снов,

Не петь тебе, падло, хором

Среди хора славящих Путина мудаков.

Ты так вовремя гикнул,

О, актер театров с кино,

Не узнал, что Деникин - то - Дикин

Или Жикин на колесиках, и все равно

Не исполнивший планы народов,

Как вредитель, двурушник и диверсант,

Потомок тыщи поколений уродов,

Был барыга - стал коммерсант,

Был предатель - теперь депутат,

Из бандитов в министры

И снова нету рифмы. Это как с кальмаром Навальным, помнится, как вот хочешь крути - верти, а не рифмуется. А почему ? А я скажу. Потому говно. Вся эта палитика с фуфельной ботвой из слов и слов, можно укутаться словами и целыми фразами, но народец руссиянский хрен ты переделаешь. Его нужно просто оставить в покое, нехай гниет дальше со всей своей великой страной. А когда лезет эта погань, то по рогам ей и обратно под нары загонять, самое там место сукам и мудакам.