Петра 31-12-1989 Праздник какой-то

ранее: Пивное рождество

Вспомнилось, как ровно 3 года назад я неимоверно выпутался из зачетной недели. Выйдя из института в полдень на Московский проспект, сказал себе: «Вот и Новый год состоялся! » Правда, эйфория через пару часов улетучилась. Никакие компании не приглашали, к маме тоже никого гостей впервые не приехало. Встречали вдвоем. Депрессивненько.

Сейчас по части учебы радость была двойная – еще и хвосты летней сессии дорубил. Главное – я спокойно успевал встретить Петру. Перекусил в буфете аэропорта. Заметил плакат. «Уважаемые пассажиры, убедительная просьба: пальцы и яйца в солонки не тыкать». Из окон ЛИИЖТа на другом берегу Фонтанки был виден транспарант артиллерийского училища НАША ЦЕЛЬ - КОММУНИЗМ. Осенью 1991, с запретом компартии – убрали. Поторопились. Надо было с 1992 переписать на КАПИТАЛИЗМ.

При встрече мы даже ничего не сказали друг дружке. Просто очень счастливо улыбнулись. Я перевесил на себя ее рюкзак из ручной клади и подхватил чемодан. Даже 13 автобус сразу пришел.

В метро мы вели себя пристойно. Я слегка расцеловывал ее шею и ушко. Петра в отместку шептала мне на ухо, зная как меня возбуждает ее мат в исходном смысле. Самое целомудренное: «моя …дёночка вся в слезах от долгая разлука». Когда шли от остановки к дому, через двор, Петра перешла на немецкий, чтоб не шокировать прохожих и не повторяться. Перед парадной уже договорилась до того, что не слезет с меня до полуночи и с каждым ударом курантов намерена испытывать по оргазму.

Захлопнули дверь, выронили багаж в прихожей, на ходу скидывая обувь и выскальзывая из верхней одежды. Петра упала телом выше пояса поперек тахты…

Минуты обоим хватило.

- Почти как в первый раз!..- еле выдохнул я.

- Неделя разлуки – слишком много… - Петра выпрямилась из коленно-локтевого.

Я избавил ее разом от майки и свитера. Она для упора вцепилась в край тахты и живо напомнила, как владеет тазобедренной частью. Я жадно ласкал ладонями ее груди. После, опираясь о стол, задернул левую занавеску. На полусогнутых доковыляли вымыть руки. Обычно мы были щепетильны в вопросах гигиены. На обратном пути Петра поинтересовалась:

- А мама где? Кажется ее нет дома…

- Собиралась поздравить Жижмору.

И мы уже обстоятельно насладились друг другом, а не заглатывая кусками.

Петра захотела поболтать, но я из вредности возобновил ласки.

-Как мой малыш соскучился по молочной кухне… Растут благодаря новым методам хозяйствования надои на фермах псковщины!.. -

комментировала со смачными придыханиями, еле сдерживая стоны

- Я перед отлетом спросила нашего преподавателя русского – он сказал, что в русском языке нет слов «епунья», «епуньюшка» и "епуленция". (Я к комплиментам любимой подходил творчески.)

Тут уже я поперхнулся ее соском, она иногда и не такое может ляпнуть, с нее станется:

- Ты что так и спросила?

- А ты поверил?!.. - Петра засмеялась, вибрируя всем телом.

Я любовался одновременно ее лицом и грудью, рискуя получить косоглазие.

- Кстати, кто так теоретически подковал моего братика? Гаечка была в шоке. Ей еще не встречалось столь искушенных девственников. Вы же с ним не в свингер клуб в субботу ходили? Или я чего-то не знаю?..

- Он спросил – я просветил. Даже, кажется, про секстаги не говорил ему.

- У Гаечки романы по толщине – брошюры. Не хотелось бы, чтоб они разругались.

- Я по этому поводу его тогда тоже инструктировал.

- Если он и это также усвоил – я спокойна.

- Пожалуй, стоит позвонить Жижморе и узнать когда вернется мама.

Бабушка заговорщицки прошептала в телефонную трубку:

- Ну я же помню какое ЭТО приятное занятие – Леночка только что ушла, я ее задерживала. Спасибо за конфеты, я вам тоже пирожков передала.

далее: Из год в год