Белая Бутто. Глава 4. Судья Фролова. Часть - 14

На следующий день, на работе, она так не навязчиво, как бы между прочим, обратилась к своему помощнику.

- Юлий, вы не могли бы для меня лично, неофициально, получить информацию о фирме "Согет".

Через полчаса он ей уже докладывал.

- Фирма с солидной долей иностранного капитала. Занимается АйТи сервисом. Это когда какие-либо организации "заваливают" документацию, отчёты. Если подобное выявляют контролирующие органы, то накладывают не малые штрафы. Вот они и обращаются в эту фирму, чтобы она у них навела порядок. Как правило там работают высококлассные специалисты. И, конечно, зарплаты у них не маленькие. К примеру ПСП банк обращается к ним регулярно и щедро вознаграждает. Вообще - фирма преуспевающая.

Марья молча выслушала своего помощника и вполголоса произнесла сама себе.

- Лучше бы она была не такой преуспевающей...

Но каким же было её удивление, когда через две недели тот же Юлий, сидя у неё в кабинете, как бы между прочим сказал следующее.

- Фирма "Согет" уже не преуспевающая...

- Как? - удивилась Марья.

- Всё. Закрылась.

- Почему?

- Да нашлись за ними кое какие грешки. Всё остальное - дело времени. Не таких обламывали. Всё как вы хотели...

Марья вскинула голову и внимательно посмотрела на помощника.

"Я этого не хотела!" - мысленно крикнула она.

*****

Помощника ей назначили где-то полтора года назад. Это был высокий, красивый парень, светловолосый и голубоглазый. Звали его - Юлий Чортень. Он был сообразительный, общительный и коммуникабельный. Работалось с ним было легко.

Марья обращалась к нему по имени - Юлий. Остальные сотрудники звали его Юлик. За глаза же его ещё называли Жулик Чортов. Поговаривали, что он сотрудник КГБ и специально приставлен к Марье, чтобы контролировать её. Она же слухам не верила, потому что не видела повода или какой-то причины для этого. И вот теперь, глядя молодому человеку в глаза, она, вдруг, поняла, что слухи оказались не такими уже и беспочвенными.

*****

Поначалу это догадка вызвала в ней взрыв возмущения. Как? К ней приставили надзирателя? Ей не доверяют? Но неожиданно, где-то из глубины сознания на неё стала надвигаться другая эмоциональная волна, которая начала выталкивать предыдущую за пределы какой-то условной границы. Эта волна принесла с собой совершенно другие мысли, которые постепенно погасили неожиданно вспыхнувшее возмущения.

"В таком случае, не всё так плохо - подумала Марья - Оставшись без работы, Ростислав, когда-нибудь, рано или поздно, примет моё предложения. А там, со временем, разберёмся и с его пассией. Не надо только торопить. И не надо давить. Пусть посидит немного в дерьме, помучается, пострадает..."

- Значит я, всё-таки, этого хотела... - тихо произнесла Марья.

Помощник её услышал, но не понял.

- Что вы сказали? - услужливо спросил он и получил ответ.

- Да так, ничего... Всё хорошо...

*****

Ростислав, после ухода из дома, не появлялся и не звонил матери. Не звонила ему и Марья. Где-то в глубине души она надеялась, что совместная жизнь у сына с Марфой не сложится и он вернётся. Конечно, это была совсем призрачная надежда, но она, всё-таки, была. А ещё она предполагала, что они теперь там всегда вместе и если бы она, Марья, стала говорить с сыном по телефону, его Марфа, скорее всего, находилась бы рядом. Она представила их разговор и в этом представлении чувствовала её присутствие. И это её смущала. Ещё в душу закралась какая-то доля обиды на сына за то, что он не звонил и она терпеливо ждала, когда у него по этому поводу заговорит совесть. Но это тоже не вселяло оптимизма. Теперь, когда его фирма закрылась, ей очень хотелось знать - как там у них дела? Вначале она думала позвонить сразу, но как-то порассуждав, решила, всё-таки, недельку подождать. И она выждала намеченный срок.

