нераскрывшаяся тайна. часть 9

Вход охраняла старинная дверь с металлической ручкой посередине.

Над дверью красовалась узорчатая решетка.

Толкнув эту дверь, беглецы ступили на каменные плиты западни.

Впереди тускнели желтые лампочки.

Было зябко и мрачно.

Озноб сковывал их тела.

Каменные своды сжимали сосуды мозга.

Лили поняла, что это приключение может закончиться обмороком.

Михаил почувствовал трепет и волнение своей спутницы.

Он обнял её за плечи.

Лили прижалась к нему, как беспомощный котенок прижимается к брюшку своей матери, чтоб найти защиту.

Мужская ладонь коснулась Бархатистой женской кожи.

Тесно прижатые, они шли к выходу.

Михаил почувствовал волнующее возбуждение.

Да, и обстановка этому способствовала.

Он понял, что хочет овладеть этой француженкой здесь же, в этой каменной западне.

Он резко остановился и взглянул в лицо своей спутнице.

Лицо было цвета алебастра.

Глаза наполнены страхом.

- У тебя клаустрофобия?

- Я не знаю. Мне не хватает воздуха .

- Голова кружится.

Михаил взял Лили на руки и понес Ее к выходу.

Лили обвила его шею и потеряла сознание.

Полная беспомощность и близость зовущего тела внезапно отрезвила мужчину.

У него уже были француженки в арсенале. Холодные, расчетливые, механическо-сексуальные. Обладательницы шикарного белья, духов и бездушные.

Такие любят секс, но не любят того, кто этот секс им дарят.

Самки, ухоженные самки, по мнению Михаила.

А эта была из другого мира.

Такие женщины жили с ним в одной парадной.

Трогательно-беззащитные, но очень желанные.

Он в детстве на клумбе в городском саду сорвал белую лилию и нес ее маме .

Денег не было на подарок, а эта лилия на клумбе была так дивно хороша, что он ее сорвал.

В комнате она расточала пьянящий аромат.

Он трогал пальцем аккуратно ее тычинки.

Он и такие волнующие, как девичий бутон.

Для него лилия была символом девичьего таинства.

Он представлял, как гладит ее лепестки и трогает тычинку.

Потом прикасается к ней губами.

Эти воспоминания так явственно нахлынули, что волна возбуждения обдала жаром.

Лили открыла глаза.

Их завуалировал туман.

Он прижал ее сильнее.

- Поцелуй меня, Мишу.

Мне страшно.

Мишу припал к ее влажным губам.

Поцелуй так нежен.

А ее губы как хрупкие листочки лилии.

Волосы пахли вереском.

Он опустил Лили на твердую поверхность.

Она зашагала вперед.

А он остался стоять в растерянности.

Он не знал, как себя с ней вести.

Платье-колокольчик раскачивалось из стороны в строну.

Она дошла до двери, распахнула ее и пустила солнечный свет.

Прозрачная юбка на солнце обнажила силуэт бедер.

Мишу смахнул оцепенение и двинулся вперед.

- Как ты себя чувствуешь? Мы можем продолжать свой путь?

- Нет проблем! Я хочу подняться на Розовую башню и там хочу тебя.

Михаил опешил.

- На Розовой башне туристы. Как это возможно?

- Но ты же во Франции. Это страна любви.

Здесь всюду манки зовут и влекут за собой.

Михаил посмотрел в сторону Розовой башни, на подол волнующего платья-колокольчик.

На две стройных ножки из под этого колокола и подумал:

"Что хочет женщина, то хочет бог".