Очень странное кино - двадцать девять

Моим любимым Милене Ангел, Марии Рябушкиной и Бэйли Джей

Это случилось в Ред - Хоук, Миссури, в тысяча девятьсот восемьдесят ... году. Немногочисленные отчеты полицейского управления штата, краткие заметки окружного прокурора и пара невразумительных статей где - ближе к концу воскресного выпуска " Сатадей чуивинг Ред - Хоук пост " - вот, пожалуй, и все, что сохранилось в архивах. Очевидцы происшествия странным образом скончались, мисс Суинми попала под машину, фермер Дальтон утонул, а девица Блигз уехала в Лос - Анджелес, где ее следы затерялись. Группа последователей Лавкрафта попыталась восстановить хотя бы приблизительно детали произошедшего, но у них ни хрена, мать вашу, не получилось. Поэтому сразу же перейдем чуть ниже, туда, где обычно располагается у вдумчивых исследователей второй абзац повествования.

- Ништяк сценарий ! - захохотал неунывающий еврейский продюсер Харви Вайншток, переходя во второй абзац. - Зырь, Мартин.

Он показал Скорсезе первый абзац.

- Ничего, - отозвался Скорсезе, протирая полой габардинового пиджака очки, - лучше уж так, чем полноценный сценарий фильма " Револьвер ".

- Ты его видел ?

- Видал - миндал, - сумрачно подтвердил Скорсезе, водружая очки на толстый италийский нос, - да только ни хрена не понял.

- Так и никто не понял ! Ай, сука !

Харви взвизгнул и извлек за волосы из - под стола двух блондинок.

- Пока одна яйца лизала, - объяснил он недоумевающему приятелю, щелкая щелабаном в лоб более носастой, - вот эта, звезда спорта, бля, вторая, - он ухватил вторую за подбородок, с наслаждением плюнув в невыразительное лицо, - Женнифер Анистон, сука, укусила.

- Швырни ее в телепроект, - посоветовал Скорсезе, подбегая к блондинкам и пиная их короткими ногами в утробно ухающие животы, - а эту паскуду брось в тот терновый куст.

Харви требовательно звякнул валдайским колокольчиком, на мелодичный звук коего в кабинет продюсера зашел дядя Том, негр, лицо нарицательное.

- Позови дядюшку Примуса, - приказал ему Харви, засовывая блондинок в аккуратно свернутый фунтиком бумажный кулек с проступающими сквозь целлюлозу святыми строками первого абзаца ( см. выше, курсив мой ), - с его большим кувшином, дядя Том. Где Типси ?

- Снимается в порно у Майка Адриано, - ответил дядя Том, связываясь с Примусом по телефону, - сменила косички дрэддов на потную лысину модного стиля. Типа Шиннед О*Коннор.

- Что не сделало ее О*Генри, - предположил продюсер, несказанно улыбаясь.

Дядя Том пожал плечами, внимательно слушая чей - то голос в телефонной трубке, зудящий малярийным комаром. Положил трубку на пискнувшие рычажки.

- Дядюшку Примуса починяет какой - то кот, большой кувшин под секвестром, так как украинская теннисистка пони Костюк обратилась в Гаагский трибунал, требуя уважения.

- Вот сучка, - уважительно протянул Скорсезе, сминая блондинок в кульке в плоскость Меркатора, например, - играть не умеет и в спорте никак, а гляди - ка : туда же, в Гаагу. Почему не в Роттердам ? Или Копенгаген ? Для восточноевропейцев все одно же однох... но, главное, что звучит внушающе.

- Роттердам, - гулко произнес Скорсезе, невольно ежась, - Копенгаген. Гаага.

- Леди Гага, джентельмены, - объявил майордом и Дюжарден, отворяя двери кабинета домкратом. Процокал копытами к радиоточке и щелкнул тумблером. - Живет внутри радио, иногда попадаясь на дисках, кои никто не покупает. Хочет в кино.

- А палкой по сраке она не хочет ? - зловеще поинтересовался Вайншток, разворачивая кулек с блондинками. - Смотри, Мартин, уплощились, как клопы.

- По Меркатору, на х... й, - оценил результат Скорсезе, переживая за приятеля. - А кто теперь у тебя лямзать будет ?

- Да вот хоть леди Гага, - нашелся Вайншток, тыча возбужденным хером в картонное чрево радиоточки, - или мистер Икс.

За дверью, в извилистом коридоре студии " Парамаунт ", бетонной жабой распластавшейся по Холмам, кто - то возопил голосом Спартака Баширова :

- А где же сердце, что полюбит меня ?!

Не знаю, как у Спартака, а я лично уже обнаружил целых три любящих автора - коалу сердца. Жаль, что омерзительная тройка подзасохла в лаковом прудике Цукера, не умея себя преподнести, так как для воплощения идей писателя Пелевина мне насущно необходимо четвертое. Хоть Олино, хоть Генриха Иваныча Штаубе, по х... й. Совершенно все равно. Песня - то по - любому под страбоскопы стиля диско прозвучит.

- Ай эм а диска данса ...

Ну, и так далее. Хули, Митхун Чакроборти. И настоящие роботы " Твиттера ", делающие ( мэйк ма дэй и инто Джимми Технотроник ) просто хорошее настроение.