Баня брюнетка

Союз, завод СССР ещё есть время.

И на отшибе цех стоял и в то и в наше время.

Начальство баньку там решило замутить.

Что б было веселее.

У нас у работяг, забрали душевую.

И раздевалку, половину ведь нам не будет жалко.

Отобрано построено, а нам там хода нет.

Мы собрались, тогда ещё рабочие могли бузить.

Мы Гегемоны или кто? Свое мы отстояли.

Начальству пятницу мы лишь оставили.

Я с мастерами не дружил, и был я заводилой.

Мы кое что еще могли, рабочие была ведь сила.

Ох банька, истории ведь сколько была с ней.

И вот одна такая. В администрации завода.

Красивая, высокая и стройная такая.

За слесарем та замужем была.

Её любил он верно.

Под стать ей, мастер в нашем цеху был.

И с ним она мутила.

Завод, деревня вроде всё.

Здесь всё про всех всё знают.

И любопытство ведь не грех.

Народу объясняют.

И кто то что то там узнал.

Как в бане те мутили.

По дружбе мужу он сказал.

Тот не поверил, сказал, он прав.

И нужно доказать, его привел он в баню.

Он мужу это показал, и был доволен.

Он прав и это доказал, за правду он не боле.

Развод, финал, у нас народ душевный и простой.

Кто показал, мирить решил, что б жили они в мире.

Муж ни в какую, видел сам. Своими я глазами.

Ячейка общества, семья еще одна распалась.

А разведенка, что с того у ней есть мастер наш и с ним она мутила.

Уж не замужняя она в открытую ходила.

Закроются те в комнате у мастеров, напротив умывалки.

И стоны смех его и той красивейшей давалки.

В обед не беспокоил их, всему есть время.

Но нужно отпросится мне, и вот уж у меня нет время.

Я колотил в ту дверь они не открывают.

Стараются ведь там они, оргазмы добывают.

Все время нет уйду без спроса, я в умывалку.

Выходят злые он она, оргазма не добыли.

Мне нужно срочно, я пошел. Иди сказал хоть был он злой.

Она смотрела на врага с тех пор как только видит.

Я в армию пошел, а про нее история другая.

Та вышла за муж, дочь у ней, но этим занималась.

А муж красивую любил, исправить может быть пытаясь.

И колотить ее он стал, она держалась.

Что было как ее довёл выпивать он стал.

Кто что и как тут говорит, та топором ему башку и отхватила.

Суд дал три года, условно так.

Он пил и бил, у ней есть дочка.

Потом родня отца вмешалась.

Был пересуд ей восемь лет.

Ребёнка и квартиру те отжали.

Сидела, вышла и спилась.

Увидел сперва я не узнал.

Такая красота была и ту отжали.