Себе, любимому посвящается
В рекламе по телику передавали наскоро состряпанную музыкально-рэпистую готовальню из недоваренной пищи ни уму, ни сердцу для низкооплачиваемых и высокооплакиваемых.
И я не по собственной воле этапированный в XXI столетие вспомнил, что импотенция - нежданный-негаданный бонус, получаемый в отместку за всё на старости лет.
И чего я только, будучи неисправимым эротоманом, такого им не сделал?
Ну и чёрт с ним с таким, оставшимся позади!
Всё изведанное и до боли внизу живота знакомое давно уже в конвульсивном заоргазменном прошлом, не считая коронавирусного настоящего в моём частном случае, побратавшимся со стариком Альцгеймером.
Обогреваемый памперсами с грелкой в варикозных ногах, валяюсь в необъятной кровати напротив широкоэкранного поглотителя времени и пялюсь на то, что мне недоступно воспроизвести ни во сне, ни наяву.
А там загнанная похотливым режиссёром парочка хорошо оплачиваемых влюблённых в своё грешное дело не отлынивает от в деталях продуманного сценария и старается вовсю, не вызывая у меня ничего кроме снисходительной улыбки бывшего Дон Жуана с его отошедшими в прошлое необузданными желаниями разнузданного жеребца, пытавшегося оградить себя штакетником посторонних взглядов.
Не пора ли прекратить глумление над памятником старины, спрашиваю себя, и не находя вразумительного ответа, резким движением сбрасываюсь с пьедестала, на который по нескольку раз в день с трудом взбираюсь при помощи медицинских поручней после посещения концертного совмещённого санузла и долгоиграющих стульчаковых иллюзий.
В них и в бутербродах с красной икрой я себе не отказывал, когда восторгался другими в меру, боясь, что себе, любимому ничего не достанется.