Ливень

Мы учились в одной школе, но в разных классах. В лицо знали друг друга, одним словом. Она первая подошла ко мне и спросила, не знаю ли я где находится санаторий. Я знал и даже вызвался проводить. Нравилась ли она мне? Мне тогда многие нравились, а сам я мало кому. Она весёлая была и разговорчивая, фигурой стройненькая. Лицо обычное, если только по нему судить , то вообще никакая. Но стоял уже достаточно длинный, последний день весны. Она была в легком, светло-оранжевом, коротком платье и босоножках. До санатория было не то чтобы далеко, но прилично. Мы шли, говорили о всякой школьной ерунде.

- А тебе санаторий зачем? — спросил я.

- А у меня там сестра работает. Забрать кое что нужно.

Я узнал, что у неё есть сестра, разумеется старшая. Ей необходимо чего то передать. Это было совсем неинтересно, а вот идти по весенней тропинке с такой стройной, юной девушкой было сверхинтересно. Я впервые так долго провожал, шёл куда то с девушкой. Конечно, я никому не сообщу, что в первый, но это было так. А за первым, обычно бывает ( должен быть! ) второй, причем очень быстро…

- А ты откуда знаешь, где санаторий? — спросила она.

Я, вообще то давно здесь живу, с самого рождения. Всё таки чем то интересуюсь. А она, интересно, чем интересуется? Я спросил, она назвала мне очень неприятного для меня певца. Если бы она назвала спортсмена, я бы понял, но тонкоголосый, крашенный как девчонка, шоу-бой мне был крайне неприятен. Говорить об этом я не стал, поэтому некоторое время мы шли молча.

- А почему ты замолчал? — спросила она.

- Как тебя зовут? — в ответ спросил я.

В самом деле мне было неизвестно её имя. Фамилию знал — Деревщикова, а имени нет.

- Татьяна.

Не Таня, а именно Татьяна. Дистанцию держит, совсем взрослой себя мнит.

- Меня Сергей.

- Я знаю.

Вот так и познакомились, хотя, наверное, с первого класса друг дружку знаем, видели, целый десять лет. Между тем, наша дорога лежала через речной пляж.

- Ой! — очень весело ойкнула Таня, — Неужели дождь!?

- Точно, — кивнул я, растопырив ладонь.

- Первый дождь в этом году!

- Разве?

- Я первый раз под дождём!

Безусловно, это событие. Первые капли были приятны, но не прошло и пяти минут, как на нас обрушился настоящий ливень.

- Ой! — воскликнула Таня Деревщикова, но не так весело, как в первый раз.

Укрыться было негде. Ни высокого дерева, никакой постройки, ни навесика.

- Разденемся и в воду! — неожиданно для самого себя предложил я.

- У меня купальника нет, — замотала головой Таня.

Я чуть не ответил, что можно и так, без купальника. Не решился. Вокруг, между прочим, ни души. Одни мы мокнем. Я ищу глазами хоть какое то укрытие, но сквозь дождевой покров вообще ничего не разглядеть. Она отбегает в сторону, находит на песке что то похожее на топчан, прикрывается им, точно зонтиком и сразу же зовет меня!

Под дырявым топчаном мы мокнем точно также, как и без него. Но продолжаем стоять, при этом всё ближе и ближе друг к другу, почти прижавшись. И тут ливень заканчивается. Также неожиданно, как и начался.

- Не смотри на меня!

Некатегорично. Просто так полагается говорить девушкам в подобном положении. А положение вот такое — лёгенкое светло-оранжевой платье промокло и облепило всё стройненькое тело Тани. Девчонка, точнее девушка, моего возраста прямо передо мною и всё то мне видать, всю её красоту! Грудь не сказать, что большую, но крепенькую, с заметными возвышениями сосков. Живот, не выпирающий, но круглый, бёдра выпуклые, но не толстые — всё у Тани, простоволосой и простолицей аккуратное, всё в самый раз. А ниже живота ложбинка, туда даже боюсь взгляд опустить… Но он сам опускается , вижу то, что словами даже в лучших стихах не опишешь.

- Не смотри, тебе говорю! — повторяет Таня.

Её светло-карие глаза пытаются быть серьёзным, блестят, будто больше остального попали под ливень. Танины пальцы пытаются одёрнуть платье, но не тут то было — ливень на совесть его промочил.

- Тебе холодно? — спрашиваю я.

- Дурак… Да!

Хоть и дурак, но всё таки — да. Я прижимаю её к себе. Как и положено дураку задаю следующий дурацкий вопрос:

- Сейчас тепло?

- Тепло.

Тане отталкивает меня, но я не отталкиваюсь. Ей в самом деле тепло, она улыбается и мы с трудом удерживаемся на ногах. Впрочем, упасть на мокрый песок или невысохшую траву не очень приятно.

- Что вот теперь делать? — спрашивает Таня.

- Сохнуть, — отвечаю я.

- Спасибо, ты меня уже согрел.

Таня высвобождается от моих объятий, но без резкости, даже как то нехотя. И не отстраняется. Я сам делаю шаг назад. Жду. У меня нет ни малейшего опыта общения со стройными девушками в облипшем платье, я понятия не имею, что делать дальше.

Таня первой нарушила затянувшуюся тишину:

- А давай в санаторий не пойдем?

- А что ты сестре скажешь?

- Скажу времени не нашлось.

Как всё оказалось просто! Дождь, невозможность укрыться, платье облепившее юную возвышающуюся грудь и низ девичьего живота… Мы не пошли в санаторий. Мы решили вместе проводить последний весенний день!