Прикосновение. Часть 5
Домой мы приехали на такси, потому что у Вики тряслись руки и ноги, и она не могла вести машину. Дома она тут же ушла в ванную и долго сидела там. Вышла оттуда в халате с мокрыми волосами и бросилась в кресло, которое стояло на лоджии.
- Можно, я расчешу твои волосы? – спросила я.
Вика словно очнулась.
- Ах, да! Извини, хотела побыть одна...
Она помолчала, а затем пробормотала, словно про себя:
- Даже не знаю, что сейчас делать... А ты? Что собираешься делать ты?
- Я хочу тебя успокоить. Давай прогуляемся где-нибудь.
- Да-да... Эти твои прогулки... Где ты его нашла?
- Антона?
- Это чудовище.
- Вика, он не чудовище. Он хороший.
Сестра, сморщившись и сузив глаза, посмотрела на меня.
- Серьёзно? Ты поняла, о чём он рассказывал? Что он творил, когда был военным?
- Так он это всё выдумал, наверное. Чтобы впечатлить тебя.
- А если не выдумал? По мне, так выдумать такое невозможно!
- Для нас может, и невозможно. А он необычный человек.
- «Человек»! Слово-то какое! Ты сестрица, даже не адвокат дьявола. Ты прямо его служка.
- А что такого он тебе сделал? Это была всего лишь игра. Ролевая игра. Ты вообще могла уйти в любой момент.
- Это ты могла уйти в любой момент. А я лежала связанная на топчане.
- А ты и не просила тебя развязать. Тебе это нравилось. Ну, признайся.
- Ну спасибо! – взорвалась Вика – Он что, и с тобой проделывал какую-нибудь гадость в этом роде?!
- Гадость? Нет, никаких гадостей не было. Антон относился ко мне как к королеве. Лучше расскажи, отчего ты так разомлела на диване рядом с ним!
- «Разомлела». Сама ты блин, разомлела!
- А что, не правда? И исполняла всё, что он тебе велел!
- Не твоё дело.
- А Серёга, он как тебе, ничего? Понравился? Ну, скажи, скажи!
Я принялась целовать её в щёки.
- Отстань!
- Он моложе твоего Виталика. И накачанный! Пожирал тебя всю глазами. Он так эротично смотрелся на тебе...
Вика покраснела.
- Не болтай ерунды! Ты отвлекаешь меня. Мы говорили про этого... Антона.
Я с притворным видом вздохнула.
- Думаю, Виталию не нужно знать, что у тебя было с Сергеем...
Вика вскочила с кресла. Она пыталась выглядеть рассерженной, но это ей плохо удавалось.
- Иди сюда, маленькая дрянь! Я покажу тебе, как шантажировать сестру!
Я взвизгнула и убежала в комнату, плюхнулась на кровать, где меня настигла Вика и села на меня верхом. Её руки принялись лезть ко мне под мышки, трогать живот, бёдра.
- Вика не надо! Щекотно!!! – визжала и брыкалась я, между тем, как Вика безжалостно доводила меня до состояния, когда от смеха и визга я уже не могла говорить.
- Аааа! Не... Надо! Не надо!.. – задыхаясь, повторяла я.
Вика, пользуясь своим преимуществом в физической силе, продолжала сидеть на мне и пальцами всячески искажать моё лицо так, чтобы оно отображало разные гримасы. Большими пальцами рук она оттянула уголки моих губ в стороны, а указательными потянула за нижние веки, и засмеялась, глядя на меня.
- Скажи, что ты больше так не будешь.
- Я больше не буду!
- Скажи, что было у вас с этим Антоном, или я тебя защекочу.
- То же, что и у тебя с ним было. Наверное.
- То же самое не могло быть. Говори!
- Ну давай, фашистка! Я не скажу!
Вика слезла с меня и плюхнулась рядом. Посмотрела мне в глаза.
- Ты ведь не пойдёшь к нему больше?
- Пойду.
- Ты с ума сошла! Я тебя обратно отправлю, к маме.
- Тогда я буду жить у Антона.
- О, Господи! Ты хоть что-нибудь соображаешь?
- А ты?
- Не хами сестре!.. Лина, ну он же маньяк. Он чудовище. Я с ума сойду, если ты опять окажешься у него.
Я подумала.
- Ну, может он и был чудовищем. Но со мной он совсем другой. Он становится лучше.
- Ой, блииин... Ты точно думаешь, что можешь его «исправить»?
- Да.
- Извини, но ты – типичная дура. Все дуры думают, что могут изменить мужика одним фактом своего существования. Мужики в таком возрасте не меняются. Ты это понимаешь?
- Ты будешь удивлена, но я понимаю. Он ведь не маньяк. Он просто очень одинокий и одичал немного. Со мной он становится человеком. Очень приятным и интересным человеком, кстати.
- Чёоорт... Мне что, с тобой идти? Я не смогу больше этого вынести.
