Глава 2. Надькина квартира

Через день Катя ехала в институт. Предстояла защита лабораторной по дорожным машинам, и Катя листала тетрадку с лекциями.

В это время в вагон электрички зашел Артем, и увидев рядом с Катей свободное место, сел рядом. Заглянув в тетрадку, спросил:

— О чем пишут?

— Об экскава-а-торах, скре-е-перах и гре-ейдерах.

— Ну дела! — Артем с улыбкой посмотрел на Катю. — А чем они отличаются?

— Да фиг его знает. Пытаюсь понять…

— Без обид, Кать… Ну и специальность ты себе выбрала.

— Это у тебя, Тема, везде связи. Захотел — МАДИ, перехотел, вот тебе и МГУ. А я поступала сама, туда, куда смогла.

— Нет, технический вуз это — не моя тема. Отучился год, и достаточно.

— А куда мне было ещё идти? С моей математикой.

— Ну не знаю, в экономический.

— Да ну. С одними девчонками учиться — сдохнешь с тоски. У меня знакомый на экономике. Так у них на факультете все разговоры о тряпках. Друг перед другом… Выделываются… Сплошные интриги, да сплетни… Я бы застрелилась через неделю. Нет, только не это. А я, между прочим, перешла с той, на которую поступала, на “Автомобильную электронику”. Как тебе? По-моему — красиво.

— Не знаю… Может оно и красиво, но ты же — девушка!

— Тем, знаешь что?

— Что?

Катя подумала “Не твоего ума дело”, вздохнула и сказала:

Мне надо это сдать… Кровь из носа.

***

Через пару дней Катя зашла к Варе и услышала в комнате шум и смех.

— У нас семейная вечеринка в честь восьмого марта, — улыбнулась Надя, одетая в нарядное блестящее платье.

— Ой, ну я тогда в следующий раз, — засобиралась домой Катя. — Я насчёт косметики хотела…

— Это кто к нам пришел? — раздался громкий мужской голос.

— Я на минуточку, — засмущалась девушка. — Я сейчас уйду.

— Вадим Альбертович, — представился мужчина и подмигнул Кате. — А мне кажется, где-то я Вас раньше видел.

"Когда-то давно, на каком-то празднике я видела Темкиного папу, — вспомнила Катя, — но мы с ним практически не общались. Надо же. Запомнил".

В коридор вышла мама Артема — красивая интеллигентная женщина с мудреной прической на голове.

— Катя? — удивилась мама, — неожиданно. Ну, здравствуй!

— Вы знакомы? — раскрыла рот Надя.

— Ну да, — покраснела Катя, — я пойду, ладно?

— Никуда ты не пойдёшь, — сказал Вадим Альбертович и взяв Катю за плечи, провел в комнату.

Родители Артема развелись и жили каждый отдельно. Но связь с сыном не теряли и время от времени общались.

Голосом оперной певицы мама Артема пела изысканный старинный романс. Балагур и ловелас-папа распевал частушки, во время которых все хохотали до слез. ;

Надя села за пианино, и проникновенно спела “Мохнатого шмеля”. Катя и раньше видела в комнате инструмент, но не обращала внимания. Она никогда не слышала, как Надя поёт.

Катя знала, что у Артема есть два старших брата. Мама у них с Артемом одна, а отцы разные.

Братья достали гитары и все втроем запели:

Не обижайте любимых упреками,

Бойтесь казаться любимым жестокими.

Очень ранимые, очень ранимые

Наши любимые!..;

Катя раньше не слышала эту песню. Ей показалось, что в обычной жизни жены этих мужчин не часто слышали слова любви. Но сейчас сидели и задумчиво слушали.

Катя посидела еще немного, а потом тихонечко ушла.

Она вошла в свой дом, поднялась по ступенькам к площадке около лифта, открыла ключом почтовый ящик, и достала журнал “Юность”, газеты “Подольский рабочий" и "Московский комсомолец", и письмо непонятно от кого.

Катя засунула газеты подмышку, по старой привычке втянула носом запах нового журнал, который обожала, и поднялась на лифте на второй этаж. В потемках распечатала конверт. Достала из него поздравительную открытку, в которой какая-то незнакомая девушка поздравляла ее с восьмым марта, и желала счастья.

“Что за бред, — подумала Катя, — что она пишет, какая еще Ольга Зигмонд? Не знаю я таких”.

Катя вошла в квартиру, разделась, кинула прессу на тумбочку, прошла в комнату, подошла поближе к свету и еще раз перечитала содержимое открытки, написанное мелким аккуратным почерком. Внимательно пригляделась к подписи и увидела между словами Ольга и Зигмунд маленькую запятую.

“А, так это Зигина жена, — поняла Катя и подумала. — Повезло ему. Наверное, хороший человек. Вот. С праздником меня поздравила. Ну, что было, то было. Все в прошлом. Чувств у меня к нему никаких… давно… Но, наверное, можно остаться друзьями. Раз жена относится с пониманием. И сама первая мне написала. Еще и про то, что он меня любил. Ей, я, конечно, не буду писать. О чем? А Зиге, раз так, как-нибудь напишу. По-дружески”.

Глава 1:

Глава 3: