От чувств иных кружится голова

"Клеопатра!" Ведь Я- Антоний!!!

Время кратное болеро

Веский экскурс без церемоний:

-ложе смертное, для кого?

Антоний... от дали смертности церемоний отодвинул мысли. Привстал, перекрестился, сломал с куста увядшую розу... нанес себе шипами ощутимую боль. Мокая перо в рану, окровавленным пером хотел мысль продолжить;-но...

Напротив, соседка Антония в свободном одеянии пропалывая грядки Приземлила полет бурной фантазии пиита. Играя в прятки с золотым лучом, поэт притиснул образ-женщину Майоля, в аналы существа. Он возрастает вновь,-такие чудеса. Движение, экстаз непроизвольный... но для любви достойный.

Глядя на широченную в три баяна « sraku». - «Гармонию вне брака»…- его посетила грусть, после взрыва чувств. Соседка стояла к нему «rakom» с тонкой талией в перспективе на жимолостный куст. Он ощутил себя Кентавром…-Но! Цепной пес, муж -цербер, тощий гончий кружил …и был ко всему готов … стоял недалеко на пять иль шесть шагов у строящейся бани - совсем рядом, на уровне бревна под топором. Без дураков. Он с ядом от кураре... но это промеж слов. Как жаль, глаза слезятся... по заду бабу не признал. В конце грядки с... ка развернулась, и медленно двигалась в направлении Антония.

"Муза почувствовав измену, порхала, Антония лаская взглядом…совсем была уж рядом. Трогая чувственно - запретные места. Легко и нежно, иногда чуть- чуть развратно, касалась смятого гвоздя!"

Лица соседки он не видел. Но красотой бог не обидел. Соседка знала …что ненасытное мужское око следит за ней - она не одинока. И наклонялась ниже- ниже, гламурно к грядочке своей. Животворящий грузный розовый курдюк тащился по земле. Груди издавали странный звук, величиной с арбуз, они катились впереди неё по грядке, в лучах судьбы в ритмическом порядке… едино в цвет обобщены.

В сторонке на колу висела шляпка. Пела Оляпка. У дома кукарекал доморощенный петух. Его на слух воспринял божий "зодчий." Чтоб он замолк, огрел тяжелым тапком. Коль не утихнешь,-голову снесу! Вмиг стало тихо,- так живут в раю. Когда идет борьба, -такого нет в меню.

Протиснулась корова в ворота, бок почесав у косяка. Рогами подпирая облака... расшаркалась, вширь растопырив ноги... смочила музу, зодчего слегка. Поэта вновь вернула до берлоги... вернее в берега.

-Была оскомина, от форм соседской дочки…поставим точку. Настоящий профиль Нефертити. Вот это видимо она, двигалась Антонию навстречу. Двигалась легко, непринужденно… как полагается в наклон, прикид при первой встрече. Показывая всю прелесть запазушной небесной «благодати»...-творила чудеса! Любовь -всегда ведь кстати. Как я мог перепутать древо и росток? Слеза возможно помешала, он явно видит не хозяйку- её дочь.

Груди непроизвольно катились впрямь,- сюда…к нему. Боль сердца опрокидывала навзничь поэта и быка, и ко всему все выглядело странно. В глазах зажегся свет, а эмпирический дуэт утюжил поэтично прозу. Хватая музу-деву за лобок, он позабыл-что женщина-шарада. И сочинять, -её конек, всевышнего награда.

Муза покидали привычные обжитые места. Терзалась впредь, с пиитом чудеса! Явление Антонию;- во взоре расплескалась красота... и он парит в оправе рифм, их ссоры. На удивленье,- факт; не чувствует он веса, плотской боли, средь терний на кресте... сочувствует и музе и себе. Он в неглиже, он ангел с алой розой... распятый на кресте.

Соблазн велик он будто в пустоте, цепляется проказник за тлетворность. И удивляясь нежной белизне, жемчужности овалов таинств спорных... не мыслимо;- прижать её к себе. Макнув перо в заоблачные формы. Неистовые формы Мориме. Точеные фигурки до реформы.

***

-Антоний !-принеси воды из бани. И подай веник и половую тряпку. Да побыстрей! – мне некогда;- я спешу. Раздался как всегда звонкий,- приказной голос «любимой» жены. /Она чувствовала, что Антония посетила не только муза но и… /она его ревновала./ Отгоняла ведение его, иных, веником и тряпкой от себя.

Антоний вздохнул; – опять начинается «prosa. » На выдохе попрощался с музой -поцеловал её крепко в засос. Прочтя на прощанье -иносказательно:

«Соразмерность сродни тумана…

Миг измерен не мной на слух

В арсенале людских изъянов –

больше царственных оплеух! »...

Опять жена его- «Мегера» замучит приказами и загневит, скрепив уздой.

