Пушкин уголовник
В 1828 г Пушкин попал под уголовное преследование Синода за кощунственную для РПЦ поэму Гавриилиада
В сей прелести на грани порно пародийно антиклерикально и антиклирикально подана история деяний Святой для догматического богословия и всех верующих Троицы на стадии зачатия Христа с намеком на его подлое происхождение
Дело возбуждено классически – по доносу
На беду каноников и охранителей христианских догматов не было основной улики – рукописи поэмы с автографом автора
Пушкин указал на то, что в Лицее ему под подушку на ночь глядя для слакости снов эротомана кто-то подложил листы с картинками
Когда его стали припирать к стенке (еще не расстрельной, но уже пыточной), он указал на Горкачова (уже усопшего)
Когда члены суда стали угрожать Соловками за отказ от сотрудничества, Пушкин произнес легендарное: Давайте позовем судью глухого = тогда стихи и почитаем
Когда такого не сыскали и стали угрожать Сибирью и кандалами без права на переписку, получение посылок в Мадам Клико и УДО, Пушкин написал письмо Царю Никсу-1, которое запечатал своей печатью
Царь дело закрыл и Пушкина от уголовной ответственности освободил по той причине, что «дело ему доподлинно известно» и достаточно уже того, что виновнику торжества Церкви отказал в брачном союзе Аня Оленина
Но поэма дошла в одном из списков до Лондона и Огарев опубликовал ее среди прелестей русской заветно-запретной лит-ры
Поэма имеет ближе к окончанию похотливых похождений Бога и его посланников (Змия и арх-ангела Гавриила) к услужливой и безотказной еврейке Марии - жене Иосифа – такую сцену после очередного соития Маши и Гаврюхи:
Но между тем в задумчивости нежной
Она грешит, прелестна и томна,
И чашу пьет отрады безмятежной.
Смеешься ты, лукавый сатана!
И что же! вдруг мохнатый, белокрылый
В ее окно влетает голубь милый,
Над нею он порхает и кружит,
И пробует веселые напевы,
И вдруг летит в колени милой девы,
Над розою садится и дрожит,
Клюет ее, колышется, ветится,
И носиком и ножками трудится.
Он, точно он! — Мария поняла,
Что в голубе другого угощала;
Колени сжав, еврейка закричала,
Вздыхать, дрожать, молиться начала,
Заплакала, но голубь торжествует,
В жару любви трепещет и воркует,
И падает, объятый легким сном,
Приосеня цветок любви крылом.
Он улетел. Усталая Мария
Подумала: «Вот шалости какие!
Один, два, три! — как это им не лень?
Могу сказать, перенесла тревогу:
Досталась я в один и тот же день
Лукавому, архангелу и богу».
В этой сцене Пушкин описал:
- мастурбацию Марии
- зоо порно
- куннилингус
- оргазм, вызывающий кому
- любвеобильность Марии (Евы)
- примативность Женщицы (по Гесиоду)
- промискуитет
Когда Пушкин ознакомил царя со всем этим арсеналом здоровой эротики, царь в благодарность умельцу и знатоку воспользовался правом на милость из аксиоматики Творца до Шестоднева
Гениальный (временами) провидец, сам объявивший себя Пророком (а мы понимаем это и в библейском смысле, а не только как верного слугу Закона и Царя), Пушкин, судя по всему (особенно по доверию царю), не подозревал к чему он сузерена самовластца готовит …