Сестра и жена. Часть 1
Димка Коротков старше своей сестры Светы на два года. Когда ему было восемь, а ей шесть, их отец покинул семью. Родители расстались мирно, без громких ссор. Отец однажды обнял детей, извинился и уехал с небольшим чемоданом. Мать объявила детям: "Теперь будем жить втроём". С тех пор отец больше не появлялся в их жизни.
Квартира, в которой они жили, была довольно просторной — четырёхкомнатной; отец занимал высокую должность. В большой комнате находился телевизор и библиотека, каждый из детей имел свою собственную комнату. Мать поощряла их оформлять свои уголки по своему вкусу и удобству. Они жили дружно, хотя Света иногда доставала Димку из вредности, за что получала от него лёгкие подзатыльники и жаловалась матери. Мама делала вид, что ругает его только для порядка. Однажды она сказала:
— Димочка, береги Светочку.
— Мам, я же всего лишь слегка её наказываю за шалости...
— Я вижу это, сынок. Теперь ты её защитник.
Когда Диме исполнилось пятнадцать лет, однажды Света пришла домой в слезах. Мать в тот момент не была дома.
— Что случилось, Свет?
Света всхлипнула:
— Этот Лагутин — ужасный тип! Постоянно лезет ко мне! Сначала просто обзывался, а сегодня прижал к стене и стал хватать за всё подряд! А потом щипанул! Еле вырвалась! Посмотри!
Света расстегнула верхние пуговицы блузки и показала синяк на нежной коже груди. Дима вспомнил о том времени, когда они ещё могли ходить друг перед другом в одних трусиках; тогда её грудь выглядела как-то иначе. Теперь он видел уже сформировавшуюся девичью грудь с коричневым ореолом вокруг соска и багровый синяк на белоснежной коже над ним. Его взбесило то обстоятельство, что какой-то негодяй тянется к этой нежной девушке своими грязными руками.
— Ну всё, пойдём!
Он схватил её за руку — она была взволнована и всхлипывала, и потянул во двор.
Лагутин, который выглядел как брутальный подросток и был на год старше Димки, вальяжно сидел на скамейке в компании малолеток. Рядом с ним находился его друг Шурик. Димка, уже два года занимающийся боксом, подошёл к Лагутину и заявил:
— Встань, ты козёл!
Лагутин мгновенно вскочил и закричал:
— Ты что, по земле соскучился? Я тебя сейчас так...
Не успел он договорить. Димка, хоть и был возбужден, но держал себя в руках. Ударив Лагу в лицо, тот рухнул на скамейку. Шурик подскочил и попытался ударить его в голову, но Димка ловко увернулся и мощно приложил ему левой рукой в солнечное сплетение, а правой — вновь вернувшемуся к нему Лагутину в челюсть. На этот раз удар оказался сильнее: Лагутин перевернулся через скамейку и упал на землю. Его губы распухли и начали кровоточить, из носа тоже текла кровь; он с трудом поднялся на четвереньки и оставался так стоять, шатаясь и сплёвывая кровь. Шурик сидел на земле с расширенными глазами и пытался отдышаться. Остальные ребята испуганно отступили подальше.
— Чтобы я вас больше не видел ближе ста метров от сестрички! Все слышали? Я говорил достаточно громко? Пошли, Света!
Эти слова были произнесены так громко, что их наверняка услышали все вокруг. Света поднялась на цыпочки, звонко поцеловала брата в щёку, демонстративно взяла его под руку и гордо пошла рядом с ним. Димке было приятно это внимание; Света ещё прижималась своей грудью к его руке.
Дома Димка обнял её за плечи и сказал:
- Свет, если вдруг еще что-то...
Светка прижалась к нему, крепко обняла и быстро поцеловала в губы. Он снова почувствовал её грудь, но не успел даже ответить на объятие, как она быстро отскочила:
- Спасибо, мой брат! Мой защитник!
И Димка получил чудесный, тёплый взгляд, которого ни одна девушка прежде ему не дарила.
После этого момента Светка больше не проявляла упрямства и капризов. А он никак не мог избавиться от воспоминаний о том нежном прикосновении груди к его руке. К тому же либо он раньше не замечал этого, либо такого действительно не было, но теперь иногда Светка попадалась ему на глаза в трусиках и лифчике или в короткой ночной майке выше талии.
Когда мама находилась дома, он делал вид, что это его совершенно не волнует. В отсутствие матери он иногда шлёпал её по кругленькой попке, а она игриво щипала его за любые части тела. Однажды ночью, когда он пошёл в туалет, они столкнулись: она выходила из ванной. Она попыталась увернуться, но он всё же шлёпнул её и неожиданно заметил, что под ночнушкой у неё нет трусиков. Она показала ему кулачок и прошептала:
- Ударю по лбу! А потом расскажу маме! - и тут же засмеялась и убежала.