- Ну... Антон ведь с тобой так играл потому, что ты угрожала донести на него. Я скажу, что всё в порядке, ты успокоилась. И гм... попрошу, чтобы Антон Сергея пригласил...
- Нет! Ну вы посмотрите на эту юную сводницу! Фу! Куда катится мир...
Я придвинулась поближе к Вике и погладила её пальцами по щеке.
- Вик, ну я ведь люблю тебя... Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Ты тоже одичала совсем, а Сергей хороший. Я видела, ему было очень неприятно делать то, что требовал отец. И он так смотрел на тебя...
- Линка, прекрати. Вы с Антоном похоже, два сапога пара, один к одному.
- Вик...
- Ну?
- А Сергей красивый! Когда он разделся, я глазела на него сзади. Он спортивный такой. Спина такая мускулистая, и это... ниже тоже.
- Что «это»?!
- Ну это... задница, в общем... А спереди я не видела.
- И слава Богу!
- Вика, а он... ну, в смысле, ты... ты ему понравилась ведь, да?
- Откуда я знаю.
- Ну... Ты же видела его спереди.
- Ах ты... Бесстыдница!
- Вика, ну что же я, маленькая, что ли.
- Понравилась, понравилась! – нервно хихикнула Вика.
- Ну вот, а ты меня ругаешь. А я всё для тебя делаю! Гм... Вика, а вы успели, это... Ну... в смысле... переспать?..
Вика вскочила и в притворной ярости начала меня душить.
- Ещё одно твоё дурацкое слово, и я тебя убью! – пообещала она – Стоооп!!! «Переспать»?! А как насчет тебя с Антоном?
Её взгляд буравил меня насквозь.
- Вика, ну я же говорила тебе. Антон – очень порядочный человек. У нас платонические отношения. Ну... почти...
- Красавица и чудовище в почти платонических отношениях. Красота!
В это время вдруг зазвенел мой телефон.
- Да... Добрый день, Антон.
Я вслушалась в звучащий в трубке голос и прикрыла её рукой.
- Антон приглашает к себе на дачу, на пикник. Будет много гостей.
- Да, конечно. Вика спрашивает, Сергей тоже будет? Ой!..
Я содрогнулась от шлепка, который мне нанесла сестра. "Засранка"! - прошипела она.
- Да, тогда она тоже будет... Эээ... Ну, хорошо, до завтра.
- Они с Сергеем заедут завтра к вечеру.
- Я тебя убью. И никуда я не поеду!
- Антон попросил захватить вечерние платья. Наверное, будет интересно!
- Одну я тебя никуда не отпущу. Поедем на моей машине.
- Эх, жаль, что у меня нет вечернего платья...
- Тоже мне, Золушка! Чёрта лысого твоему Антону, а не вечернее платье. Оно у меня в кладовке наверное...
***
Мы ехали по навигатору, который нам установил Антон. А сам он в своём здоровенном песочного цвета джипе ехал следом.
- Ничего себе фазенда у твоего Антона, - изумилась Вика, подъезжая к аккуратным воротам во внушительном заборе, за котором возвышалось двухэтажное кирпичное здание.
Ворота сами по себе открылись, и мы осторожно въехали внутрь. Старичок охранник показал нам место для парковки. Сергей забрал наши вещи, а Антон устроил нам экскурсию по дому. Вика вызвалась помочь Сергею готовить шашлыки, украдкой показав мне кулак. Антон был в хорошем настроении. Оставшись в жилете со множеством карманов на голое тело и широких брюках, он протянул мне руку.
- Пойдём встречать гостей, королева? - улыбнулся он - Сейчас приедут двое моих приятелей.
Почти сразу подъехали два чёрных джипа, из которых вышли суховатый подтянутый пожилой мужчина в очках с неприметной супругой и грузный дядька с полноватой женщиной. Полный дядька подкатился ко мне, взял меня за руку и приложился к ней холодными слюнявыми губами со словами: "Приветствую вас, королева!".
- Прямо бал у Сатаны какой-то, - иронично прокомментировал мужчина в очках.
- Я в восхищении! – поддержала его я.
- Королева в восхищении, - почтительно сказал Антон.
Все засмеялись.
- Александр, - представился полный дядька.
Его супруга разглядывала меня с неподдельным любопытством:
- А это, очевидно, наша маленькая Ио! - широко улыбнулась она.
- Знаете, я бы предпочла быть Юноной, - возразила я.
Женщина громко и заливисто захохотала. Все присутствующие к ней присоединились.
- Съела, Людка? - усмехнулась вторая женщина - Я Алевтина, а это мой муж Григорий... Поцелуй ручку королеве бала!
- Да, ну понятно теперь, отчего Антон так на вас запал, - простодушно объявила "Людка", бесцеремонно улыбаясь во весь рот. Она продолжала пожирать меня взглядом.
Мужчины вытащили из машин объёмистые сумки и понесли их в дом, Алевтина отправилась с ними. Людмила, улыбаясь, обняла меня за плечо.
- Что вы такое с Антоном сделали, Алиночка? - спросила она с любопытством - Ну не узнать мужика! На человека стал похож, честное слово. Ожил прямо!
- Ничего. Мы знакомы всего несколько дней.
- То-то и удивительно. И он относится к тебе, как к своей дочери. Ну просто папаша с дочкой. Только эту дочку ещё и любить можно... Да?
Она потрепала меня по плечу.
- Правда? Ну, колись, девочка! Он ведь просто шикарен, а уж в постели...
- Насчёт постели... Вам, наверное, лучше знать.
Она засмеялась, но уже невесело.
- Да, я бы многое отдала, чтобы там оказаться, но увы! Эх, всё бы отдала за то, чтобы он меня просто трахнул где-нибудь в углу...
Меня коробила её манера разговора, и я промолчала.
- Да я вижу, зелёная ты ещё совсем. Эх, мне бы на твоём месте оказаться! - размечталась она - Ну да ладно. Радует хотя бы, что твой сладкий розовый пирожок достанется Антону.
Пикник был в самом разгаре. Все уже познакомились и непринуждённо перемещались, общаясь или просто сидели в беседке-качели. Все попробовали разнообразные виски, ром, вина. Не пили только мы с Антоном, который сказал, что детям ещё рано травить себя, и вместе со мной пил только сок. Вика сидела вместе с Сергеем, и было видно, как они оба смущались поначалу. Интересно бы узнать, о чём они так оживлённо говорят...
Я невольно залюбовалась Антоном, когда он, такой крепкий, загорелый, сидел под солнцем в панаме-афганке, с татуировкой на левом плече в виде щита с мечом. Поймав мой взгляд, он подмигнул мне и поднялся с раскладного кресла.
- Пойдём-ка, - улыбнулся он - Чего время зря терять. Пока все пьянствуют.
Я поймала настороженный взгляд Вики, но жестом успокоила её. Мы зашли в просторный гараж на нижнем этаже. Антон просунул руку за шкафчик и вытащил оттуда завёрнутый в масляную тряпку пистолет, и мы сели за столик.
- Это ТТ. Возьми его, - предложил он.
Пистолет был увесистый. Я подняла его и приставила к груди Антона.
- Пиф-паф!
Он покачал головой.
- Правило первое. Ты направляешь оружие на человека только тогда, когда хочешь его убить. Убивай.
- Я тебя убила.
- Нет, успеешь ещё. Дай сюда. Вот так вынимается магазин. Вот так вставляется. Так взводится. Попробуй...
Антон стоял за моей спиной, и я ощущала теплоту его тела. Его губы шептали около моего уха, и я слышала каждое их движение. Его нос прикоснулся к моим волосам, вдыхая их запах.
- Ты целишься правильно. Но помни главное. В твоих руках смерть. Когда она в твоих руках, ты сама становишься смертью. Почувствуй смерть на кончике твоего пальца. Медленно. Если ты испугалась выстрела, значит, ты попала в цель...
Грохот выстрела меня оглушил. Пистолет дёрнулся и едва не выпал из моих рук от неожиданности. я У противоположной стены скакала по полу красная продырявленная банка, моя цель.
- Класс! – восторженно крякнул Антон.
Он подошёл к стене, поднял банку. Усмехнулся. Выпрямился и поставил банку себе на голову.
- Стреляй.
Я почувствовала, что бледнею. Моя рука поднялась на уровень плеча, как учил Антон. Я сфокусировалась на красной банке, и в тот же миг в прорезь прицела... Я увидела его глаза. Они смотрели на меня прямо и открыто, и они улыбались. А я стала смертью, смотрящей в его глаза... Всё во мне застыло, а пистолет затрясся в моей руке. В тот же миг дверь гаража с грохотом распахнулась, в неё колобком вкатился Александр и метнулся в угол. В дверь просунулся ствол помпового ружья. Затем послышался ироничный голос Григория.
- Вы поглядите на этих придурков! Они блин, уединились в гараже, чтобы пострелять друг другу в бошку.
Антон подошёл к нему и похлопал по плечу.
- В банку, Гриша, в банку. Прямо в центр. Сможешь так?
- Да ну тебя! Хоть бы предупредил.
- Не теряй форму, боец!
Из угла появился Александр, что-то пряча за пазуху. Взял мою руку с зажатым в нём пистолетом и поцеловал.
- Королева, я восхищён. Стрельните и в меня!
- Дурдом... - вздохнул Григорий, уходя.
Антон повертел в руках простреленную банку и задумался.
- Ты умеешь танцевать танго, принцесса? - неожиданно спросил он.
***
Наступала ночь. Все разошлись. Бросив на меня внимательный и обеспокоенный взгляд, ушла Вика в сопровождении Сергея. Я придвинулась поближе к Антону, и он обнял меня.
- Как хорошо здесь под звёздами. Мне хочется всю ночь просидеть так, - призналась я.
