Антонина Сергеевна, 3 глава
За окном давно стемнело, а Антонина всё еще кропотливо изучала документы. У неё возникло несколько идей касательно линии защиты на суде, и она уже отправила их на почту босса.
Кабинет, который назначили новой сотруднице был небольшой, но функциональный: рабочий стол, два офисных кресла, несколько шкафов и полочек. На крае стола красовалась табличка «Николаева Антонина Сергеевна», заботливо подготовленная Зинаидой. Помещение показалось Антонине несколько безликим, и она уже прикидывала, какие вещи нужно будет принести с собой завтра, чтобы украсить его. Например, портрет Одри Хепберн или горшок с алоэ (зима-то близко!). Когда Антонина подняла голову от бумаг, она увидела на настенных часах время: 19.15., затем на всякий случай сверилась с наручными часами, тяжело вздохнула, размяла отекшие ноги, собрала сумку, взяла в подмышку пару папок, погасила свет и вышла из кабинета .
Пока новоиспеченная деловая леди тряслась в метро по дороге домой, она решила, что вначале нужно заскочить еще в одно место.
Неподалеку от дома, где жили Николаевы, располагался торговый центр. Антонина брела по этажу, целиком отведенному под магазины молодежной одежды. Рассматривая витрины, она не испытывала скорби из-за невозможности носить подобное, у неё была другая цель.
Неожиданно запиликал мобильный. На экране высветилось фото человека, возраст которого было невозможно определить из-за бороды и дред. Это был Нико - лучший друг Антонины с детства, но сейчас ей не хотелось тратить время на разговоры. Она неохотно подняла трубку:
- Алло?
- Уже почти восемь вечера!- наигранно злобно прокричал Нико. – Где тебя носит, чувырла?!
- Я в торговом центре, - на лице Антонины появилась легкая улыбка. – Нужно прикупить подходящих костюмов для работы.
- А чем плохи твои цветочные принты и золотые брошки? - иронизировал друг.
- В этой компании все одеваются в основном в серое и черное. Я сегодня выглядела на общем фоне как клоун на похоронах дипломата.
- Они уже вынуждают тетя предать свой фирменный стиль, - Нико театрально вздохнул и зацокал. – Когда будешь дома? Я уже заходил, но там была только твоя бестолковая сестрица, а я жажду теплоты человеческого общения.
- Я буду через полтора часа, - Антонина уже добралась до пункта назначения – магазина «Деловая штучка». – Всё, Нико, мне некогда сейчас разговаривать, пока. - Она положила трубку и вошла в магазин.
Антонина медленно прогуливалась между рядов элегантных деловых костюмов, внимательно всё разглядывая и ощупывая. Выбор её пал на костюм, очень похожий на тот, что был на Елене. Девушка продавец-консультант, видя, что столь габаритная покупательница ищет свой размер, ринулась на помощь. Она точно знала, что размер XL на сию пышнотелую особу не налезет, а большего они в своём ассортименте не имели, но продавец не хотела обижать человека отказом, поэтому тактично проводила в примерочную и снабдила «максимальной комплектацией».
Кое-как Антонине всё же удалось натянуть деловой костюм, однако выглядело это неэстетично: тоненькие полосочки ткани потеряли прямолинейность, отовсюду всё выпирало, пуговицу на пиджаке и молнию на юбке не удалось застегнуть. Она осматривала себя в зеркале критичным недовольным взглядом и тщетно пыталась разгладить костюм. Расстроенная, Антонина переоделась обратно, повесила костюм и спешно покинула магазин, буркнув продавцу «До свидания».
После всех стрессов, пережитых за день, Антонине хотелось спокойно расслабиться дома перед монитором за просмотром любимого сериала «Рауль и Хуанита навсегда», и, конечно же, вприкуску со сладостями. Под кроватью она прятала сундучок с шоколадными батончиками и конфетами, регулярно пополняла и опустошала его. В тот момент, когда Антонина переживала драматическую сцену сериала (Хуанита встретилась со своей сестрой-близнецом, которую похитили во время отпуска в Алжире 22 года назад), неожиданно раздался дверной звонок и вывел её из коматозного состояния. Пришлось прервать процесс и идти открывать (конечно, предварительно спрятав остатки съестного обратно в сундучок).
Антонина отворила дверь, на пороге стоял Нико, одетый в драные джинсы, футболку и домашние тапочки, дреды были собраны в пучок . Опытный глаз сразу определил бы, что вещи на госте фирменные и дорогие - родители Нико были весьма состоятельными людьми, сына своего обожали, и , несмотря на все его чудачества, во всём поддерживали, в том числе и материально. Он воскликнул:
- Тоня, сколько лет, сколько зим! – Нико раскрыл руки для объятий. – Иди ко мне, моя плюша!