При этом вспоминалось то мимолётное прикосновение к её попке через тонкую ткань, под которой явно находилось голое тело.
Мама часто кричала на Светку за недостаточную одежду:
- Светка, немедленно оденься! Непристойная!
- Ой, мама - отвечала Светка - ну разве я не видела Димку или он меня?
- Ты уже взрослая, Света! - упрекала её мать. - Тебе должно быть стыдно!
- А-а! - отвечала Света, отмахиваясь.
***
Они подрастали. Спустя два года почти одновременно у Димки появились девушки, а у Светы – кавалеры. Светка расцвела и стала настоящей красавицей; её грудь заметно округлилась. Теперь он с удивлением замечал, как она, не надев лифчик, проходила мимо в утренние или вечерние часы — её груди трепетали и покачивались из стороны в сторону, а под кофточкой четко выделялись соски. Он не мог отвести от них взгляда и испытывал трудности с контролем своих желаний. Уроки Димки не пропали даром: теперь никто во дворе не смел её задеть. Напротив, мальчишки толпами окружали её.
Возвращаясь вечером со свиданий или тренировок, Димка часто натыкался на неё в компании поклонников у дверей подъезда. Увидев его, она решительно заявляла:
- Пока, мальчики! Мне пора домой! - и гордо брала брата под руку, уходя с ним в подъезд на фоне разочарованных вздохов обожателей.
Димка не прогонял поклонников сестры; он лишь следил за тем, чтобы среди них не оказалось Лагутина. После их недоразумения тот долго пытался проявить лояльность при встречах, а затем куда-то исчез. Позже Димка узнал от ребят во дворе, что Лагутин попался на краже и был отправлен в колонию для несовершеннолетних — чего стоило ожидать. Однако новые ухажёры Светки казались вполне приличными ребятами. Впрочем, Димке было не до них: он уже интересовался некоторыми девушками, но пока дело ограничивалось лишь поцелуями.
Это произошло летом перед началом одиннадцатого класса. Одноклассник Димки Олег Сизов предложил ему и Ваньке Хромченко поехать к ним на дачу. Димка сразу же дал понять, что участвовать в выпивке не собирается — у него режим перед соревнованиями.
- Ах, мы тебя знаем, спортсмен! - рассмеялся Олег. - Успокойся, выпивка не предвидится. Мы будем купаться и загорать на спокойном озере. К тому же с нами собираются девушки! Тебе это подходит?
- Ничего себе! - заинтересовался Ванька. - Кто же они?
- Узнаешь!
Девушки оказались старше их примерно на два года. Пары сложились сами собой. Димке приглянулась рыжая Любаша. Они расположились у воды рядом, на одной подстилке. Она развязала бретельки и слегка спустила лифчик так, чтобы он лишь прикрывал соски для ровного загара. Её молодое, почти обнаженное тело вызывало волну эмоций.
- Димочка, дай мне потрогать твои бицепсы! - кокетливо предложила Любаша. Димка согнул руку. - Нет, не эту, правую! Правая сильнее! - продолжала она играть с ним.
Димка согнул правую руку; Любаша лежала слева от него и, чтобы дотронуться до его бицепса, привалилась к нему полуобнаженной грудью, из-за чего чашечки лифчика сползли и больше не скрывали коричневые соски. Она еще положила на него согнутую ногу точно на его член, который и так было сложно удерживать в спокойствии.
- О-о! - воскликнула Любаша с восхищением глядя на его бицепс и лукаво добавила: - О-хо-хо! - намекая на то, что чувствовала под ногой. Смущенный Димка сел так, чтобы скрыть свою неловкость.
- Я хочу посмотреть дальше по берегу! - заявила Любаша, поднимаясь и поправляя лифчик. - Олег, что там?
- Да там обычное озеро, только более дикий участок.
- Хочу туда! Дима, ты пойдешь со мной!
- Только обуйте обувь,- предостерег Олег,- там много корней, кустов и камышей.
— Дима, возьми с собой подстилку, мы собираемся искупаться.
Димка аккуратно сложил подстилку, стараясь не встретиться с насмешливым взглядом Олега, и пошел за Любашей. Они прошли через рощу около двухсот метров вдоль берега и вышли к уютной лощинке. В месте, где она впадала в озеро, дно было песчаным и свободным от камыша; деревья расступились, образовав на небольшой возвышенности светлую поляну, усыпанную зеленой травой.