У наших ног догорал костёр, устало вспыхивающий огнями угольков от слабых движений воздуха.
- Я часто сижу так один. Так хорошо, можно не думать о чём-нибудь приятном.
- Антоний, зачем? Зачем всё это?
- Завтра будет много гостей...
- Я не о том.
- Мне так хорошо с тобой. Никогда не было так хорошо. И хочется, чтобы был повод сказать... Прости, что я был груб с тобой тогда.
- Мне хочется, чтобы ты не думал о прошлом. Прошлого нет, есть только сейчас. А иногда нет и этого, и это самое приятное, что может быть.
- Ты говоришь как философ.
- Просто не думай ни о чём...
Я потянулась к нему, и он осторожно прикоснулся своими губами к моим. Я смущённо улыбнулась.
- Людмила говорит, что ты относишься ко мне как к своей дочери...
Он положил свои руки ко мне на плечи и заглянул мне в глаза.
- Я так же боюсь потерять тебя...
Во мне всё ликовало. Пожалуй, мне не удалось скрыть свои чувства. Наверное, это выглядело неправильно, но в следующую секунду я уже оседлала его колени и смотрела на него счастливыми глазами. Я обняла его за шею, и моя спина прогнулась под его ручищами. У меня кружилась голова, и мы целовались под звёздами целую вечность. А потом он поднял меня как пушинку и отнёс на руках в комнату, где уже спала Вика.
***
Гости начали прибывать с утра. Все машины не поместились во двор, и они выстроились вдоль забора. Все были в восторге от представления, которое разыгрывалось на входе. Я была королевой бала. На голове у меня была корона, вырезанная из фольги. Я в топике и короткой юбке, сделанной из занавески из нанизанных на леску ракушек и звёздочек из фольги. Григорий в безупречном костюме и залепленных чем-то очках изображал Коровьева, а кругленький низенький Александр в майке на волосатой груди, в шортах и с бабочкой на шее – кота Бегемота. Некоторые дамы даже, смеясь, целовали мне колено. «Коровьев» представлял мне гостей. Добродушный дяденька в коричневом смокинге заявил:
- А у меня нет дамы. Можно, я тоже поцелую колено королевы?
И незамедлительно этим воспользовался.
- Королева в восхищении! – с серьёзным выражением лица прокомментировал его действие «Бегемот».
Мы с Антоном улучили момент, уединились в гараже и вновь отрепетировали свой номер, который придумали вчера и были намерены продемонстрировать гостям. Правда, большую часть времени мы смеялись, и было очевидно, что придётся импровизировать на ходу. Только ближайшие друзья Антона, Григорий с Александром, были посвящены в суть номера, и всячески нам помогали. Затем меня взяла в оборот Алевтина. Она затащила меня в свою комнату и, распаковав здоровенный баул, принялась примерять ко мне различные платья.
- Сейчас подберём тебе вечернее платье, - объявила она – Это наряды моей дочки и её подружек... Вот это подходит, чёрное, почти идеально. Вот тут подшить немного, погладить...
Об этом явно позаботился Антон. А платье было и правда классное. У меня никогда такого не было. Да и не будет, наверное...
Гости разместились в двух смежных комнатах, между которыми убрали перегородку. Столиков было мало, пришлось импровизировать, с чем сами гости и справились. Звучала музыка, все веселились, чему способствовал выпитый алкоголь. Кроме того, тонус праздника поддерживал тот самый дяденька в коричневом смокинге, который был неистощим на выдумки. И похоже, это была его личная инициатива. На заказанного тамаду он не был похож, потому что все его знали. Я видела, как Григорий подошёл к нему и что-то прошептал на ухо. Тот поднял брови, кивнул и громогласно объявил:
- А сейчас хозяин дома и королева бала исполнят для гостей художественный номер. ПРОШУ ВНИМАНИЯ!!
Антон с улыбкой кивнул мне, и мы вышли в центр импровизированного зала и встали напротив друг друга. Он был в строгом чёрном костюме с красной бабочкой, а я была в чёрном длинном платье с красным поясом. Честно говоря, у меня дрожали колени от волнения. Григорий включил музыку, и зазвучала композиция «Танго разбитых сердец» в исполнении мужчины и женщины.
Мы танцевали танго, дополняя его характерными жестами и мимикой. Танец скоро так увлёк меня, что я забыла обо всём, в том числе и о своём мандраже. Я начала подпевать женской партии в этой композиции:
«Давайте с вами
Пойдем ва-банк,
Давайте завтра
Ограбим банк.
Мы не такие,
Как все вокруг,
Мой таинственный друг. »
Наступила тишина, все увлечённо наблюдали за нами. Когда зазвучал мужской голос:
«Достаньте длинный
Свой пистолет... »
Я приподняла подол своего платья так, что стало видно моё бедро, охваченное красной подвязкой, на которой крепился пистолет. Настоящий. Тот самый. Антон сексуальным движением провёл по моему бедру и выхватил его.
