Сублимация отношений. 02
Подруга Георгия была в неглиже. Кроме чулок и стрингов, на ней красовался кружевной чёрный бюстгальтер. Он красиво обрамлял её грудь.
Девушка в изумлении уставилась на незваную гостью, которая столь бесцеремонно вторглась к ним.
«Умереть сразу от стыда, или погодить? » – размышляла Валентина, чувствуя себя весьма неловко.
– Ольга, прикройся! – Георгий бросил любовнице тончайший пеньюар.
– Извините за вторжение. Решила со сна, что у вас злоумышленники буянят, – с этими словами Валентина « бежала с поля боя».
– Что это было? – Ольга переглянулась с Георгием после ухода Валентины.
А у той кошки на душе скребли.
Все её мечты разбились в одночасье. Смирилась с поражением. Соперница – моложе, красивее, сексуальней. Борьба с такой штучкой обречена на провал.
Больше на массаж она не ходила.
Георгий сам пришёл к ней.
В выходной день загрунтовала холст, собираясь поработать над ним.
Звонок в дверь отвлёк её от этого занятия.
На пороге стоял Георгий – неотразимый, как всегда.
Валентина в застиранном, старом, покрытым пятнами от красок халате, ощутила себя гадким утёнком рядом с прекрасным лебедем.
Чёрт бы его побрал!
– Здравствуйте, Валентина.
Дотошные бабушки из нашего подъезда просветили меня в том, что вы – художница.
Хочу попросить вас нарисовать один портрет.
Разумеется, я заплачу, сколько вы скажите.
– Вы заплатите только за холст и краски. Работа – бесплатно.
Я – любитель. Может стоит вам найти профессионала?
– Судя по вашим работам, я его уже нашёл, – бархатным, глубоким голосом произнёс Георгий, с интересом разглядывая наброски на листах ватмана и картона.
– Когда приступим к позированию?
– Если вас не затруднит, то прямо сейчас.
Я бы хотел, чтобы сеанс состоялся у меня дома.
– Не возражаю. Сейчас так сейчас. Только переоденусь и поднимусь к вам.
А вы пока захватите краски и мольберт.
Когда Георгий, нагруженный, как ослик Иа, поднялся к себе, Валентина стала носиться по комнате, ванной и коридору, словно электровеник.
Наконец она привела себя в божий вид, используя минимум косметики.
Джинсы, клетчатая рубашка из Манго – вполне подойдут для такого случая.
Окрылённая, взлетела по лестнице и весело нажала на звонок.
Георгий открыл перед ней дверь, приглашая войти.
Но тут её ожидал очередной сюрприз. Опять брюнетка, только на этот раз другая.
В белом банном халате она грациозно сидела в кресле с бокалом красного вина. Делала маленькие глоточки, смакуя его вкус.
– Елена! Я привёл художника, как обещал. Рекомендую.
Это – Валентина, она напишет твой портрет.
– Надеюсь, вы меня не разочаруете, – милостиво улыбнулась Елена, опуская веки, чтобы скрыть пренебрежение к протеже Георгия.
Голос у неё чарующий, интимно-сексуальный. Манящий и мурлыкающий одновременно.
Обаятельная и опасная.
Неутешительные выводы для Валентины.
Чёрт! Только не это. Опять поверила, что счастье улыбнулось, а он для своих баб старается. Сколько же их у него?!
Пылая злостью на них и на себя, приступила к работе.
Несколько минут мрачно разглядывала Елену.
Креативная стрижка. Волосы кокетливо взъерошены, некоторые пряди небрежно выбиваются. Тщательно продуманный и умело выполненный беспорядок волос. Вздёрнутый носик, умный оценивающий взгляд. И, вместе с тем, грация кошки, которая способна мурлыкать, когда ей это надо.
Если присмотреться, то – ровесница Валентине, но явно умеет подать себя, выставляя все выигрышные стороны и маскируя недостатки.
Даже в халате – величественная осанка, как у королевы, снизошедшей к поданным, продуманная отточенность движений.
А какие синие глаза! Может, она носит линзы? Нет, видно, что нет.
Чем-то неуловимо напоминает предыдущую пассию в стрингах.
Ему нравится такой кошачий тип женщин? Сама она в эти рамки не вписывалась. Аристократы наших бабушек не любили. Здоровая крестьянская кровь, широкая кость и крепкое сложение достались ей в наследство.
