Это, любимая Бэйли, братья Гримм
- Искусство татуажа, - вдумчиво говорил кольщик Круга, еле заметно шевеля кончиком указательного пальца в неплотно сомкнутом анусе очередного клиента, рекомендованного самой Викой Цыгановой за большие деньги из Америки, - это вам не примитивное нанесение грима, не рощение волос и не тщательный уход за, скажем, кактусами или собаками марки шпиц, это ...
- А мне ты так не делал, - ревниво прошипела Вика, ударив кольщика гнутым венским стулом по горбу. - На, сука !
Кольщик вскрикнул, ощущая тактильно исходящую из древесины выдержанного дуба, и составлявшей самую суть стула, благость, отключившую двигательные способности нижних конечностей напрочь.
- Кажись, ты его парализовала, - вскочил клиент, ужасаясь. - Посадят ведь.
- Не ссы, - ответила лихая певица, стреляя в клиента от бедра из одноразового пистолета, сделанного одним умельцем в секретном цехе завода " Красный якорь " за литр финской водки и батон ливерной колбасы по великому блату. Затем она оттащила оба трупа на балкон, отодвинула круглый и плотный рулон линолеума, прикрывавший доступ к застекленному пространству, рванула задвижку - шпингалет, и вывалила тела наружу.
- Мусора приедут, - говорила она сама себе, заваривая на маленькой кухне, где еще оставалось вино, свежего чаю, - подумают, что сами выпали. Типа, - прищелкнула она пальцами, постепенно наливаясь лютостью, - бабу не поделили. Меня.
Отхлебнув обжигающего пищевод чаю, она твердо набуровила недрожащей рукой полный чайный стакан водки, выпила и тихо, проникновенно запела, помахивая в такт святых слов гривой :
- Русская уотка, чорный хлип, сельетка ...
- Да ты, мать, вконец свихнулась, - произнес кто - то, отвлекая Вику от вербального творчества. Она оглянулась, внутренне сжимаясь от ужаса, и увидела кольщика, совершенно невредимым образом нарисовавшегося у двери в маленькую кухню, где уже не осталось никакого вина, булькающего в данный момент ситуации в бездонном желудке певицы.
- Тттты бессмертный ? - немного заикаясь от нахлынувших впечатлений поинтересовалась вообще - то не особо впечатлительная Вика.
- Мы роботы ! - выкрикнул за спиной кольщика клиент, тоже очучиваясь на маленькой кухне, где появилось вино, уважительно выставленное кольщиком на стол. - Братья - роботы.
Через пять минут, прикончив первую бутылку водки, Вика, раскрасневшаяся и веселая, шарила у клиента кольщика в кальсонах нетерпеливой и жадной рукой, выспрашивая настоящие имена роботов :
- Вы Сыроежкины, я сразу догадалась, просто рожи забыла, а сейчас вспомнила парочку мудаков и уродов, вечно шатавшихся по телестудиям лет десять взад.
- Мы такие, - густо ухмыльнулся кольщик, раскупоривая уверенным щелчком стальных пальцев вторую бутылку водки. - Не только кушаем сырьем, но выпиваем тоже.
Демонстрируя свою суровую народную правоту он маханул стакан, жестоким локтем подвигая пару других Вике и клиенту.
- Ну, - спросил через еще пять минут кольщик, с неизбежной тоской в глазах осматривая маленькую кухню, в которой снова не оставалось никакого вина, - что дальше делать будем ?
- Френчи трахались бы, - подумала вслух Вика, закуривая вдогон " Казбек ", - грузины запели бы, но поскольку мы, товарищи роботы, русские, то предлагаю ...
Они не успела договорить, не прояснила, так сказать, своих намерений, потому что в кухню, в которой вновь появилось вино, вкатился с загадочным шуршанием резиновых колесиков Ярославский робот, горбатый и деревянный. Выставив на стол уважение, непосредственно проявившееся тремя бутылками почему - то заграничной текилы, он счел нужным представиться, чуть склонив влево свою отсутствующую голову :
- Потупчик.
Вика тонко завизжала, просыпаясь в поту и ознобе возле жаркого бока законного супруга. Посмотрела на его зад и, оттянув кальсоны, полезла, сопя и вздыхая, кончиком указательного пальца в анус. Муж, посапывая и улыбаясь, видел сон, чарующий и непостижимый сон, в котором молодой Шахрин и старый Макаревич неслись куда - то в пространство на поезде, споря и бухая.