«Никто на свете
не скажет Нет!
Пусть от любви
Будет ночь пылать. »
В этом месте было очень эротичный штрих. Антон приставил пистолет к моему запрокинутому лицу, к моим напомаженным ярко-красным губам. Я открыла рот, и пистолет вошёл в него. Зрители видели только это сексуально окрашенное действо, но они не видели, чтО за кадром. Я сжала губами и зубами пистолет, точнее затвор пистолета, и он неприятно хрустнул у меня во рту. В нёбо мне ткнулся холодный обнажённый ствол. Когда я отпустила затвор, он с двойным щелчком встал на боевой взвод. Я держала во рту заряженный, готовый выстрелить пистолет, который был в руках Антона, и смотрела ему в глаза. В глаза смерти.
«Я хочу танцевать! »
На этой строчке я отстранила руку Антона и, держась за неё, прислонилась к его спине. Я опустила его руку с пистолетом и прижала к своему бедру. Мы вновь стояли лицом друг к другу.
«Танго разбитых сердец -
Одиночества крик,
Тишину разбивающий.
Танго разбитых сердец -
Жарких прикосновений
Огонь обжигающий. »
Характерным для танго агрессивным чувственным движением, я положила руку Антона себе на талию за спиной. Когда Антон убрал руку, в ней уже не было пистолета. Он был у меня на спине за поясом. Антон отступил, и, держа меня за руку, раскрутил меня вокруг оси, затем сделал выброс от себя, держа меня за руку.
«Сделал я всё, что надо,
Но ждала там засада.
Кто мог знать,
Что секретный вы агент. »
Он сделал шаг ко мне, но я остановила его угрожающим жестом, всем своим видом изображая коварство. Другой рукой выхватила из-за спины пистолет и направила на своего партнёра. Со стороны казалось, что я целюсь в Антона. «Я становлюсь смертью» - вспыхнуло у меня в мозгу...
«Стреляла первою я в тебя,
И запылал океан огня. »
Раздался единодушный визг дам, когда грохнул настоящий выстрел. Стоящая на шкафу ваза с клюквенным соком разлетелась вдребезги, по потолку и стенам потекли рубиновые брызги.
«Лилась рекою багряной кровь,
Вы предали любовь! » - прозвучало под крики женщин.
Я повернулась лицом к зрителям, а Антон, подойдя сзади, поймал меня за талию.
«Но где-нибудь отыщу я вас,
И мы станцуем
В последний раз.
В моей душе не осталось зла,
Но любовь умерла. »
Держа мою высоко поднятую руку, другой он опустил меня так, что мои волосы коснулись пола. Мы замерли в этой позе, затем он, выпрямляясь, дёрнул за руку и швырнул меня на себя.
«Пламя к утру станет золой,
Всякой любви настаёт конец.
Только звучит в пустоте ночной
Это танго разбитых сердец.
Танго разбитых сердец,
Танго разбитых…»
Мы стояли, выпрямившись, касаясь плечами и повернув голову, в упор глядя в глаза друг другу. Я подняла вверх оскаленный пистолет, в котором не было патронов. Нажала на кнопку, и в тишине прозвучал зловещий щелчок затвора, вставшего на место.
Наш зрительный зал взорвался аплодисментами и восхищёнными криками. Гости подбегали к нам, целовали и жали руки.
«Бесподобно»! «Ну, вы, ребята, даёте»! «Охренеть»! – звучало вокруг. Подбежавшая Людмила обслюнявила меня взасос. Ко мне пробилась Вика и потрясла меня за плечи.
- Ну, капец! – проговорила она, отводя меня в сторону – Я говорила, вы с Антоном два сапога пара. А знаешь, что все вокруг говорят? Что вы – идеальная пара. Вот так вот!
- Скажи это Антону, пожалуйста, - выдохнула я.
«Вы с Антоном – идеальная пара» - прозвучало из уст первого же мужчины, пригласившего меня на танец. Затем меня пригласил шустрый тамада.
- Где вы учитесь, прелестное создание? В ГИТИСе я вас не видел...
- В школе, - ответила я, засмеявшись.
- В Школе Искусств?
- Нет, в обычной, средней.
- У вас талант, деточка. Окончите школу, позвоните мне. Я вам помогу. Честное слово! Вот моя визитка. Я буду ждать вас!..
Забавный дяденька. А вот и Сергей меня приглашает. Интересно с ним поговорить.
- Сергей, понравилась вам Вика?
- Очень. И вы тоже! – добавил он быстро.
Мне стало смешно.
- Вы красивый. Вике тоже очень нравитесь. Знаете, Вика сейчас одна живёт, скучает. Муж в отъезде...
Я понизила тон и заговорила загадочным шёпотом:
- А я правда вам нравлюсь?
- Не то слово!
- Вика рассказывала, что она настолько вам понравилась тогда, что... ваша симпатия была очевидна с первого взгляда.
