Человек-волк и язвы Бога

На самом деле стихи не принадлежат никому, ибо их истинное авторство – то ли Бога, то ли дьявола – установить не представляется возможным.

Чем у человека меньше слуг, тем он меньше слуга сам себе.

Будь добрей,

Не греши много.

Пороки людей –

Язвы Бога.

За одну жизнь можно прожить десять жизней, а можно ни одной.

Правда о человеке страшна, мерзка и убога, поэтому о ней никто не говорит прямо, чтобы не прослыть злонамеренным циником и богоотступником.

Вера дана для того, чтобы каждый мог поверить в себя; но часто верят только в Бога и в дьявола, и не верят во все остальное.

Бряцают оружьем

В самомненье гордом.

Наркоз нам не нужен,

Мы давно живем под наркозом.

Все стихи – обыкновенная банальщина, похожая на загримированную и припудренную старуху, пытающуюся влюбить в себя воспоминаниями об увядшей былой красоте и намеком на некую аристократичность духа в виде старых пыльных пуфиков на ложе близкой смерти. Но иногда…

Чтобы я ни делал – на всем печать проклятья и забвения, поэтому мне остается уповать на чудо.

Кто жалуется на настоящее, тот проиграет свое будущее.

Каждый имеет право писать все, что думает, ибо каждый имеет право не читать.

Кто стоит в начале пути и кто стоит в конце пути – два разных человека. И порой нет более ненавистных и чужих друг другу на всей земле; хотя это один и тот же человек.

У вас все есть, а более вам и не надо; ибо итак сверх меры.

ТРИНАДЦАТЫЙ АПОСТОЛ*

13!

Мое любимое число.

Можете зубами клацать,

мне повезло.

Бедная действительность слепа,

потому что вынуждена смотреть себе под ноги.

В общем, пан или пропал,

кем мы, муза, будем поняты?

Улыбаются заискивающе мило,

трещат напыщенностью фраз.

Ах, сдохла кобыла по кличке Пегас!

Носятся с дьяволом и с Богом,

как со списанной торбой.

Да помолчите немного,

надоели оба.

– Эй, ты, изнеженный планктон

для синего кита,

в кого и во что ты влюблен?

Всюду сплошная маета.

Небо широко вызвездилось,

в груди огневеет жгучая рана!

Росистая жимолость

дышит отравляюще пряно…

Ты, святая, как Дева Мария,

целуешься взасос.

Не балуйся, смотри мне,

и не надо слез!

Любовь – вот что главное

присно и вовек,

жизнь свою празднуя,

чем жив человек.

Поминки совести

всех ждут поделом.

А вы что мусолите

там за бугром?

Каждый гений,

развязка близка.

Фальшь поучений –

такая тоска!

Грамота охранная

для чего выдана?

Не охаивайте охальника,

сам себя охаял издавна.

Заводят тихо сперва,

а потом хоть умри,

эти вот тетерева,

непроходимые глухари.

Ну и пусть чертова дюжина,

догорел закат.

Выдюжим. Ну же,

сам черт мне брат!

2099