Гласность мчится с ветерком

Моей любимой Андрее Пришакариу

Он слышал жалобные всхлипы козодоев, будто наперебой сообщавших друг другу о грядущем УЖАСЕ, со стороны пруда сгущалась фиолетовая мгла, весенние лягушки, пугая осторожно выглядывающую из - за туч Луну ярко - синей брачной окраской, надрывались в безумном крике, сводя медленно ступавшего по тропе Мисквамакуса с ума. Ричард Биллингхэм, запрокинув назад голову, демонически расхохотался, сдерживая нестерпимое желание плебейски потереть руки. " К чорту ! Такие жесты более пригодны какому трактирщику, но не чорнокнижнику ", - думал сквайр, идя за слугой.

- По чорной книге есть не буду, - скрипела сзади Варвара, неся на крутом в сажень плече стонущего Варраву, - что хочешь вот делай, но не буду.

- Куда ты на хрен денешься, - отвечал Биллингхэм, не оборачиваясь, - дадут тебе говна на лопате, сволочь, за милую душу схаваешь.

- Милые души !

Мисквамакус, встав на берегу пруда, вздел руки и заорал, содрогаясь :

- Сопли у мертвецов сосали ! Слышите ли вы, милые души, мои дикие и ничем не обоснованные крики ?

- Слышим, - отвечали бандарлоги, трепещущей массой трясясь от наступающего УЖАСА на ветвях баньянов, высаженных еще при блаженной памяти Павле Петровиче, когда предок сквайра переселился на эти говенные берега Яузы с туманных окраин Альбиона, устав лицезреть вырождающиеся физиономия имперских бриттов, незаметно для себя становящихся жидами, но не пиктами и Полами Гаскойнами, например, - мы все слышим, Мисквамакус.

- Хорошо, - совершенно плебейским жестом потер вспотевшие ладони Мисквамакус, продолжая камлание близящемуся УЖАСУ, - значит, думаю, вы уже, о, бандарлоги, прозреваете самую суть творимого ?

- Ахуй ! - завизжали бандарлоги, свиваясь хвостами в косматый клуб приматов. - Творится ахуй !

- Да уж, - сварливо пробрюзжала Варвара, бросая Варраву в пруд, - после румынки самое время вылезти свиным рылом Машке Шараповой.

- Спорт, - пожал плечами флегматичный сквайр, доставая из кармана сюртука папиросы. - Самое то для скучающего мужчины, не видящего трусов Потупчик, не сознающей, что то ее единственная ценность.

- Паскуда ! - завыли бандарлоги, бросаясь на Мисквамакуса. - Да проклята будет ! Даешь трусы, падло !

- На мне кальсоны, - отбивался от бандарлогов суровый Мисквамакус, разбрасывая борцовскими приемами визжащих налетчиков, - почетные дедовские кальсоны, осенившие некогда Рейхстаг.

Из - за туч вышел немец. Достал из форменного кителя расцветки фельдграу ножик вострый и одним махом перерезал воспоминанию о свинье Шараповой горло. Подбоченился пулеметом МГ - 34 и запел во всю свою дурную глотку :

- А перястройка, перястройка ...

Ну, и так далее.