У него даже шея покраснела.
- Я вам так же симпатична?
Сергей не знал, куда себя деть. Шоркал по полу ножищами и мычал что-то. Да, не в отца пошёл.
Я устала от множества мужчин, которые непрестанно приглашали меня, старались потрогать меня через платье, ощупывали под одеждой моё бельё. Один даже попросил подарить на память мою подвязку.
- Это театральный реквизит, - возразила я устало – На ней инвентарный номер.
Наконец, за меня заступился Антон. Он жестом арбитра отправил в аут очередных претендентов на танец со мной и принял в свои объятия.
- Спасибо, Антон. После того, как все меня перепробовали, ты наконец, вспомнил обо мне.
Он обеспокоенно посмотрел на меня.
- Мне показалось, тебе нравится вращаться в обществе. Устала?
- Антоний, я хочу танцевать. С тобой.
Всё моё тело застонало, когда оно прогнулось под одной его лапой, прижавшей мои лопатки, и другой, охватившей талию. Я положила ладони ему на грудь и прижалась к нему всем телом. Кружилась голова, кружились огни, «Maybe I, maybe you» - пели Скорпионы.
Наверное, мы вновь стали объектом всеобщего пристального внимания, но меня это совсем не интересовало. Мне хотелось, чтобы музыка звучала бесконечно.
«In a world full of pain
Someone's calling your name
Why don't we make it true
Maybe I, maybe you... »
- Я так благодарна тебе, Антоний... Хочешь, я подарю тебе свою подвязку?
- Хочу. Но не сейчас. Сначала мне хочется посмотреть, как отражаются звёзды в твоих глазах...
***
- Давай я провожу тебя в твою комнату. Ты отдохнёшь.
- Спасибо, я сама.
Краем глаза я видела, как он озабоченно смотрит мне вслед, а я удалялась в дальний коридор под затухающие звуки бала.
Наша комната была в самом конце коридора в этом крыле здания. Я мечтала только о том, чтобы завалиться на кровать. Уже открывая дверь, я вдруг услышала чей-то стон из комнаты напротив. Это была комната Сергея. Дверь была полуоткрыта и слегка колебалась от слабых порывов воздуха. Я подошла к двери и заглянула внутрь через дверную щель. На секунду весь сон сразу слетел с меня.
Кровать Сергея стояла у стены слева от входа. Она была не расправлена. Поперёк кровати, упёршись плечами в прислонённую к стене подушку, лежала Вика в своём длинном вечернем синем бархатном платье. Перед ней на коленях стоял Сергей, причём голова его и плечи скрывалась под платьем у Вики. Голова под платьем двигалась над её бёдрами, а Вика, склонив голову и закрыв глаза, постанывала, кусая и облизывая губы.
Я осторожно прикрыла дверь поплотнее и зашла в нашу комнату. Едва упав на кровать, я заснула.
Я проснулась, когда уже опустилась ночь. Так и уснула в одежде. Вика спит в своей кровати.
- Вииика...
- О, Господи! Ты, что ли?! Фу, напугала меня. Просыпаюсь, а рядом дама в чёрном тянется ко мне руками...
- Вика, у меня к тебе огромная просьба.
Она села на кровати, а я присела на свою.
- Ну?
По мере того, как я говорила, лицо Вики становилось сначала недоумевающим, потом злым.
- Ты, сестрица, охренела совсем со своим Антоном!
- А ты... Не охренела со своим Сергеем?
Качая головой, Вика закрыла лицо руками.
- Боже, это дурдом какой-то...
- Ты же понимаешь, я просто хочу...
- Да иди ты!
Подойдя к двери, я, не оборачиваясь, произнесла:
- Только не говори мне, что ты сама этого не хочешь.
***
Антон сидел в шезлонге, запрокинув голову и глядя в чёрное звёздное небо. Когда я подошла, он вскочил и протянул мне руку.
- Прошу Вас, королева!
Он усадил меня в шезлонг, а сам присел рядом и положил голову мне на колени. Отыскал мои пальцы и приложил к своим губам.
- Тебе понравилось? – спросил он тихо.
- Я в восхищении, - улыбнулась я.
Он засмеялся.
- Честно говоря, я ожидала, что мы сейчас пойдём прыгать с парашютом, например.
- Учти, я тебя за язык не тянул.
- Нееет! Я не хочу! – закричала я в панике.
- А яблоко хочешь, прямо с ветки?
- Хочу!
Он, стоя на коленях, повернулся ко мне спиной.
- Тогда забирайся ко мне на плечи. До ветки ещё достать надо.
Когда я, сняв туфли и задрав платье, примостилась на шее Антона, он легко поднялся, придерживая меня за ноги под коленями, и куда-то направился.
- Антон, если кто-то увидит приличного джентльмена с бабочкой и с ведьмочкой за плечами, он решит, что сошёл с ума.
- Ну и пусть. А я всегда мечтал поносить дочку на закорках.
