Обмен

Над раковиной умывальника склоняется девушка. Руками в мыльной пене она тискает комок белья. Потискав, опускает его в мутную воду, а когда извлекает, из него, увлекаемый стекающими каплями, бессильно вываливается носок капронового чулка или колготок. Стиркой занимается студентка-первокурсница Катя, которая для вступления в сестринство по решению Совета передана на семестр третьекурснице Тане для прохождения у неё испытания неволей. Катя стройная девушка примерно одного возраста с Таней. На ней короткая чёрная юбка и обтягивающий топик, на ногах только шерстяные носки крупной вязки. Волосы собраны в пучок на затылке.

Раздаётся звук открывшейся двери, слышится далёкий гул большого наполненного людьми здания. Готовая войти девушка, раскрыв дверь, громко кричит в коридор:

– Скажи ей: ждём, ага. Всё. Давай!

Дверь громко захлопывается. Это пришла Таня, одна из двух обитательниц скромной комнаты в студенческом общежитии: коридорчик, душевая и туалет, две кровати, стол у окна, шкафчик, стулья. Таня бросается по коридорчику и резко останавливается перед душевой. У двери в неё с комком мокрого белья в руках замерла Катя.

Катя, предупреждая вопросы, с извиняющимися интонациями в голосе торопится доложиться:

– Я уже всё, заканчиваю, прополоскать только осталось и …

Таня перебивает:

– Так, всё бросила и пошла сюда!

Таня устремляется в комнату, а Катя, положив на раковину умывальника недостиранное бельё, ополаскивает руки и торопливо вытирает их.

Таня недовольно торопит:

– Где ты там? Иди сюда, я сказала!

Войдя, Катя останавливается в дверях. Таня мечется, то ли что-то ищет, то ли старается навести порядок.

– Я же сказала тебе прибраться. Ну что опять всё навалено, а?

– Я хотела, но ты же велела колготки скорей…

– Чёрт с ними! Чего топчешься? Иди вот сюда!

Катя встаёт на коврик возле кровати, куда показала Таня.

– Так. Быстро разделась, ага!

– Зачем?

– Раздевайся, говорю, – почти кричит Таня. – И живее давай. И вообще, кто тебе разрешил вопросы задавать?

Катя недоумённо дёргает плечами и начинает раздеваться. Пока она снимает с себя одежду, Таня что-то торопливо ищет. Заметив, что девушка сняла всё, кроме трусиков, и мнётся, не зная, расставаться ли и с ними, Таня бросает ей через плечо:

– Всё, всё снимай!

Катя немного медлит, а потом, освобождается и от трусиков. Последними на постель, куда Катя бросала одежду, ложатся толстые носки. Стоя раздетой, Катя смущённо ёжится, закрывая грудь, кладёт ладони на плечи.

Всё это время Таня роется в шкафчике. Наконец из его глубин она извлекает файл с бумагами и начинает было их оттуда вынимать, но, взглянув на Катю, спрашивает: «Всё? Готово? » Катя молча кивает головой, переступает ногами. Таня швыряет файл на кровать, поворачивается к Кате и что-то хочет сказать, но тут дверь неожиданно раскрывается. В помещение входит ещё одна девушка. Это Лариса, студентка третьего курса. На ней футболка и спортивные трусы с яркой цветной полосой на боку. В руках пакет с чипсами. Она неторопливо, покачивая бёдрами, проходит в комнату. Плюхается на кровать, бросает очередной чипс в рот и, хрустя им, начинает бесцеремонно разглядывать обнажённую девушку.

– Повернулась быстренько! – приказывает Таня смущённой Кате.

– Пожалуйста, я ничего не сделала, я стирала, как ты мне велела, не надо наказывать меня... – Катя умоляюще складывает ладони вместе.

– Это что ещё за разговоры!? Нет, ты видела? (Ларисе). А ну-ка быстро повернулась, ага!

– Пожалуйста!

– По-вер-ну-лась! – делая злое лицо и ударяя воздух кулачком в такт слогам, приказывает Таня.

Катя подчиняется: опускает голову, поворачивается и прикрывает ягодицы ладонями, но они не могут скрыть следов от ударов хлыстом или чем-то вроде того. Лариса громко хмыкает.

– Вот блин! – с досадой шипит Таня, разводя в стороны руки Кати, чтобы они не загораживали «панораму». – Что ж они не заживут-то никак?