Муза вздохнула; - поэзия не порхает,- так себе… но поцелуй прекрасный. На Парнасе такой поцелуй дорогого стоит. Нужно его отметить и вписать в книгу желаемых.

Но Антоний её уже не слышал. Он был поглощен - «великолепной» реальностью.

Еще раз осмотрел женские прелести соседки… сравнил с возможностью... необъятностью космических величин. Соизмерил желаемое…успокоился сам – успокоил и его.

Пригладив волосы - взял ведро и тихим шаркающим шагом направился к бане.

Муза покинула его. Но вдохновение еще не угасло… подтекст вырывался сквозь тернии наружу;

«Утка жарится во фритюре

Тьма легендой обременена

Выпить хочется ,-но не стоит

чувство смешивать с кучей дерма.

***

Муж соседки Валерий Валерьянович, у забора восточной стороны, колдовал у основ бани,- своей мечты . Фундамент заливал долго, настойчиво,- по соринке, по крупинке залил фундамент за три года. Теперь который месяц ходит чертыхаясь вокруг фундамента с двухметровым уровнем… при этом издавая множество посторонних звуков. Вытащил из за уха карандаш…- упрямо, настойчиво делал пометки в тетради. Вот это настоящий русский характер;-отметил Антоний. Не баня будет а дворец! Подумав добавил; – «термы», размером 2.5 на 4 метра. Только бы он с дверью не прогадал. Сам хозяин худосочный поросенок в любую щель пролезет. А вот жена с дочкой… в простую дверь не войдут, а в широкой не разойдутся –бикини порвут.

Валерий Валерианович в движении когда идет, быстр . В мыслях тих … но мыслей омут мутный и глубокий. Жена не может разобраться ;-как вылезти из этой круговерти? В делах он далек от оптимизма. В сортир зайдет сидит часами- кряхтит…и как будто у него в заднице свисток- манок…- Жену приманивает, корчится - страдает.

В раздумье Антоний подошел к своей бане. Какая благодать - дышится легко. Птички поют… Кошки на душе когтями не скребут. А одна кошечка - натуралка крадется к певчим птицам – лично желает поймать и скушать – закусить. Чтоб далее терпимей быть.

Почти как у моей жены; – уши прижаты- готовится к прыжку- зубы разжаты.

Антоний взмахнул поэтической рукой – певчие поняли его намек… вспорхнули ввысь – но опустились на конек дома не Антония, - продолжили прекрасно свиристеть!

Ах ! И здесь проза! Он ожидал; - что они взовьются ввысь над ним, будут увещевать округу звонким пением в счастливый знойный день. /Без божественного пения в зной увядают розы./

Антоний понимал; его покидало радужное чувство, таяла сосулькой - мысль. В такие нервные минуты он ложился на траву и отдыхал.

-С Мыслью о термах с музой и женой не первой, продолжил путь с ведром. Таинственно мечтая, задел судьбу ребром. Жена пусть возлежит, иль посидит на полке разомлевши… - а он? С музой будут решать задачи совершенства …-глобально – космический этюд из многих блюд . Любовь всегда горчинка с перцем …-Исходный материал единоверца . И жертвенность …Тантала труд совместный. Чреват исходом ;- во взлете и падении строка- несовершенство чудака. Поэт, вне времени крупица, частица мелкая песка - верблюд двугорбый -одногорбый , когда смотреть из далека. Он колобок на терке тертый. Надменность высока.

Не дурно бы… подумал он…. Если бы муза забеременела от поэзии и прозы... – Его! И родился настоящий киндер - поэтический альянс во цветовой нюанс… с хорошей родословной –боже в Нас!

С наследственностью - чистотой речей, со звуком ясности ручей... пусть не соловей, а Иволга в нюансах солнца дней.

«Эта мысль обожгла ему остаток мозга - ушла мгновенно в область сердца… и молнией пронзила пятку серебряным гвоздем. »

***

Приятную плеяду предвкушений сменили молния и гром.

Стрелы молний сыпались из "рая –сада" … от соседки Вали за ограду- не одиночно…- летели стрелы кучно –нет ограничений в том

В количестве... на слух не неслыханных…- сосед и муж от стрел «Любви» страдал . А стрелы с матом летели в разнобой, попадали в промежность всякому кто находился в досягаемости звука – он получал стрелой. удар

По простой российской формуле (Х+ П)... - пошел любимый мой меж ляжек в «Сан-Тропе»!

В наборе букв и сложных порицаний,... иная песнь, иная красота. На языке воинственных рептилий; пописай сам злосчастный под себя.

Под соусом несложный препинаний, новь манифест озвучен на ура! По тексту манифест сей предназначен , ему по существу. И на авось, воистину не каясь; звучал из уст; - расстаться?- иль убью. !

А муж сопел, по нраву в сонме маясь...-до чертиков напившись задарма. И на жену, соседку невзирая... свистел в гудок, ждал праведных суда

Под корень оголен... чем удивил соседку. Незложен был женой... "труп" явный для битья. Соседушка уймись, уйми свои тирады,- наука для меня!

