Убью обоих!
- Не голодай там и, смотри, не ешь в сухомятку! - говорила Верочка, провожая супруга в очередную командировку. - Помни, дорогой, у тебя язва!
- Я буду хорошо питаться, обещаю, - как обычно, отделался дежурной фразой Григорий.
Крепко поцеловав жену, он быстро вышел из дома и поехал прямиком на вокзал. Время неумолимо бежало вперёд.
Как известно, поезда, в отличие от женщин, никогда и никого не ждут. Хотя в наше время найти преданную женщину так же трудно, как научить корову читать. Но, как говорится, не будем торопить события. Лучше ненадолго вернёмся в прошлое и послушаем, что за день до отъезда любимого супруга говорила по телефону Верочка другу семьи Фёдору:
- Завтра вечером я буду абсолютно одна, жду тебя в половине девятого, шалунишка!
В назначенное время Фёдор с пышным букетом роз три раза нежно нажал на звонок и, нервно кашлянув, вошёл в открывшуюся перед ним дверь.
Вскоре цветы очутились в вазе, а на пиджак и брюки, брошенные на стул в спальной комнате, послушно лёг элегантный халат, который Верочка обычно надевает после ванной.
В самый неподходящий момент (интересно, бывают ли в этом деле подходящие моменты) в дверном замке звонко щёлкнул ключ, и из прихожей раздался знакомый мужской голос:
- Чёрт бы побрал эти проклятые пробки, нужно было ехать на метро! Дорогая, я опоздал на поезд. Ты случайно не знаешь, где мои тапки?
Войдя в спальню, Григорий нашёл не только свою любимую домашнюю обувь, но и вопиющий факт измены. Если бы на голове у него были волосы, то в этот момент они бы хорошенько встали дыбом.
С криками «Убью обоих! » Гриша бросился в гостиную, в углу которой находился сейф с охотничьим ружьём.
- Ты не знаешь, где ключ от сейфа?! - задыхаясь от гнева, кричал рогоносец.
- Я не-не, не-з-наю, - прячась под одеялом, всхлипывала супруга.
- Чёрт знает, что такое! - переворачивая вверх дном содержимое ящиков письменного стола, негодовал разъярённый супруг.
Вместо того, чтобы выпрыгнуть в окно, Фёдор продолжал мирно лежать на кровати и, как истинный джентльмен, пытался успокоить Верочку.
- Убью, пожалуй, только Федю, - продолжая поиски, думал Гриша, - скорее всего, Вера ни в чём не виновата. Да и жалко как-то. Двадцать лет вместе, не чужая.
Доносившиеся из спальни рыдания стали постепенно сходить на нет. Пелена с Гришиных глаз тоже начинала спадать. За окном душевно стрекотали кузнечики и ароматно пахло сиренью.
- Интересно, сколько мне дадут за убийство? - закурив сигарету, спросил себя киллер. - Учитывая сложившиеся обстоятельства, лет семь, наверное, не меньше.
Гриша вдруг представил, как невкусно его будут кормить ближайшие несколько лет; что в камере нет телевизора и прочих жизненных радостей и удобств. В этот самый момент ему на глаза попалось то, что он так долго и упорно искал. Он крепко зажал ключ в руке и быстрым уверенным шагом направился к выходу.