– А ты посильнее била бы, живодёрка, – ехидничает Лариса.

Таня будто не слышит комментариев Ларисы, разворачивает Катю спиной к окну и, наклонившись, рассматривает пораненную кожу её ягодиц.

– И чего делать? – спрашивает себя Таня, проводя ладонью по бледно-красным полосам, будто желая стереть их.

– А чего такое? Ты же имеешь право, – замечает Лариса, но Таня перебивает её:

– Да не хочу я, чтобы это видно было, поняла, – раздражённо объясняет Таня и спрашивает Катю:

– У тебя есть здесь с собой что-то типа шортиков, штанцов там каких-нибудь или чего-то такого…

– Есть, есть, – с готовностью кивает обрадовавшаяся Катя, – есть шортики белые.

– Доставай быстро, – приказывает Таня.

Катя с трудом натягивает на себя белые шортики, изготовленные из старых джинсов, которые очень коротко обрезали, но не подшили – снизу болтается бахрома из ниток разной длины. Катя с трудом застёгивает молнию шортиков и показывается Тане и Ларисе: шортики плотно облегают её бёдра. Таня делает Кате знак повернуться спиной. Внимательно разглядывает те участки кожи, которые шортики не прикрыли.

– Слушай, а зачем вообще тебе понадобилось раздевать-то её? – спрашивает Лариса. – Хочешь посмотреть, можно ли ей ещё всыпать?

– Да Тамарка попросила.

– Это которая Тамарка? С нашего курса, что ли?

– Ну! Хочет взглянуть на неё без одежды. Она же хореограф у нас, тренирует особую команду поддержки. Чирлидерша, блин. Со второго курса ещё. Наставница, тоже мне. Считает себя профессионалкой – где-то там обучалась. Девчонки вот только что-то у неё долго не задерживаются в команде в этой. Мне говорили, что она особенного чего-то от них хочет. Девки походят-походят на тренировки и бросают. Вот она теперь новую университетскую команду собирает. Говорит, будет совсем новая команда. Но уже не из сестёр, а из таких вот, как она (кивает на Катю), кандидаток в сёстры. Эти кочевряжиться ведь не будут. Вот я и подумала предложить ей вот её на одну там, у Тамарки, обменяться, то есть, а тут эти полосы, блин. Тамарка увидит, возьмёт да и откажется меняться. Прикинь?

Лариса встаёт с кровати неё и подходит к Кате. Оглядывает её, разворачивает к себе спиной. Катя сконфужена её бесцеремонностью, но подчиняется, только робко оглядывается на Таню, которая, взяв с кровати файл, извлекает из него какой-то документ, читает его и, присев к столу, время от времени что-то туда записывает.

– Слушай, а эта-то чем тебе не угодила? – спрашивает Лариса.

– Ой, отстань, пожалуйста, – не отрываясь от документа, огрызается Таня. – Времени совсем нет.

– Что за спешка? – интересуется Лариса, возвращаясь на кровать.

– Ну чего ты пристала? У меня через час семинар, мой реферат обсуждается, а Тамарка тоже куда-то торопится. Я же говорю, еле упросила её обменяться. Она согласилась посмотреть её (кивает на Катю), только по-быстрому.

В этот момент раздаётся звук открывающейся двери и звонкий девичий голос спрашивает:

– Э-ей! Девочки! Где вы? Таня, это я!

– Да-Да, Томочка, – вскакивая, едва не сюсюкает Таня. – Проходи, пожалуйста!

В комнату входит красивая стройная девушка. Светлые волосы в больших подрагивающих завитках, открытое улыбающееся лицо с ярким макияжем. Меховая курточка расстёгнута, в руках длинный шарф.

– Привет всем! А это вот она, да? Ой, я же тебя знаю, ты … Катя, да? Мы на теннисе встречались, да? А ты хорошенькая. Повернись-ка!

Тамара подходит ближе и замечает концы красных полос на ягодицах девушки.

– А это чего такое? Ты что, непослушная? Ты была наказана? Ну-ка, приспусти штанишки, – Тамара хмурится и поворачивается к Тане. – Это твоя работа?

– Тамарочка, – юлит Таня, – Это я виновата, не рассчитала, понимаешь. А так она очень послушная, исполнительная, можешь не сомневаться.

