Нефтяной потолок - дверь скрипучая

— Так что в конечном итоге взять? — эмоционально беседует сама с собой кукла Лена — Брюки-карго и рубашку с двумя карманами оливкового цвета или брюки с двумя задними карманами вместе с однокарманной рубашкой бежевого цвета?

Я просто в тупике, блин! Хочется что-то в стиле милитари, всё-таки на Донбассе неспокойно как-то. Но, при этом, и чтобы на экскурсии по родной стране (см. картинку над текстом) прилично, всё-таки, выглядеть. Вот это, вроде, стильный комплектик …

А тут еще этот лыбится. Вот только попробуй меня шлепнуть по попе, вот только попробуй! Думаешь, если ты переводишь мне деньги на карточку «Мир» за то, что я с тобой сплю, так тебе всё позволено?

— Мне действительно за это многое позволено, кукла Лена …

Как Вы уже, наверно, догадались, я с куклой Леной нахожусь в ТЦ «Ямал».

— Ну вот о чем ты думаешь? Да скажи ты что-нибудь наконец что-нибудь дельное — не видишь, я в растерянности.

— Есть у меня мечта, кукла Лена – взорвать здание Верховного Суда Израиля. А то он всё время в политику вмешивается вместо того, чтобы своими прямыми обязанностями заниматься. Этот суд называется БАГАЦ.

— Угу. И вновь физрук обвинен в сексуальных домогательствах к учительнице русской литературы которую зовут Светлана. Так начался учебный год в школе.

— Ничего удивительного в этом нет, кукла Лена. Имя «Светлана» — сугубо литературное, его придумал поэт Жуковский. А потом это женское имя совершенно осознано популяризировал Сталин. Он так даже свою дочь назвал. Так что порыв учителя физкультуры в сторону преподавательницы словесности мне очень понятен. Такой вот нефтяной потолок — дверь скрипучая.

— Угу. А вот мне понятно, что опять с тобой можно разговаривать только в присутствии участкового психиатра и его верных санитаров. А как Верховный Суд Израиля называется — я тебе дома скажу. Надеюсь, наш попугай меня за это простит — он к справедливым оценкам твоего Израиля уже привычный. А здесь еще дети могут услышать.

А вот ты должен, наконец, начать думать, когда говоришь что-то.

— А я что делаю? Я думаю, кукла Лена.

— Тогда думай в три раза сильнее. Если так пока не получается. И еще, если уже об этом зашла речь. Твои воспоминания слишком автобиографичные и скучные, космополит ты безродный. А ты со мной ими всё делишься и делишься. Или, по крайней мере, значительно сократи объем текста. За счет полного исключения слов на еврейском. А то я уже вечером к плите из-за этого подходить боюсь. Лыбится он.

Не лапай меня, изверг, люди же смотрят! Или ты просто хочешь, чтобы я в стиле милитари себе ничего не покупала? Всё бы тебе кружева, бретельки и рюшечки, а то я твоего вкуса не знаю.

— Покупай, кукла Лена, в стиле милитари. А я тебе еще и каску подарю. Тут за углом один алкаш продает. Она, правда, ржавая …

— Лучшее, что ты сейчас время можешь для меня сделать — это на время прекратить свои безуспешные попытки размножаться. Скажу тебе честно — это было бы для меня очень желательно. А за каску спасибо, конечно. У-у, христопродавец чертов, в ржавую каску меня нарядить хочет.

— Кукла Лена, а алкаш сказал, что каска — это лучший подарок. Потому что очень укрепляет институт семьи. Особенно когда она ржавая.

— Семьи — включая гражданский брак и сожительство с мужчиной за деньги? Что он конкретно имеет ввиду? Жалко, что он спился. Интеллигентный, чувствуется человек, подарки призывает делать любимым женщинам.

— Я с ним разговорился, кукла Лена. Он, в прошлом, большой политический деятель, оказывается. Был основателем и бессменным руководителем движения за Добровольной вымирание Малых народов Севера путем их беспробудного пьянства. Но настолько увлёкся — что сам спился на пике карьеры. Сгорел на работе, можно сказать. Жаль.

— Опять он мне зубы заговорил своим алкашом с каской. Да какой комплекте мне покупать всё-таки? Оливковый или бежевый?

— Берем оба, кукла Лена. Настолько сильно я тебя люблю.

— Трепло. Дома полюбишь, конечно. Но сейчас … Заверните оба, пожалуйста.