***

Нам буквенный узор понятен с детства, и в переводе не нуждается с тех пор.

«Ах е…. й Козел! –Опять напился?! В разгул - разврат пустился. Теплицу не открыл –жара такая- все, все погибло, погорело. Я не знаю ? что мне делать? Когда же ты скотина... этой гадости напьешься. Если не бросишь пить – сволочь…-отравлю! «Сука, недоделанный поганец»! Пошел вон с моих глаз! А то убью!

- Люд! –обращается она к соседке;- у тебя глазных капель нет?

- Сейчас посмотрю!

-А то, эта скотина всю жизнь мне отравила. А твой где?

-В бане!

-Твой,- как человек в бане моется. А мой,- скотина на полу валяется.

-Твой не один.

- Мой тоже…- они видать вместе пили. Теперь в бане пьяный на полу бесчувственный лежит.

-Люд капель принеси…А я пойду авоську отнесу, пинок гибриду поднесу. И наступлю на лживого удава. Головку раздавлю. Чтоб та змеюка- дама, яйцо в подол себе снесла … не от моего , а другого мужика.

-Сейчас!

Антоний слышит удары ногой по корпусу. Враг повержен. Несколько ударов достойны комплементов. И вопль! -« Вставай сука поганая! » в момент отрублю конец!

-Валяя! Я капли принесла; -возьми!

-Иду!

-Окати его холодной водой- быстро очнется.

-А есть смысл? Он еще драться кинется! А тут моя неделя. За все муки отомщу!

-Яйца не повреди.

-Да что с ними станется… опухнут , поболят… зато дома останется! Люд !-эти скоты не все допили . Пол бутылки осталось.

-Давай и мы накатим с горя. В беседку проходи.

-Погодь! Я сейчас огурчиков сорву и приду.

Антоний набрал воды отнес жене. -Баню топить будем?

-А как же! Хочу косточки прогреть! Да! Я забыла тебе сказать;- мама приедет в баньке попариться.

-Я понял,…- пойду – затоплю баню.

Соседи Валя с Людой спелись- спились… изрядно накатили- закусили – стали петь.

Все- как всегда… громко с надрывным стоном, с молнией… но без мата- грома.

Я стонала под одним. А очнулась под другим.

Ох я недоношена - а трава не скошена.

Он не тронуть обещал,- обещанием прельщал

Ох я не доношена… а трава не скошена.

Ливень нас застал врасплох –я стонала ,-он оглох.

Ох я не доношена… -а трава нескошена!

Мы забились в закуток… забеременел восток

Ох я не доношена- вся судьба подкошена.

Голоса стали звонкие …- смягчился тембр…. к выражениям прибился разум. Разговор вошел в деликатное русло ;

- Вот мой!

-А вот мой!

-А что у тебя с глазом.?

- Люда!- это бои без правил - на добивание. Муж малость подцепил на той недели…- вот не могу проморгаться .

-Ничего глаз не … – проморгается. Мой видно сильно перебрал ! Рвет его без перерыва желчью.

-Рассольнику дай, – скот... у угости.

-А мой смотри на днях стекло разбил – себя поранил. Как бык ворота лбом таранил . Весь лоб расшиб

-Прости! Средь династий Птолемеев … Валентина воткнула штык лопаты в глубину истории и вытащила ясность из песка. Арсения- сестра Клеопатры тоже от водки умерла - отравилась.

-Да нет же…- её Гай Кассий задушил!

-Гад Кассий- такую девчонку загубил. Скати…на!

-Не гад, а Гай Кассий.

-Какая разница – все равно скотина!

Из пьяной пивной бочки лежащей на полу- раком ,- что -то полилось зажурчало – потом закапало в подполье…- из горла вырвался стон - возможное блаженство.

Стон дополнил старую заунывную песню некой «изюминкой» с матерным началом и трехэтажным окончанием. Середину смыла из памяти водка.

-Валь! А давай поставим сволочим настоящую клизму. У меня Валя есть такая клизма… на целый литр.

-Давай! Неси её сюда.

-Нет начнем с моего! Сначала уберем продукты и соберемся домой.

***

Антоний затопил баню –вышел на улицу посмотреть на море. Море плещется,- обостряет чувство. Розги воспоминаний секут голую спину. А любовные объятия ласкают волнообразно все тело .

Жаль далеко! Не слышно удара волны о старые пни и баркас.

Вниз под уклон в направлении автобусной остановке шли в обнимку , довольные,- Валя и Люда и давали дрозда!

Я бывала всем давала - Не в Аркадии,- в миру

Под итожила – узнала… Почему я не в раю!

Искривили бабе ноги два здоровых молодца

А поправить их не могут два великих мудреца.

Что мне делать ? А в итоге - я по прежнему овца.

***

продолжение следует