Пришел домой выпивший

— С козырей заходишь, христопродавец? Как говорит моя мама:

— Пьяный еврей, доченька, вполне сохраняет зоркость взгляда, ясность ума и твердость походки. Матом он при этом не ругается и в драку не лезет в принципе... Так что ты его не опасайся и говори ему в такие минуты все, что наболело. Он тебя послушает, послушает — и все равно, в конечном итоге, в постель завалит. Да еще и в любви признается.

Как она была права! Впрочем, и у меня самой на этот счет никаких фантазий никогда и не было.

— Я тебя люблю, кукла Лена.

— Ну вот видишь?

— А чего тогда молчишь? Неужели ничего не наболело?

— Наболело. Но вспомнила, что ты, за то, что я с тобой сплю, мне на карточку «Мир» деньги переводишь — и сразу почувствовала облегчение.

— Правда? Тогда я расскажу тебе сейчас о самом наболевшем:

Новый Завет – главная книга христианства, состоит из двадцати семи разделов, из которых больше половины – четырнадцать – послания апостола Павла.

— Да ты что!?

— Поверь мне, кукла Лена. Остальные – это четыре канонических Евангелия, несколько посланий от прочих апостолов, знаменитые «Откровения Иоанна Богослова», более известные как «Апокалипсис», и «Деяния апостолов» — сиквел Евангелия от Луки. Эта версия Нового Завета появилась в XVI веке и была принята на знаменитом Тридентском соборе. Так и передай своей маме.

— Не волнуйся, христопродавец. У нас, в деревне под Рузой, только об этом в последнее время и говорят.

— Правда? Такого размаха не ожидал я не ожидал даже от деревни под Рузой. А ты, собственно говоря, где, кукла Лена? Кому я всё это рассказываю?

— Да тут я уже, успокойся. Вот только я, пока писала, забыла — какая у всего этого, ну что ты рассказал сейчас, мораль? По ночам я забывчива до чрезвычайности, ты же знаешь.

Рассказывал бы про духовность что-то? Или снова что-то драматическое о любви — и я сопереживала? Но она до конца не стала раскрывать ему свое имя и пол? И он, наивный, так и не догадался, что она уже переступила свой гендер? А когда понял, в чем дело — чуть не повесился?

— При чем тут гендер, кукла Лена? Кто опять повесился? Ты мне сказала, что у вас там, в деревне под Рузой, уже все знают, что именно апостол Павел превратил христианство из ассимиляторской секты в иудаизме в мировую религию. Я именно это имел ввиду. А про его пол речь вообще не шла в этот раз.

— Ну и слава Богу! А то я боялась, что у тебя, как в прошлый раз... Навеяно тяжелым опытом. Ты же, как напьешься — на ходу подошвы рвешь, за каблуки кусаешь, под юбку заглядываешь.

— Нет, кукла Лена. Сегодня мне к этому нечего добавить. Дай я тебя за это поцелую. Ну пожалуйста!

— И сразу целовать лезет, ну сразу прям. Ну ничего ему сказать нельзя! И хлебом его не корми — только выпить дай! Передача «Сельский час» закончена, я надеюсь? Про производство опиума в Афганистане, ненавязчиво переходя то на патетические лозунги, сегодня рассказывать не будешь?

— Об этом не время, кукла Лена. Завеса секретности с этого еще пока не снята.

— Талантливо продал идею, молодец. А сейчас тогда ложись уж. Целуй, а то без этого не заснешь ведь, а будешь до утра колобродить, руками махать (см. картинку над текстом). А то я тебя не знаю. Об остальном, что наболело, завтра утром погорим.

— Твои слова ласкают слух, кукла Лена.

— Да заткнись ты! Правильно моя мама говорит: «Плохой пулемет, доченька, лучше, чем полное отсутствие пулемета! ». Бросаешься на него, как на амбразуру, бросаешься...

— Возражения законному владельцу, любимая? Сейчас это так неуместно!

— Никаких возражений, даже наоборот. Просто я сама всё сделаю. А то будешь тут час со мной воландаться...