Из вытрезвителя. Или смерть подружки гитариста или Подружки голые

Усть-Каменогорск. 1997- ой.

Краснознамённая в УК все знали, значит вытрезвитель.

Поздняя осень. Вхожу вечером: листья жёлтые над городом кружатся. Выхожу утром: мухи белые летят, снег сантимов 10 лежит.

Шалава прибилась. С бодуна, думаю, её перекосило. Пригляделся, не с бодуна: один глаз ниже другого на два пальца, губа заячья, и страшная, что ведьма.

Предложила дальше бухнуть, здесь же, через дорогу от «трезвяка» .

У знакомой бухнуть предлагает, у знакомой, что с гитаристом Барыкина когда-то висла, а может и с самим Александром? История об этом умалчивает.

Согласился, трубы горят. Поднялись на хату. Все стены в студийных фото музыкантов Барыкина и самого Александра, россказни слушаю, как деваха в Москве прохлаждалась. Не фуфло девочка, красотка с карими глазами, может, слегка подпитая. Запитая, грубо, пусть будет подпитая.

Пили втроём. Сначала я с той убогой уединился, всё что ниже у неё оказалось в полном поряде, хотя не ручаюсь. Трахал на ощупь, с закрытыми глазами, чтобы не видеть этого убожества. Ушла неполноценная, оставила нас с нетронутой, пока нетронутой.

Долго слушал о московской жизни, она ещё поплакала, посмеялась, а потом в постельку. Трахал её уже с открытыми, такую только с открытыми, целовал шею, глаза, глаза, и снова шею...

Через два месяца встретил убогую в подпитии. Спрашиваю, как черноглазая поживает?

- А ты не знаешь?

- Что знаешь?.

- Её же на переходе возле «Казахстана» (кинотеатр такой) размазало. Двадцать метров по асфальту под колёсами тащило...

Вышел на следующий день на проспект Ленина (тогда ещё Ленина), и прошёлся по тротуару те же 20 метров, слёзы бежали, не мог представить, как могло эту хрупкую девушку тащить столько под колёсами автобуса. А главное: за что?

Был бы гитаристом: сыграл бы реквием, был бы поэтом: оду смастырил, а так... просто воспоминание...

Жаль черноокую.