Вместо Крейцеровой сонаты, 1990

Эти гибкие руки, эти жадные стоны,

Эти алые сумерки – словно бритвой по горлу!

Прячет ночь на груди сумасшедших влюбленных,

Обезумевших в жизни и в смерти веселых!..

Вы носили по ком-то опечаленный траур,

А потом отдавались с ненасытностью алчной!

Мне бы бросить навек свой заржавленный якорь

В этом тихом безлюдье, где закат словно рана.

В западню заманили дешевое счастье

И сулили ему дорогие подарки...

Сделай больно мне! Сделай, чтобы – не просыпаться,

Чтобы в сердце остаться шрамом чувственно-ярким!

Звезды нами пригрезили, иль богам мы приснились?

Все дышало в вас солнцем в тумане и пело!

Вы лукаво и страстно смеялись столь мило

И притворщицей были осторожно умелой.

Много радости в нас, много в радости – боли,

Но судьба дочитала бессмертную повесть...

Может, верный ваш муж, может, юный любовник

Вас покинул. И вы, как с обрыва – под поезд!..

Никогда не забуду эти русские села,

Ветер злой и полынный, но навеки свободный!..

Эти алые сумерки – словно бритвой по горлу,

Эти гибкие руки, эти жадные стоны...

1990