А тут – тонкие изящные руки с артистическими пальчиками, стройные длинные ножки с узкой ступнёй и высоким подъёмом. Конечно, Георгий на таких западает, он сам на лорда похож. Не на соседского пса, а на настоящего, английской закваски.
Ловить здесь нечего.
Чтобы не показаться букой, поинтересовалась, где Елена работает. Тем более, что Георгий куда-то вышел, оставив их вдвоём.
– У меня вместе с сестрой собственный кондитерский магазин. Вполне рентабельный. Думаем расширять свой бизнес, создав сеть таких магазинов. Сейчас я занята поиском аренды помещений. Вся коммерческая часть, договоры, налоговая лежат на мне.
– А чем тогда занимается ваша сестра?
– Она рисует на тортах картины Ван Гога, Дали и Ренуара.
Заменяет краски кондитерским кремом.
– Художник – самоучка?
– Нет, Ольга окончила художественно-промышленную академию имени Штиглица. Если вы не в курсе, то поступить туда весьма нелегко. Перед поступлением годами занимаются с преподавателями и посещают подготовительные курсы. Конкурс на место большой, – Елена сказала это в запальчивости. Уж очень её задел сарказм в словах Валентины.
Но увидев, что Георгий вернулся, сменила тон и попросила прекратить сеанс.
Валентина не возражала. Она уже успела сделать набросок и запечатлеть в памяти образ Елены.
На прощание та протянула ей визитку с адресом своего магазина.
– По знакомству получите скидку. Приходите и друзей приводите. Мы всегда рады покупателям.
Валентина не поленилась сходить и посмотреть расписные торты сестёр.
Для чего? Наверное, из внутреннего стремления удовлетворённо хмыкнуть над безвкусицей и аляповатостью этих «шедевров». Проще говоря, позлорадствовать, обнаружив изъян, если не в самой красотке, так в её работе.
И ещё Валентину насторожило имя сестры Елены. Не та ли Ольга, что была здесь в прошлый раз?
Валентина не решилась спросить, как Елена познакомилась с Георгием, чтобы не вызвать ненужных подозрений.
Значит, надо самой пойти, чтобы убедиться, так ли это?
Маленький, но уютный магазинчик, располагался в бывшей квартире жилого дома на первом этаже.
Прямо стерильная чистота. Гранитные ступеньки тщательно подметёны. Дверные ручки без кричащей яркости. Стёкла намыты до блеска. Вокруг полисадник с декоративным заборчиком. Анютины глазки, флоксы, настурции – цветы, которые не представляют интерес для любителей бесплатных букетов, но радуют глаз жизнерадостными яркими красками.
В помещении, с молоденькой продавщицей разговаривала Елена, выглядевшая стильно и моложаво. Тонкая фигура в оправе дорогого делового костюма. Элегантная, немного надменная.
Тут же прервала разговор. С любезной улыбкой поздоровалась и предложила помощь в выборе тортов.
Валентина медлила. Уже успела забыть, какое сильное впечатление на людей проводит её соперница.
А ведь никакой особой красоты. Она подобно алмазу, который из неотшлифованного невзрачного камешка, под воздействием резца, превратился в сверкающий бриллиант.
А внутри? Холодная, расчётливая бизнес-леди. Маска сдержанного высокомерия.
Гибкая, подобранная фигура, вкрадчивость движений.
Позже узнала, что Елена занималась в юности лёгкой атлетикой, бегом.
– Так чем могу помочь? – иронично поднятые брови хозяйки магазина подсказали Валентине, что Елена привыкла производить впечатление на окружающих и получает от этого удовольствие. Реакция покупательницы её позабавила.
– Я пришла купить торт, – наконец взяла себя в руки Валентина, – а попала в картинную галерею.
По совету хозяйки магазина выбрала торт «Поцелуй» Густава Климта.
Дома долго всматривалась в рисунок, а потом взяла кисть и краски, решив на холсте передать творение талантливого художника.
После нескольких часов работы, с досадой убедилась, рисунок на торте, несмотря на то, что бисквит немного осел, а крем заветрился, был живее, чем на холсте.
В раздражении ударила кистью по нему, а потом ещё несколько раз, превращая его в бесформенное месиво.