Rip current возвратное течение. 8. Зоя

предыдущее -

В бальнеотерапии мне пришлось изрядно повозиться, я устал и проголодался, поэтому по коридору третьего этажа нёсся, гонимый неугасимым видением обещанной тётей Машей яишенки с помидорчиком.

И мысленно застонал, увидев выходящую из своего номера одетую к обеду Зою. Я притормозил на полном скаку, но было поздно. Чёрт, сегодняшний понедельник был явно не моим понедельником...

Она развернулась от двери – и разумеется, увидела меня сразу.

- О… мой спаситель… - мелодично понеслось на меня издалека, - наконец-то…

Она приблизилась.

- Я вас заждалась!..

Она встала передо мной – ближе, чем следовало бы при деловых разговорах.

- Знаете, я несколько раз просила горничную… - она небрежно-изящно взмахнула в сторону красивой красной сумочкой, - но… наверное, вам не передали…

- А вам так ничего не поправили? – без всяких надежд уже ни на что осведомился я.

- Нет. Мной никто не занимается, представьте себе.

Понятно. Смысл фразы: я свободна и могу принять ваши ухаживания хоть сейчас. Да, я был прав: всё только начинается. Я тяжело задумался.

- Столько инструментов... – тем временем очень натурально удивлялась Зоя.

Она сменила свою утреннюю мини-юбочку на лёгкие светлые брюки, прямо-таки совсем скромные, но вишнёвый пуловер был по-прежнему откровенно декольтирован, и золотая цепочка на груди поблёскивала очень соблазнительно. Несмотря на досаду и раздражение, я не мог не отметить, что она всё-таки очень хороша и где-то даже ослепительна со своими густыми темно-золотыми волосами, фарфоровой кожей и волнующей зрелой фигурой. Красивый изогнутый рот, длинные ресницы, тёплые глаза… Королева заезда. Каждый раз это повторяется. В каждом заезде – своя королева. Более или менее ослепительная. И каждый раз на меня делается ставка. И начинается охота - рано или поздно.

- И что, всё это нужно для простого ночника?

- Простоты в вашем номере - примерно как в космический корабле, - сказал я не очень любезно. - Судя по систематическим претензиям за последние три дня.

Зоя подняла бровь.

- А вы остроумны, - она смотрела в упор и беззастенчиво. - Я всегда думала, что красивые мужчины не отличаются в этой области большими успехами… Значит, я ошибалась… Приятная ошибка.

Она помолчала, опустила ресницы, подняла ресницы, улыбнулась.

Красивые ресницы. Я демонстративно посмотрел на часы.

- Вы спешите? – спросила она сочувственно.

С огромным облегчением я сказал бы «да» и смылся. Но впереди ещё десять дней охоты. И чем раньше будут расставлены фигуры, тем лучше. Я вздохнул, уже окончательно прощаясь с видением тётимашиной яишенки.

- Наверное, вы правы в своей иронии, и этот мой ночник – пустяк, - задумчиво сказала Зоя. - Но… мне так хотелось почитать перед сном…

Грамотный ход. Она сильный игрок. Это тебе не девочки с набережной, Вячеслав Радивилов, которых ты снимаешь на спор за десять минут. Тут быстрее снимут тебя, да так ловко, что ты и сам не заметишь, как влетишь в объятия. И это ещё вопрос, захочется ли тебе их избежать, вполне может и не захотеться. Мда… Ну ладно, сейчас всё выяснится, кому чего может захотеться…

- Ну, что делать, придётся вас спасать?

- Я вам буду очень благодарна…очень… – фраза прозвучала почти искреннее, и я таки купился, и я таки не удержал суровость, и я таки смягчился, и весь внутренне смягчённый и подкупленный, но одновременно упрямый, злой и голодный, я вошёл с ней в номер.

В номере было пусто. Прошлые оба раза здесь присутствовала вторая обитательница, старушка, поскольку я демонстративно не приходил в обед. Сегодня всё было по-Зоиному.

Я пристроил кейс на стул, достал отвёртку с тестером и направился к розетке. Я был уверен, что тут всё в порядке, и всё закончится быстро.

- Значит, так, - сказал я внушительно. – Я сейчас на ваших глазах проверю всё внутри и снаружи. И если с этим прибором что-то опять случится, я буду считать, что вы вывели его из строя преднамеренно. И напишу об этом рапорт. Хорошо? Стойте и смотрите.

Зоя встала за моей спиной. Я не видел её, но слышал: духи, шелесты, шорохи, вздохи… В принципе, я был готов ко всему – даже к тому, что, повернувшись, обнаружу её обнажённой.

- А у вас красивые руки…

Я промолчал, положил на ночной столик ракушечку розетки, краем глаза увидел – она одета.

- Это такое удивительное зрелище – когда мужчина работает руками… красиво работает красивыми руками…

Я сосредоточенно помычал в том смысле что да, зрелище очень удивительное, и продолжал красиво работать красивыми руками и молчать, как пень. Тестер показал исправность. Собственно, я в этом не сомневался.

Она была совсем близко, мне это немного мешало, но дело было ерундовое, я поставил розетку на место и поднялся с колена.

Она словно этого и ждала.

- А вы давно здесь работаете?

- Да, - я решил не вдаваться в подробности, оглянулся по сторонам, прищурившись.

