Ирония про дырочки в штанах

Этот рассказ более ироничный, чем чувственно эротичный, хотя и заключает

в себе оттенки жизненных сторон, относящиеся к интиму, который в данном

повествовании не будет описан подробно.

Собственно, прибыв на преддипломную практику в небольшой посёлок,

именуемый таковым из-за наличия на его улицах трёх пятиэтажек, она

не предполагала, что их, с её женихом-студентом, разместят для проживания в

таких скверных условиях.

Их поместили в двух смежных комнатах, находящиеся под одной крышей

с конторой, начальник которой теперь был обязан отметить их практику.

Всё остальное его, видимо, мало заботило, хотя он был обязан обеспечить

практикантов приемлемыми условиями.

Но, молодые и ничего не понимающие в своих правах, они с готовностью

приняли то, что им предоставили.

Небольшая, кирпичная, отапливаемая дровами печь, слабо обогревала комнатёнку,

называемую кухней и, уже практически не распространяла тепло на большую,

пустую комнату, в которой им предстояло жить целых полгода, практикуясь

на нужном предприятии.

В комнате одиноко стояла одноместная железная кровать и видавший виды

диван, с откровенно выпирающими пружинами из его сидения.

Почему его до сих пор не выбросили на помойку? Не известно, но спать

на нём было невозможно.

На свалке, точно можно было найти диван в лучшем состоянии, чем стоящий

в комнатёнке, где им предстояло жить.

Теперь вполне понятно, что сами условия подталкивали эту парочку спать

вместе на одной кровати. Практиканты были молоды, время стояло пока осеннее

и они согревались скорее друг от друга, чем от печи.

Пока молодёжь не роптала, но мышам, водившимся под полом, было хуже и они

без страха и стеснения приходили к практикующейся парочке ( только в чём?)

греться к включённой электроплитке, стоящей на полу поодаль от их кровати.

А ведь начальник предприятия, куда эти двое будущих специалиста прибыли,

обязан был создать для них подходящие условия. А то: нате вам голую кровать,

ни матраса на ней не было, ни подушки. Где хотите, там это и берите.

Хоть воруйте. Они бы и своровали, если бы знали от куда.

Вот молодую картошку они удачно подкапывали на чьём-то поле, ближе к лесу.

Всё сходило за безобидную прогулку городской молодёжи в лесу.

А что? С голодухи и не на такое можно решиться.

Талоны на питание в местной столовой давали только на обед, который они ждали

с нетерпением, не с меньшим ночного интима. А завтраки и ужины им приходилось

соображать самим.

Терпели такое долго, аж до самой зимы, потом, не выдержав, пошли

к начальнику за справедливостью.

- Иван Иваныч. Ну это же не практика, а какая-то каторга. Каторжане в Сибири

наверно жили в лучших условиях.

Вы должны обеспечить наше проживание общежитскими условиями: спальными

местами с матрасами и подушками. Простыни у нас свои.

На окнах в комнате, куда вы нас поселили, даже штор нет.

Стёкла окон нам пришлось заклеить газетами от любопытных глаз.

А питание?..

А потом говорили и про отопление и про мышей и про всё остальное...

Ну, в общем, взбунтовавшаяся молодёжь, высказав своё недовольство, получила

улучшение проживания и питания, ведь, как- никак, а они практикуясь, всё же

трудились на благо этого предприятия, в надеже, что их посильный труд был

не во вред этому предприятию.

Однако, вред от непосредственного общения с щёлочью, она, всё же, получила

в виде мелких дырочек на своих рабочих брюках, которые теперь бесстыдно

показывали цвет её маленьких панталончиков. Такая мережка на брюках её

нисколько не волновала, а вот местного молодого работника этой конторы,

видимо, очень.

Скорее всего его раздражал тот факт, что через маленькие дырочки было

не возможно увидать что-то ещё: более интересное, чем цвет трусиков, одетых

на городской особе, проживающей в комнате с залепленными газетой стёклами

окон, раздражающе мелькающей в дырявых на попе брюках, с невозможностью

увидеть в эти дырки то, что ему хотелось.

Он неоднократно, посмеиваясь изобличал цвет её трусиков, то ли стараясь

ввести её в стыд, то ли ещё во что...

Долго его мучить исходить словесными призывами то ли сменить рабочие

брюки, то ли совсем не одевать трусы под них, она не стала.

А ответила честно, открыто, даже, где-то жестоко. (а не будет лезть

куда не надо)

- Петя, что тебя так цвет моих трусов волнует?

Может своим признанием цвета моих трусиков, ты маскируешь свой интерес

к более серьёзным отверстиям, чем мои дырки на штанах?

Но поверь, к моим недостаткам в рабочих брюках я отношусь так же

иронично, как к твоему желанию со мной перепихнуться.

Если ты думаешь, что я сплю со своим женихом, то снизойду до твоей

пипетки?

Ты ошибаешься, на пипетки я не клюю.

Этот разговор был не приватный только потому, что про цвет её трусов

он высказывал своё мнение прилюдно.

Вообще он парень был не плохой, но призыв девушки - обратить на него

внимание, он начинал не с той стороны.

Но правильно понимал, что жених- ещё не муж и в пути от одного понятия

(статуса) к другому может произойти что угодно разное.

Вот это разное и произошло, когда ей с женихом предложили другое

проживание, разместив их на постой по разным домам того села-городишки, где

они продолжали практиковаться. (интересно- в чём?)

Удавалось ли жениху выкраивать время для своих грешков от обязанностей

жениха вести себя подобающе? Она не выясняла, а слухи, распространяемые

по селу (в том числе и про неё) до неё плохо доходили.

Теперь сытая и обогретая домашним теплом, она была занята более лучшими

делами, чем собирать слухи про своего жениха.

И правильно делала. А то могла бы узнать и про саму себя, дающую своим

поведением пищу поселковым слухам, обрастающие с невероятной скоростью

небылью наравне с былью.

Городским людям не понять, как мог просочиться совершенно тайный её контакт

с тем Петькой, который очень хотел узнать, что у неё под теми трусиками,

чей цвет определялся в дырки штанов.

Во время познания тайны, находящейся под её трусиками, цвет которых

так волновал Петьку, не понадобились ни его штаны, ни её трусы.

Тайна Петьке открылась в благополучном соединении его "пипетки" с одной

из её дырочек. (уже под трусиками)

Он был в восторге, она, тоже не была разочарованна. Зря говорила, что

не клюнет на его "пипетку". Оказалось- совсем, даже, не "пипетка".

Практика продолжалась на хорошем уровне, ночёвки теперь были у студентов

в условиях домашнего тепла. Забытым в пустой комнате мышам везло меньше:

греться у плитки у них отпала лафа.

Зато возможность удовлетворения желудочного и телесного голода было

на высшем уровне с возможностью получения практических навыков в течении

времени полугодовой практики.

Все остались довольны.