Всадницы Апокалипсиса. 02
«Между живым и мертвым нету разницы,
Трясут коль душу жестко, до озноба
Апокалипсиса четыре всадницы-
Гордыня, Зависть, Ненависть и Злоба».
- От чего она скрывается, или от кого? – произнёс я утром вслух, но ответа не дождался. Его не было, как и не было того, кто мог услышать мой вопрос. Девушка, скрывающая своё лицо и фигуру под неприглядными очками и тряпками, давно ушла.
Решая загадку, уставился в окно.
Только в золотой листве клёна видел лицо незнакомки – прекрасное и незащищённое, продолжая сжимать в руке очки с простыми стёклами.
Надо их отдать владелице.
Решительно направился к дверям квартиры, где она скрылась.
На мой требовательный звонок, дверь распахнулась.
Едва не ахнул, увидев хозяйку. На ней уже не было того жуткого тряпья.
Полупрозрачный белый, шёлковый халатик и стринги, выставляющие напоказ её ноги и гибкое, соблазнительное тело.
От разительного контраста здесь и в лифте, я замер.
Её настороженно-испуганный взгляд остановился на очках, которые я протянул ей.
Она их взяла, чтобы тут же, выронить на пол. Я наклонился поднять очки, а взгляд предательски уткнулся в её ноги, стройные и умопомрачительно длинные.
Так захотелось дотронуться до них, массировать, поглаживать, начиная с лодыжек, заканчивая бёдрами, а там – стянуть с неё трусики и…
Выпрямился, заглянул в её глаза, зная, что она поймёт моё желание.
Ответит ли на него?
Расширенные зрачки, влажный взгляд – красноречивей любых слов.
Поцелуй в губы, затем по шее вниз к ключице.
Мои поцелуи становятся всё резче и грубее.
Покусываю, отдавшись страсти без остатка.
Экспериментирую, пробую, отыскивая ее эрогенные зоны.
Стоны с тихими всхлипами подсказывают, что я на верном пути.
Она просто сходит с ума, когда убираю её волосы с шеи и целую в ямочку. Ту, что ниже затылка.
Последним осознанным действием – кладу ей руки на плечи и шепотом произношу:
- Закрой глаза. Представь, как мой указательный палец, еле касаясь твоей кожи, медленно движется от мочки уха по шее вниз, к ключице. Умираю от желания поцеловать тебя в то место, где ты поймаешь последнюю из отряда,
разбежавшихся во все стороны мурашек…
Я и раньше говорил эти, заученные и вычитанные где-то слова. Но никогда прежде не чувствовал их так сильно, как теперь.
Всё дальше было, будто в волшебном сне и так же сказочно прекрасно.
Потом утомлённый приступами нежности и страсти, выпал в осадок.
Сквозь смеживающиеся ресницы, наблюдал, как она, совершенно без ничего, поставив ногу на стул, курила в открытое окно.
Красивая, желанная и уверенная в себе.
Даже немного хищный профиль не портил её.
Куда же делась та, что нуждалась в моей защите и моём покровительстве девушка?
Актриса, подловившая меня на крючок собственной незащищённости.
Когда проснулся, мне было всё равно, что развели, словно лопушка.
Она была очень соблазнительна, когда подала бокал с вином.
Подмешала ли туда что-нибудь?
Так, или иначе, я подчинялся всем её желаниям и верил каждому её слову.
- Кто ты? – спросил, на краткий миг, обретая разум.
- Меня зовут Мадлен Ля Рош. Я – приёмная дочь твоего отца, который и научил меня русскому языку. Недавно он умер.
- Вот как…
Ничего не почувствовал, услышав эту новость. Судьба совершенно чужого мне человека, не волновала.
- Что ты хочешь?
- Ты должен отказаться от наследства в мою пользу. Небольшая инновационная фармацевтическая компания принадлежала раньше моей матери. Она завещала её после своей смерти – второму мужу. Верни её мне.
Взгляд газели в мою сторону. Такой она нравится мне. Знает и пользуется этим.
Вместо ответа, привлекаю её к себе. Снова водоворот страсти с ноткой печали. Наш последний водоворот.
Когда Мадлен подсунула мне документы, то подписал их.
- Что это? – спросил, забыв о цели её приезда.
- Отказ от наследства.
Я поставил роспись за ночь любви с ней.
Утром, когда она уходила из моей жизни навсегда, сказал на прощание:
- Я подписал бы и без оплаты натурой. Мне ничего не нужно от человека, который предал меня и маму.
- Так почему не сказал раньше? – лёгкая досада не заглушала уверенности в собственных чарах.
- Кто же откажется от такой платы… - цинично пожимаю плечами, а внутри кричу: - «не уходи! »
Мелькнувшее разочарование в бездонных серебристых глазах, и гордо вздёрнутый подбородок.
- Прощай, Даниэль. Ты был не так плох в постели, но не настолько, чтобы я потеряла от тебя голову.
Мадлен бросила на стол ключи и вышла из съёмной, на полгода, квартиры.
Жалел ли я о потерянном наследстве? Нет. Я сожалел лишь об уходе Мадлен.
Почему не остановил? Гордыня обуяла. Я же такой стоик, не попрошу, не заплачу. Завидую тем, кто обладает смирением. Грешен я. Ненавижу отца даже после его смерти. И злюсь на себя из-за того, что не могу побороть свои недостатки.
Пассажирка бизнес класса на борту SWISS СПБ – Женева отказалась от бесплатных лёгких закусок и прохладительных напитков. Лишь позже попросила принести ей горячий чай.
Она смотрела в экран выключенного ноутбука и лёгкая улыбка порхала на чувственных губах.
Да, Даниэль имеет кучу комплексов, но он такой…
Мадлен хорошо знала мужскую психологию. К любому можно подыскать ключики. К Даниэлю тоже подобрала свой ключ. Готовилась несколько месяцев. Всё сделала правильно: заинтриговала, позволила ему почувствовать себя защитником, очаровала и соблазнила, а потом уговорила отказаться от наследства. Только не учла одного, что он ей понравится.
Ну, что же… Дэн знает, где её искать. Мадлен была уверена, что они ещё встретятся.