Нико сжал Антонину, и она, пытаясь выбраться и хохоча, заворчала :
- Ты только вчера приперался сюда! Пусти!
Нико разжал руки и скорчил якобы обиженную гримасу:
- Раз ты отказываешься согреть меня теплом своего вскормленного твиксами тельца, - тут он по-дружески получил поддых, и, скорчившись, закончил, - то налей хотя бы чаю.
- Ладно, - пробурчала Антонина, и они двинулись в сторону кухни, а по пути она спросила, - как, кстати, прошел твой кастинг.
- Ох, не сыпь соль на мои гнойные струпья, кругом одни простофили, не ценящие в человеке индивидуальность!
Антонина не ответила. Нико встал возле окна, облокотившись на батарею, и смотрел, как подруга ставит чайник: наливает воду, зажигает газовую плиту. За Антониной всегда было весело наблюдать из-за её неповоротливости. На какое-то время на кухне воцарилась тишина.
- Знаешь, Николай, я давно хотела с тобой об этом поговорить, - наконец заговорила Антонина, осторожно подбирая слова,- твоя борода и дреды…они замечательные…и невероятно тебе идут…но, понимаешь, они крайне сужают диапазон ролей, которые ты, в принципе, мог бы сыграть.
Во время этой речи Нико потихоньку начал свирепеть, и Антонина, видя изменения в мимике друга, попыталась смягчить сказанное:
- То есть я, конечно, не хочу сказать, что роль бомжа Андрея из 46 серии «Преступного мира» была чем-то не хороша, но ведь ты бы мог претендовать и на главные роли, если…
- НЕТ! – прервал Нико. - Ни за что я не сбрею бороду! Без неё я совсем беззащитен в этом прогнившем и потонувшем во лжи мирке.
- Ладно, борода - это еще куда ни шло, но твои дреды…
Тут Нико открыл рот, чтобы возразить, но Антонина положила руку на его руки, скрещенные на груди, и продолжила с усталым выражением лица:
- Да-да, я помню, что ты заплел их, потому что было тяжело расчесывать длинные волосы, но если мы копнем глубже и вспомним, почему ты вообще начал отращивать свою волосню…
- Я решил не стричься, - грубо перебил Нико, - пока Настя не вернется из Сочи, где она навещает больную тетушку. И это может случиться в любой момент. Что тут непонятного?!
Антонина тяжело вздохнула, прикрыв лицо руками, взяла тряпочку и, протирая столешницу, спокойно ответила:
- Разумеется, всё логично, - и неожиданно посмотрела на собеседника и закричала, - КРОМЕ ТОГО, ЧТО ЭТО БЫЛО 2 ГОДА 5 МЕСЯЦЕВ НАЗАД.
Нико застыл с оскорбленным видом. Несколько секунд друзья грозно смотрели друг другу в глаза. Это напряженный визуальный контакт был прерван, когда между ними прошла младшая сестра Антонины, двигавшаяся по траектории к холодильнику. Карина была студенткой, и по совместительству, девушкой невероятной красоты: стройная длинноногая и длинноволосая блондинка с правильными чертами лица. У неё был скверный характер, однако на людях она себя сдерживала, поэтому пользовалась популярностью, имела кучу друзей и нравилась всем мужчинам подряд. Она пробурчала:
- Чего разорались?! – открыла холодильник и стала рыскать, чем бы поживиться.
Нико, знавший обеих сестер с детства, к Карине особой любви не питал и почти всегда ей грубил:
- Это между мной и Тоней. Лучше съешь что-нибудь, Освенцим, и не суй в чужие дела свой нос-курнос.
Карина равнодушно пожала плечами и продолжила поиски пищи.
- В общем, Коля, - продолжила Антонина, разливая чай по кружкам, - ты ведь знаешь, что я желаю тебе только добра, и..
В это время Карина наклонилась вниз для исследования овощного отдела, и её и без того микроскопические шорты почти исчезли. Нико увидел это и прогорланил:
- Эй, ляхи свои прикрой, бесстыжая девка!
Карина презрительно осмотрела гостя и сестру, фыркнула и, задрав нос, покинула кухню, держа в подмышке коробочку с помидорами черри.
Антонина, поглядела сестре вслед с оттенком сожаления.
- А моя мать всю жизнь твердит, что Карюша – ангелочек, которого ей послали в награду за все страдания.
Антонина и Нико еще долго пили чай, болтали и смеялись. Она рассказала ему о новом потрясающем начальнике (друг сразу же окрестил его хмырём), о коллегах и о деле, над которым работала. Нико по-прежнему причитал об ограниченности ума кастинг-директоров…
В час ночи Антонина уже давным-давно сладко дремала, завернувшись в одеяло, как в кокон. Телефон она положила на стол, чтобы утром пришлось встать для отключения будильника. Неожиданно телефон завибрировал, экран загорелся: «Звонит Борис Алексеевич».