Что-то знакомое сферически блеснуло на книжной полочке. Я протиснулся к стене и вытащил из-за книг небрежно заткнутую электрическую лампочку. Посмотрел её на свет, посмотрел на Зою. Она закусила красную губу белыми зубами, но всё-таки усмехнулась.

Я вкрутил лампочку, она вспыхнула.

Я спрятал тестер в кейс, запер его и выпрямился.

- Если вам в следующий раз захочется меня увидеть, - сказал я спокойно, - спрячьте лампочку подальше. Например, в холодильник.

- Я хотела просто выбросить, - сказала она обезоруживающе просто. – Но потом подумала, что вы отчитываетесь.

- Неожиданная забота, - не удержался я.

- Просто я знаю, что такое материальная ответственность.

Какое-то время мы молча изучали друг друга.

Я первый не выдержал.

- Вам зачем это нужно? - спросил я.

- А вы не догадываетесь?

- Я не хочу догадываться, - холодно сказал я. – У меня мало времени.

Фраза прозвучала двусмысленно, она понимающе улыбнулась, а я выругал себя, но было уже поздно.

- Хорошо, - сказала она легко. – Раз вам хочется комплиментов прямо сейчас, я скажу. Вы мне нравитесь. В этом есть что-то удивительное? По-моему, ничего странного и предосудительного. Вы красивый молодой человек. Хорошо сложенный, с хорошей координацией, неглупый, пленительный. Женщины на вас заглядываются. И я уверена, что вы об этом знаете. И я уверена, что вы прекрасно знаете, что делать в таких случаях.

Она стояла, очень точно закрывая мне проход к дверям. Я не мог уйти, не дотронувшись до неё хоть как-то, хоть чем-то. Я решил подождать: сейчас любая моя попытка удрать будет выглядеть смешной. Кровать совсем рядом. Бабулька, её соседка пришаркает с обеда дай бог через полчаса.

Поэтому она спокойна.

У неё сильная позиция. Она не боится, не беспокоится. Уверенная, неотразимая. Легко и весело открывающая карты. С такими женщинами можно ни о чём не волноваться, они прекрасно умеют пользоваться даже минимальными возможностями.

И с ними всё происходит быстро и страстно. И впечатляюще.

- У вас такой удивительный румянец… такой бывает у застенчивых людей…, - она придвинулась ещё ближе. - Но ведь вы совсем не застенчивы. Ведь правда? Я уверена, что период застенчивости у вас кончился лет в 17. Ведь так?

Я молчал.

- Странно… мне сначала показалось, что у вас тёмные глаза… Теперь я вижу, что это просто ваша привычка прищуриваться…

Я молчал, смотрел на неё и не двигался с места.

- Молодец… - она усмехнулась с лёгким удивлением. – Я вас недооценила сначала. Молчите, не суетитесь, не нервничаете. Собственно, ситуация для вас достаточно тривиальна. И это неудивительно – в таком чисто женском коллективе... А женский коллектив... он приучит ко всему… правда же? Да?

Она подняла руку и положила ладонь мне на грудь, на место сердцебиения, пропустила между пальцев планку рубашки, потом воротник. Делая вид, что поправляет его, тыльной стороной руки коснулась шеи, потом щеки, потом виска… и руки были тёплые и нежные, и жест был нежный и тёплый, что-то дрогнуло во мне от этой ласки. Почти дрогнуло. Запрещённый приём, да.

- А глаза-то голубые… а ресницы-то загнутые… - проговорила Зоя тихо и задумчиво, – Боже мой, боже мой…

Пора было бежать. Я медленно взял её за ласкающую руку, плавно отвёл от себя в сторону постели, она послушно отшагнула, я занёс свою свободную руку ей за спину и легко и быстро, одним обнимающим движением провёл базовый поворот и аккуратно посадил её на постель.

Наконец-то я сделал что-то неожиданное для неё. То ли она забыла наш утренний кордебалет с Татьяной в зале, то ли не сделала выводов, но растерянность мелькнула в глубине её ореховых глаз. Это были доли секунды, но я уже получил свободный доступ к дверям, развернулся и, подхватив кейс, пошёл на выход. Я знал, что она не кинется вслед. Не тот характер.

В дверях я оглянулся. Она сидела на постели, уронив руки на колени, наклонив голову и загадочно улыбалась мне вслед.

- Приятного вечернего чтения, - я кивнул вполне миролюбиво и даже позволил себе подобие улыбки.

И вышел, прикрыв дверь номера.

В коридоре глубоко вздохнул, выдохнул и быстро пошёл к лестнице. Первый раунд выигран. Впереди 10 дней.

Чёрт, а руки у неё прекрасны. Тёплые и ласковые. Только взрослая женщина может так умело и точно притронуться, и так тепло и маняще… Девчонки или стесняются, или не умеют... или не понимают, как именно нужно… или пальцы у них холодные от волнения, или они торопятся, или боятся сделать что-то не так… Или, или, или…

Мда… золотистая Зоя… что ж это она там читает-то под ночником на ночь глядя… Вот и тема светской беседы для следующего раунда. Разумеется, все ходы у неё просчитаны на сто шагов вперёд и все тылы обеспечены нам обоим. Мне стало почти весело. Я уже хорошо знал, что к таким, как Зоя, лучше не лезть со своими правилами. Без толку. Всё равно проиграешь.

И проигрыш может быть восхитительным.

---------------------

продолжение -