Петра 1989 4 сентября Ванная

предыдущая:4-09 Гаечка (18+)

Я жил на первом этаже. Сразу по нашему приходу задернул в своей комнате занавески. Мы не рыбы – рыбы не мы. Впрочем, рыбы всегда немы. Мозг от обилия впечатлений работал урывками. Пусть будет темновато – но устраивать для прохожих эротическое шоу не хотелось. Петра провела раскопки в своем чемоданище, пока я делал светомаскировку на кухне и в маминой комнате.

- Лилипутов из него можешь выпустить на ночь погулять…

- Остроумный мой, весь багаж пропускается через рентген на таможне. Надеюсь, у тебя есть ванна?

- Для тебя даже с личным мойщиком.

Она быстро, но аккуратно, сбросила одежду на комод. Я - на стул.

Повесил в ванной ее полотенце на сушильную веревку. Включил воду.

- Может, попробуем сделать пену?

- О, ты растешь в моих глазах не только в одном месте…

Петра села на край ванны. Я добывал пену под струей крана из емкости с остатками шампуня. Ванна наполнилась на четверть.

- Переключай на душ – сказала Петра – а Афродите пора вернуться в пену морскую.

Она, присев на колени, поворачивалась телом под пунктирным потоком душа. Вода, перекручиваясь тонкими ленточками, сбегала по ней. Капли на коже оставались как роса. Взяла бутылочку с жидким мылом. Я опустил лейку. Петра намылила подмышки и я, наконец, заметил, что они, как и лобок, тщательно выбриты.

- Давай я продолжу?

- Я уже знаю на чем ты сосредоточишься – а грудь у меня не самая потная часть тела… Иди ко мне, что стесняешься?

- Я просто ждал приглашения.

- Ну, до чего хитрый – все время подставляешь меня на проявление инициативы, с самого начала знакомства.

Петра привстала на коленях и раздвинула ноги, капнув мне своего зелья на ладонь. Я стал ее там намыливать. Залюбовался ее лицом. Тучки сладострастия пробегали по нему, очаровательно искажая его черты. Да еще и тихая симфония нежных стонов…

- Теперь я помою тебя, мой малыш… Извини, но от чубчиков под мышками я тебя вскоре избавлю и эти редкие волосы у тебя на груди ни к селу, ни к городу. И «зону бикини» тоже лучше выбрить. Гаечка мне рассказывала, как можно поласкать заповедные места… чтоб волосы в рот не лезли - как у меня.

- Ну, если ты так хочешь…

- Редкостный нахал! Выворачиваешь так, что я тебя еще должна на это уговаривать!

- Вовсе нет! Мне нравится тебя чувствовать всем телом, любоваться при этом твоим лицом, да и целуешься ты гениально…Любимая, выбривание – не обрезание. Я разве против?

Ванна полностью набралась. Взаимное омовение завершилось. Я убрал душ на стойку. Пена над водой была неровными облаками на небе. Романтика с проплешинами.

- Я бы хотела познакомиться с ним обстоятельно – Петра улеглась в ванне -

- Так вот вы какой, Иоган Себастьян Бах… Хорошо, что ты, любимка, в отличие от него, от ласки так не разрастаешься. А то бы застрял в ванной, как Винни-Пух в норе у Кролика.

От таких нежданных умозаключений в купе с псевдо глубокомысленной шкодной гримасой Петры я засмеялся. А смех – лучший враг эрекции. Петра продолжала:

- А у него, в отличие от тебя – совершенно нет чувства юмора. Над ним пошутили по дружески – а он уже обиделся, скукожился… При этом Петра сделала лицом такую сострадательную «козу», что мы уже вовсе заржали. Петра взяла его за кожный хвостик, как хинкали, и повернула на бок.

- А так он похож на дельфина. Только до пояса и без плавников. А если его аккуратно сверху раздеть – юный подосиновик. Если еще покрасить ножку белой краской…

- Ты собираешься заняться интимным боди-артом?

- Не сейчас…. Задумчиво протянула Петра - что ты мой маленький, на меня обиделся? Ты же знаешь, как я тебя люблю? - И при этом Петра дважды утвердительно им кивнула.

- А меня?

- А ты сам разве не видишь? Это у него, бедняжки, глазиков-то нету… - чуть не запричитала Петра.

- И что бы он ими увидел?

- То же, что и любой гинеколог. Любимка, не с тобою разговаривают!

- Что же ты, приятель, такой любопытный. Везде-то тебе надо залезть. Не держал бы тебя хозяин на коротком поводке – ты сдуру бы и в мясорубку сунулся. (Она отрицательно покачала им.) Молодец – все-таки соображаешь.

Петра стала гладить им себя по лицу. Почесала за ухом, как собака задней ногой.

- Ой, ну что ты опять обижаться?

Подула в него, поиграв пальцами по стволу как на дудочке. Потеребила его быстрыми ударами языка.

- Вот теперь узнаю моего рыцаря. Хочешь покататься на горках?

Зачерпнула пены на груди, зажала его ими и стала ласкать вверх-вниз. Услышав мой стон, сказала:

- Только - чур, от радости не плеваться мне в лицо…

Петра и сама при этом возбудилась:

- Давай переберемся в постель – а то тут тесно и скользко.

- Прямо как в тебе.

- Если ты сможешь во мне удариться о чугунный бортик – сразу поезжай за нобелевской премией по медицине, любитель сравнений!

Чтоб не терять времени – вытерлись каждый самостоятельно…

продолжение:4-09 На тахте (18+)