К моему удивлению, он вышел за ворота и свернул на дорогу. Когда мы проходили мимо соседнего коттеджа, то встретили мужчину, который курил перед домом, сидя на скамеечке.
- Здравия желаю, Антон Михайлович, - произнёс тот упавшим голосом.
- И тебе не хворать, Петрович, - бодро отвечал Антон.
Я, сидя у Антона на закорках и растерянно улыбаясь, пропищала: «Здрасьте! ». Выглядело это всё крайне нелепо. Мужичок погасил сигарету и быстро скрылся за воротами. Антон обогнул этот коттедж и прошёл вдоль забора.
- Яблоня вообще-то соседская, - признался он, но здесь ничейная территория. Рви, которые поспелее.
Я сорвала в подол несколько яблок, и мы пошли обратно. По пути я давала откусывать ему самое большое яблоко, которое кусала и сама. Так я благополучно добралась до своего шезлонга. Антон присел на корточки, лукаво улыбаясь.
- Королева обещала мне кое-что...
- Она на мне, - произнесла я.
Антон взял мою левую ногу и принялся целовать её, начиная с самых пальчиков. Когда его губы дошли до колена, я опомнилась.
- Антон, это не та нога...
- Конечно, не та, - серьёзно отвечал он – В этом весь прикол.
Я потрепала его по голове.
- Антон, здесь нас увидят... Ай!!
Через мгновение я оказалась перекинутой через его плечо, и он понёс меня как куклу, придерживая за ноги. Через какое-то время я поняла, что самое правильное в этом положении – просто висеть за его спиной с ниспадающими с головы волосами и болтающимися руками. По счастью, никто из припозднившихся гостей нам навстречу не попался. Надеюсь.
Антон положил меня поперёк своей кровати, и сам лёг рядом. Мы долго лежали молча, глядя в ночное окно. Занавесок по холостяцкому обычаю, на нём, конечно же, не было.
- Одна дама, - хрипло произнесла я – Интересовалась, какой ты в постели. Теперь я это знаю.
Антон засмеялся. Он держался за живот и просто умирал от смеха. Схватил подушку и, продолжая хохотать, прижал её к своему лицу, задирая ноги. Весь красный, отложил её в сторону.
- Я сейчас умру. Принцесса, нельзя же так...
Он перевернулся и придвинулся ко мне, обняв за плечи. Его лицо склонилось надо мной.
- Ты просто обалденная девочка, Алиса. С трудом сдерживаюсь, чтобы не съесть тебя. Ммм...
Он впился губами в мой рот. Мы целовались, пока могли сдерживать дыхание.
- Алина. Меня зовут Алина, - возразила я, переводя дух.
- Тебя нужно было назвать Алисой. Я буду называть тебя так.
- Я – Алиса. Если нацепить чёрные очки, то ты – вылитый Базилио, Антоний. Мы не такие, как все вокруг?
- Мы – не такие...
Он жадно целовал моё лицо и шею. Я лежала, закрыв глаза, с пересохшими от волнения губами. Теперь его рот обжигал меня где-то у основания шеи.
- Платье расстёгивается сзади, - пробормотала я.
Его лицо нависло надо мной.
- Я тебя съем, принцесса.
- Одна дама... Сказала, что мой сладкий розовый пирожок достанется тебе, Антоний...
Его пиджак полетел куда-то в угол, и через мгновение я уже содрогалась от прикосновений его губ, его лица к моим бёдрам. Когда это произошло, я почувствовала, как мои ноги, совершенно непроизвольно, слегка разошлись в стороны. Горячее дыхание Антона обжигало их. Я увидела, что его голова исчезла у меня под платьем. Перед моими глазами немедленно возникла подсмотренная картина Вики с Сергеем, такая возбуждающая, и вот теперь это происходило с нами. От осознания этого, от вызванного этим возбуждения, от ожидания и страха неизвестности, у меня сладко и мучительно заныло внизу. Я чувствовала, как губы Антона аккуратно прикасаются к мой коже у самой границы с трусиками. Затем пауза... И вот я почувствовала его прикосновение ТАМ, через тонкую эфемерную ткань...
Я залезла руками под платье, зацепила резинку трусиков и потянула их вниз. Антон вылез из-под подола платья, чтобы не мешать мне сделать это. Остановившимся взглядом он посмотрел на снятые трусики в моей руке, поднёс их к лицу, и, отрешённо закрыв глаза, вдохнул, как будто вдыхал наркотик. Издал долгое хриплое «Ммм... », упал рядом со мной на кровать, поджав ноги.
- Алиса. Алиса, мы должны остановиться... – простонал он с мучительным выражением на лице – Нам нельзя...
Я склонилась над ним, целуя его в висок.
- Антоний, ты такой хороший... Где твой телефон?
- Что?.. Телефон?.. Не знаю. В пиджаке, наверное.
