Мадмуазель Вероника

Никто ничего не понял,

Все деловито молчали.

Быть может, здесь платят подать,

Стою я в конце иль в начале?

Намеком на озаренье,

На бред, что ни слышать, ни слушать

Не могут. И в воскресенье

Отягощенные души.

И ты невидимкой средь хоров

Болезненных, второстепенных

Мелькнула! И жизнь сущим вздором

Вновь мнится. И ночь вскроет вены.

Сквозь тучи забрезжит. И зыбко

В толпе утомленной и зябкой,

С твоей повстречавшись улыбкой,

Идти за тобою украдкой,

Тебя до дверей провожая

Какого-то хмурого века,

Где сущность иная, чужая

Незнаемого человека.

В старинном иссякнувшем роде

Узреть шумный пасмурный город,

От сумрачной смерти свободен,

Отчаянно дерзок и молод!..

Он будет пытать их. Он будет

Рассказывать страшные байки,

Но так прямодушно, что люди

Поймут напрямик, без утайки.

Быть может, и не было тайны!

Горячка. И улиц простуда.

Но ты современницей станешь

И скоро меня позабудешь.

2010