*****

В тот день, вернувшись домой с работы, Марья сразу же "села" на телефон. Робот ответил, что абонент вне зоны досягаемости...

Явившееся чувство тревоги было похоже на испуганную птичку, отчаянно вспорхнувшую с шеста и вылетевшую из клетки в случайно открытые двери. Но Марья ловким движением руки поймала её, снова впихнула в клетку и закрыла дверцу. Эта образность тут же была озвучена мысленным диалогом.

"Может что-то случилось?".

"Да просто закончились деньги..."

Потом, с перерывом в один час, она звонила ещё два раза.

Ответ был тот же...

На этот раз дверца клетки была закрыта надёжно...

На следующий день она планировала связаться с сыном в такое же время, но...

Она уже готова была утром ехать на работу, как вдруг зазвонил телефон, который она ещё не успела положить в сумочку. На экране высветился незнакомый номер...

Она предчувствовала, что это Ростислав.

"Звонит с чужого аппарата..." - мелькнула мысль у Марьи и её губы слегка скривились в злорадной ухмылке. Она была довольна собой, потому что её расчёт оказался верным.

- Слушаю...

- Мама?

- Ростик?...

Нет, птица не вырвалась из клетки и на этот раз. Она просто вспорхнула и ударилась о металлические прутья.

- Ростислав? Ты куда запропастился?

- Да я тут... - попробовал ответить сын, но почему-то замялся.

- У тебя всё хорошо?

- Да, у меня всё хорошо... Теперь у меня всё хорошо...

- Ты где?

- Я... Мы уже за границей...

- Чтооо?...

Марье показалось, что земля ушла у неё из под ног. Она удержалась лишь на какой-то хрупкой и весьма не надёжной опоре, которая, пока что, ещё медленно колебалась из стороны в сторону, но в любую минуту могла обрушиться.

- Мама, нашу фирму закрыли. Вот так вот тупо пришли и без объяснения причины наложили на всё арест. Мы с Марфой успели вырваться за границу. Она всё это предчувствовала и мы заранее подготовились.

"Конечно, это всё Марфа... Кто бы сомневался..." - подумала Марья, но вслух собиралась задать другой вопрос, однако сын её опередил и стал говорить о своём.

- Понимаешь мама, если ты человек справедливый и стоишь за справедливость, то в этой стране тебе жизни не будет. Здесь свобода одних основывается на несвободе других. Здесь не место талантливым и творческим личностям, потому что творчество тоже основывается на свободе. Извини, но в этом государстве нет свободы.

- Ты бы меня сначала спросил... - растерянно произнесла Марья.

- Ой, мама... Ты бы меня достала своими нотациями. А своими связями всё испортила. Ладно, сейчас мне некогда... Я потом позвоню и подробно всё расскажу...

Первая мысль которая пришла ей в голову после разговора с сыном - почему его так легко выпустили? И почему её никто не предупредил? Объяснение, которое оказалось очень простым, вызвало у неё болезненную реакцию.

" У нас же разные фамилии..."

Она даже застонала, словно от боли и закрыла глаза, одновременно садясь в кресло.

В это время ей показалась, что в сознание упала ширма, за которой скрывалась крамольная мысль.

"Ну, и зачем я торговала совестью?"

Эта мысль её напугала и она резко открыла глаза.

Казалось, от движения век, воображаемая хрупкая опора сломалась окончательно и Марья полетела в пустоту, а из обломков разрушенной реальности сложилась очередная мысль, представляющая из себя крик отчаяния.

- Ну почему я такая несчастная! Почему всё то, что я создала с таким трудом, безвозвратно ушло от меня? Я же хотела как лучше, я же старалась. Из Захара я сделала настоящего мужчину. В том что Ростик на отлично окончил школу и институт - тоже моя заслуга. В конце концов, Егора, это ведь тоже я создала. Да, создала... Теперь он хорошо устроился: сидит себе в тюрьме и совесть его чиста. А мне как жить?

Вдруг Марье показалось, что в её квартире исчез пол и она, одновременно со всей обстановкой, резко опустилась на этаж ниже.

От воображаемого удара её даже подбросило...