Трубка Антония и вправду нашлась в пиджаке. Я набрала номер и ждала под мерные сигналы вызова. Каждый сигнал длился вечность. Где же ты?!
- Это я!.. Давай.
Я вновь склонилась над Антонием.
- Я приготовила подарок для тебя. Тебе будет хорошо, - шепнула я успокаивающе.
- Знаешь, меня дрожь пробирает от твоих подарков. Что ты ещё придумала?
- Ты видел, как пешка проходит в ферзи и ставит мат? Это красиво!
Осторожно открылась дверь, и в комнату проскользнула Вика в своём длинном тёмно-синем бархатном платье. Она бесшумно приблизилась к нам, в то время как Антон смотрел на неё, широко открыв глаза.
- Ложитесь прямо, - негромко скомандовала она, и Антон машинально подчинился.
Вика залезла на кровать, перебросила ногу через Антона и уселась на его ногах. Посидела, молча глядя на него. Затем принялась не спеша расстёгивать ремень его брюк.
Я сидела перед ним на коленях. Погладила по лицу. Он смотрел, как мои пальцы расстёгивают пуговицы на его рубашке, постепенно обнажая мускулистую волосатую грудь. Расстегнуть его бабочку у меня не получилось, и когда я расправила воротник, он так и остался лежать с бабочкой на голой шее.
- Никто на свете не скажет «Нет! », - шепнула я ему.
За моей спиной Вика что-то делала с ним. Похоже, стащила наполовину брюки, посопела, затем раздался резкий звук раздираемого пакетика. Антон с напряжённым лицом смотрел на неё. Вика переместилась на качнувшейся кровати, и всё замерло. Затем она резко выдохнула через нос, а Антон коротко охнул. Это повторилось пару раз, а когда я оглянулась на Вику, то увидела, что она сидит на Антоне. Длинное платье прикрывало его бёдра и ноги Вики. Она сидела прямо, глядя на него полуприкрытыми глазами. Затем медленно приподнялась и медленно опустилась вновь. Антон сдавленно выдохнул и потянулся к ней, но Вика с силой убрала его руки и прижала к постели.
- Нельзя без перчаток, полковник! Вы же помните, - произнесла она отрешённым голосом.
Прогнувшись, наклонилась к нему, и её губы впились в его сосок. Антон дёрнулся и зашипел. То же самое повторилось и с другим. Затем она опять выпрямилась и, закрыв глаза, принялась раскачиваться на нём, как будто наездница на коне. Дыхание у неё начало учащаться и становиться всё громче. У Антона тоже. Я придвинулась к ней поближе, и вот уже мои губы прильнули к её шее. Её дыхание звучало совсем рядом. Не отрывая губ от её кожи, я расстегнула сзади её платье. Она опустила руки и позволила мне спустить верхнюю часть её платья до пояса и обнажить грудь. Она продолжала раскачиваться на Антоне, закрыв глаза. Я взяла его за руку и притянула её к роскошной Викиной груди. Вика закусила губу, её дыхание стало ещё более частым. Рядом со мной совершался прекрасный танец любви мужчины и женщины.
Я поцеловала Вику в губы, и её ответный поцелуй был неожиданно страстным. Я простонала от неожиданности, и Вика тоже. Некоторое время мы исступлённо целовались, и я приподнималась и опускалась на коленях в такт движениям сестры.
- Линка, - проговорила она, глядя на меня тёмными от страсти зрачками – Сделай как я... Сядь на лицо. Возьми его! Возьми, трусиха!
На несколько секунд я оторопела. Вика продолжала смотреть на меня, её взгляд стал требовательным. не чувствуя под собой ног, я поднялась и, отступив назад и приподняв платье, встала над головой Антона так, что мои босые ступни касались его висков. Под собой я увидела его широко открытые глаза, а потом подол моего платья закрыл их.
Затем... Я почувствовала прикосновение его губ... к моим... Руки Антона легли сбоку на мои ягодицы, потом...
От неожиданности, из моего горла вырвался крик. Ахнула восторженно Вика, застонал глухо Антон...
Руки Вики удержали меня, её губы вновь слились с моими. Я стала участником этого акта любви, полного дикого возбуждения и немыслимого наслаждения, когда мы втроём любили друг друга. Мы с Викой синхронно раскачивались над телом Антона, выпивая огненные поцелуи, которые мы дарили друг другу. Викины руки ласкали мою грудь, и мои руки делали то же. Я не представляла, что возможно такое откровенное в своей первобытности наслаждение... Я не представляла, что с этим может сравниться только ощущение благодарности, когда мы обнажённые, лежали в постели Антона, прижавшись друг к другу, ощущая послевкусие оргазма в прижавшихся к тебе горячих телах...
Я думала о том, как проехалась на Антоне как ведьмочка, а после, на настоящем шабаше ведьм, я овладела им самим в немыслимой оргии.
Мат в три хода, Антон... И ты станешь моим!..
Кейт Миранда.
mir-and-a@yandex. ru