– Вижу я, какая исполнительная. Ну, ладно, раз уж я пришла, давай посмотрим тебя. На корте я твою динамику видела, а вот статику … Сейчас поглядим.

Тамара отступает на шаг и начинает осматривать Катю. Вместе с ней её разглядывают Лариса и Таня. Катя смущается, прячет глаза, отворачивается.

– Ну что, очень неплохо, – Тамара явно довольна. – А ну-ка сделай так!

Тамара вытягивает перед собой прямую ногу в замшевом сапожке и, касаясь носком пола, поворачивает стопу боком. Катя копирует её движение.

– Так, отлично! Тяни, тяни носочек! Молодчинка! А теперь поднимемся на пальчики… так, так, ещё выше. Отлично! Теперь пройдись-ка на пальчиках до двери и обратно. Очень хорошо! Грация и всё что надо при ней … С Маринкой моей и правда не сравнить. Спасибо, Катя!

Катя опускается на целую стопу, сверкает глазами на Тамару. Она смущена, опускает было глаза, но тут же гордо вскидывает голову, победно взглядывает на Таню.

– Значит, хочешь у меня танцевать, да? – спрашивает её Тамара.

– Я? – Катя удивлённо смотрит на Тамару, а затем оглядывается на Таню.

– Хочет-хочет! – торопится Таня предупредить лишние вопросы. – Она мне сама говорила, ага. Кать, ты же сама мне говорила. Забыла, что ли?

– Д-да … хочу, – как-то неуверенно подтверждает Катя.

– Ты же говорила … – начинает было Лариса, поворачиваясь к Тане.

Таня делает Ларисе отчаянный знак молчать и та, комично гримасничая, зажимает себе рот ладонью. Тамара, продолжающая с интересом разглядывать Катю, ничего этого не видит. Наконец, Тамара поворачивается к Тане.

– Ну, хорошо. Уговорила. Меняемся. Теперь что, за бумажками в Совет сестринства надо идти?

– Нет-нет, – поспешно заверяет её Таня, – Никуда ходить не надо. Вот у меня уже всё есть. Только заполнить и подписать. Ларис, подпишешься за свидетеля, ага?

– Ну и прекрасно, а то времени нет совсем. Давай заполняй, а я подпишу и побегу.

– А где Марина?

– Ой, да времени нет, – начинает раздражаться Тамара, – А Марину я тебе вечером пришлю. О-кей?

Таня подскакивает к Тамаре с закреплённым на планшете листком бумаги. Тамара расписывается на нём и передаёт его Ларисе, которая тоже ставит на нём свою подпись.

Катя, смущенная больше, чем когда стояла обнаженной под чужими взглядами, начинает поспешно одеваться.

– Ну всё, я побежала. Ни на что времени не хватает. Увидимся. А ты (Кате) собирай вещи к приходи ко мне. Знаешь где, да? Там тебе Марина всё покажет.

– А как же ты теперь без помощницы обойдёшься, если берёшь её танцевать? – не без ехидства в голосе интересуется Лариса. – Управится она с таким объёмом «работы»?

– Чего ради искусства не сделаешь, придётся самой стирать и убираться. Ха-ха! Шучу, заставлю девчонок по очереди дежурить. Ха-ха! Всё! Привет!

Вечером, интерьер тот же.

Таня сидит за столом и что-то пишет. Перед ней раскрытая книга. Дверь в номер с шумом распахивается, и в номер входят ещё две девушки. У одной, высокой и темноволосой, в руках огромная спортивная сумка. Это Марина. На второй девушке футболка и коротенькая чирлидерская юбочка. Она с трудом волочит большой пластиковый мешок.

– Ну, вот – принимай! – говорит девушка в футболке, ставя ношу на пол. – Всё, побежала, привет всем!

У двери девушка в футболке оглядывается на Таню и заговорщицки подмигивает ей. Затем отпускает кнопку предохранителя на замке и выходит из номера, закрывает за собой дверь. Замок щёлкает.

Марина стоит посередине комнаты. Какое-то время девушки молча смотрят друг другу в глаза. Наконец, Таня подходит к Марине и опускается перед ней на колени. Затем, обняв её бёдра, прижимается щекой к её животу.

– Вот мы и вместе,– говорит Марина. – Наконец-то.

конец