Исповедь. Сценарий короткометражного эротического
ВНИМАНИЕ! Этот текст является сценарием эротического фильма и содержит сцены насилия и интимной близости в разных формах. Если вас оскорбляют, шокируют или как-то иначе оказывают пагубное действие подобные материалы, не читайте дальше и закройте этот файл.
Крупным планом объявление:
«Опытный и строгий наставник жестко исповедует молодую, нечестивую, стройную грешницу. Примет ее покаяние, назначит глубокую епитимью и другие сладкие наказания с гарантированным облегчением и полным удовлетворением»
В дверях стоит, потупив взгляд девушка в платке. На нее строго смотрит человек в черном балахоне и с бородой. Он строго спрашивает:
- Что вам?!
Девушка:
- Я по объявлению.
Человек:
- К исповеди готовилась?!
Девушка:
- Да.
Человек:
Да, отец!
Девушка:
- Да, отец.
Человек, отстраняясь:
- Проходи.
3.
Комната. В комнате стоит тумбочка, покрытая черной тканью. На тумбочке кнут. У тумбочки стоит Человек в черном балахоне и строго смотрит вдаль. Рядом с ним, наклонясь, стоит Девушка. Она что-то тихо ему говорит почти на ухо:
- Я отец соблазнила недавно школьницу. Раскрыла ее сексуальность. Она была такой стеснительной. Такой … чистой. А я ее испортила. Раскрыла ее сексуальность раньше мужчины. Теперь она тоже чувственная и грешница. А еще я…
Человек:
- Да, грешила ты дерзко! Ну, прими наказ!
Он наклоняет ее голову к тумбочке и вдруг резко задирает ей юбку, чтобы ударить хлыстом, но видит трусы и почти кричит:
- Да как же ты готовилась?! А трусы оставила?! Быстро снимай!
Девушка торопливо стаскивает трусы. Человек в черном балахоне хлещет ее три раза так, что у нее из глаз пошли слезы. Он приобнимает ее.
Человек гладит ее по голове:
- Ну, ну, успокойся. Так мы далеко не уедем. (И вдруг другим тоном) Или Все?! Больше греха нет?!
Девушка:
- Есть отец. Много мне еще каяться.
Человек:
- Ну, успокоилась, так поехали дальше.
Девушка снова встает и опирается локтями в тумбочку, а человек встает перед тумбочкой на скамеечку так, что его ширинка находится на уровне ее рта. Девушка начинает шептать:
- А еще я, отец, не могу жить без гэгээм.
Человек:
- Ближе! Не слышу я, что ты там бормочешь!
Девушка придвигается к ширинке и продолжает шептать:
- Без глубокого горлового минета. Я даже во время исповеди его однажды делала.
Человек:
- Да как же ты сумела?
Девушка:
- А вот так. Расстегнула ширинку. Достала … и как начала исповедоваться. Он был такой красивый и так боялся любви, а я его испортила, и он стал любить сладкое, как и я.
И начинает делать … во время своей реплики. Человек улетает в блаженстве. Потом, словно бы очнувшись, вдруг раскрывает глаза, хватает веревку, задирает ей юбку и прямо во время … начинает ее хлестать:
- Сладко было?! Было сладко?! Так полюби и наказание!
Через несколько секунд человек обессиленно опускает руку с веревкой и гладит девушку по голове:
- Ох! Ну и сахарные же у тебя уста, девица! Ладно. Отпускаю тебе и этот грех. Ну, что, все на сегодня?
Девушка:
- Нет! Нет отец, я только начала.
Человек:
- И много еще грехов у тебя?
Девушка:
- Да не сосчитать, отец.
Человек:
- Ну, раз не сосчитать, давай я исповедальню подготовлю. (Вдруг грозно кричит) Что стоишь?! Раздевайся!!!
Человек начинает доставать и класть на тумбочку, покрытую черной тканью ошейник, прищепки, веревки, вибратор, искусственный член, гели, резиновые перчатки и пр. Девушка в страхе смотрит на это и медленно, нехотя, с задержками раздевается. Когда на ней остается только футболка, человек не выдерживает ее медлительности и разрывает ее на груди девушки сверху до низу так, что в разрыве видна грудь.
4.
На веревках, идущих от колец в потолке, растянутая крестом девушка. Из одежды только порванная футболка.
Человек:
- Начнем с истока! Когда и как обнаружила ты это удовольствие?
Девушка:
- Я случайно заметила, как там сладко.
Человек:
- Только там?! (строго)
Начинает смазывать и ласкать ей … рукой.
Девушка:
- Не только, отец. (млея)
Человек:
- А еще где и какие места?
Девушка:
Шея, уши, отец.
Человек начинает целовать ей шею и покусывать уши.
Человек:
- Что все?! (строго)
Девушка:
- Отец, вся я… млею, везде сладко.
Человек:
- Вот как?! Везде, значит, сладко! Кромешная сладость!
Идет к тумбочке и берет прищепки. Начинает спрашивать:
- Здесь сладко? А здесь? И здесь? И тут сладко? (ставит прищепку на ухо, на другое, на соски, на … губы)
Девушка:
- Да, и здесь, и тут, и тут, о-о-о!
Человек (строго):
- А муж знает о том, что ты сластена?!
Девушка:
- Нее-е-т! (стонет)
Человек:
- Неужели он тебя не исповедовал ни разу??? (достает искусственный член и водит им во …)
Девушка:
- Как вы нет. Спросит грешна ли и все. А Мне ведь, чтобы исповедаться нужно несколько часов.
Человек:
- Ну, хоть наказывает? (задирает балахон и вставляет ей … в …)
Девушка:
- Аах-х! Он тратит на наказание пятнадцать минут и выдыхается, а я грешна так, что меня надо наказывать всю ночь и то мало будет.
Человек:
- И поэтому ты пришла ко мне?
Девушка со стонами:
- Да-а-а!
Человек обрезает веревку ножом, и девушка обессиленно падает на постель.
Следующая сцена – девушка лежит на постели вся в прищепках, с ошейником на шее, со следами розог на ногах и животе. Во все время следующего диалога девушка лежит на спине. Ее голова у человека на коленях. Он сидит рядом с ней на постели. (Ноги и руки девушки связаны так, что она как бы спеленута целиком. Одна нога, согнутая в колене и так зафиксированная, отведена в сторону веревкой и привязана так, чтобы ее не опустить). Человек держит правую руку у нее на … так, как обычно делают для струйного оргазма и доводит ее до … ритмичными движениями.
Человек:
- Значит ты поняла, что тебе некому исповедаться в своем главном грехе?
Девушка:
- Да, отец!
Человек:
- И ты поняла, что у тебя есть только одна настоящая страсть?
Девушка:
- Да, отец!
- И страсть к сладкому стала сильнее тебя?!
Девушка:
- Да!
Человек:
- И ты стала молиться на сладкое?
Девушка:
- Да! Да! Да!
Человек:
- И ты стала верить в сладкое?!
Девушка:
- Да-а-а!
Человек:
- Всей душой, всем сердцем и всем разуменьем твоим?
Девушка:
- А-а-а-а-а! А! А! А!
Девушка лежит обессиленная, почти без сознания, она плачет слезами раскаяния и умиления. Человек черном балахоне сидит в и говорит:
- Ну, вот, еще одна душа, Господи! Слава Тебе!