Буферная зона

Молодые годы Розалина Вразлив (она же Муся Гейзер) провела в поисках партнёра по безбедному существованию без отрыва от воспроизводства.

Где только её не плодоносило.

Она думала, что "Туда-сюда" - расхожее понятие, поэтому предпочитала лишний раз

не двигаться.

Теперь искушённая во всех местах дамочка мечтала попариться в японской икеБАНЕ после отсидки в жидомасонской ложе оперного театра теней.

Плевать на превратности судьбы, если их можно избежать пользуясь калиткой, говорила она себе в оттопыренное левое ухо.

Хочу повидать весь мир, но он ко мне безразличен.

Это напоминало беспочвенное утверждение с отрицанием лишайника прав.

Подёнщица с почасовой оплатой выступала против продолжения разгрузочного дня ночью, не без основания считая, что демилитаризованная зона - буферная, о чём по утрам ей напоминали гестапочки - шлёпанцы по губам на три размера не по ноге.

Хорошо, что её избранник здоров как дуб, рассуждала Розалина, и не просто дуб, а морёный дуб.

Правда, неизвестно кто его, петушащегося перед курочками до неё уморил.

Не от того ли парень-гвоздь натурально загибался на непосильной работе, дефилируя перед ней на корточках с непокрытой головой не потому что на воре шапка горит.

Она осознавала, что ему, поэту по призванию, дико не повезло в скачках по периметру объятий сучки, настойчиво пытавшейся себя всучить.

Это напоминало поздравление каравая хлеба с новоиспечением в муках творчества.

А вымученное изделие, смешанное со стаканом проточной воды, прелюдию к выпечке.

Извинением могло служить её невразумительное объяснение, сдобренное кашей-эротоМАНКОЙ во рту: "Февральские метели намели, и мы невзначай остались на мели".