Поездка к родственникам

— Вот, у меня ещё один белый гриб! — Екатерина Николаевна наклонилась, срезая находку, и вновь открыла мне возможность полюбоваться её округлой, привлекательной фигурой в чёрных лосинах.

Я поправил поднявшийся член, прижимая его резинкой штанов, и прикрылся ведром для грибов. Чтобы отвлечься, я отошёл в сторону и вскоре наткнулся на целую поляну лисичек.

— Мам, иди посмотри, сколько здесь грибов!

Долгое время тёща убеждала меня называть её мамой. Я сопротивлялся этому и долго не мог привыкнуть, но Екатерина Николаевна оказалась настойчивой. В конце концов я смирился с этим.

— Ого, Серёж! Как много! — радость женщины была безграничной. — Нам не хватит вёдер, придётся снимать кофты и футболки!

Тёща засмеялась и опустилась на колени, чтобы собирать «рыжие деликатесы». Я представил себе её без верхней одежды в лифчике с грузом грибов.

Мой успокоившийся член снова стал напряжённым.

Стрелки часов показывали без десяти три. Солнце скрывалось за неожиданно появившимися облаками. Ветер усилился.

— Мам, похоже собирается дождь. Давай уже направляться домой.

— Хорошо, Серёж! — ответила она сзади. — Если честно, я уже порядком устала. Да и ведра почти полные.

Мы вышли из леса и быстро направились к дому. Идея оставить машину и пойти пешком исходила от тёщи; она утверждала, что мы дойдём до дома быстрее так. В какой-то мере Екатерина Николаевна была права, но теперь я сожалел о своём решении поддаться ей. Машина была бы очень кстати сейчас.

Погода резко изменилась. Солнце только что скрылось, как в небе раздался яркий блеск молнии. Оглушающий гром заставил меня слегка наклониться. Я даже не успел выпрямиться, как первые крупные капли дождя начали падать на мою голову.

Молнии сверкали со всех сторон, а дождь лился сплошной стеной, продолжая поливать нас до нитки промокших. Земля превратилась в грязь, и комья прилипали к сапогам, мешая двигаться.

Бежать было бессмысленно — вокруг лишь чистое поле. Я, замерзший и усталый, под звуки грома и причитания тёщи задумался о том, как я вообще оказался здесь под этим холодным ливнем.

Все меня знают. И все знают моего отца. Никто даже не подумает сделать что-то подобное.

— Ну да, это кого-то остановит!

— Всё готово. Поехали,— поцеловав меня, она схватила сумочку и первой вышла из квартиры.

После поездки по магазинам с продуктами и подарками мы выехали только в пятом часу вечера. До места оставалось около трех часов пути. Ленка задремала, машин было немного на дороге, и я прибавил скорость. Примерно через двести километров моя любимая проснулась.

— Серёж, остановись где-нибудь, я хочу в туалет.

Я свернул на второстепенную дорогу в лесу и углубился метров на триста от трассы.

Ленка выпрыгнула из машины и далеко не ушла. Да кому стесняться? Она сделала несколько шагов и присела, с наслаждением зажурчав. Я же облокотился на капот автомобиля и наблюдал за ней. Странно, но это сильно меня возбудило; мой член начал проявлять активность. Супруга заметила мой заинтересованный взгляд.

— Тебе нравится наблюдать, как девочки справляют нужду? — игриво спросила она, слегка раздвинув ноги, насколько это позволяли её опущенные трусики, и подняв юбку, чтобы я мог лучше увидеть процесс.

— За одной девочкой мне действительно интересно наблюдать. Других в такой ситуации я ещё не видел, — подмигнул я своей жене. — Пока не видел.

— Я тебе дам «пока», — угрожающе сказала она, сжимая кулачок.

Закончив свои дела, Ленка подошла ко мне с грацией и поцеловала. При этом положила руку на мой пах.

— Ммм, дорогой, ты явно не на шутку возбудился, — восхитилась моя половинка.

— Да, такое дело есть, — было глупо спорить.

— Давай я займусь этим делом, — сказала супруга и присела на корточки, потянув мои шорты вниз вместе с трусами.

Возбуждённый член выскочил наружу и оказался перед лицом Лены.

— Какой же он у тебя красивый! — произнесла она, погладив орган и взглянув мне в глаза. Затем лизнула головку. — И вкусный!

Её игривый язык скользил вокруг фаллоса, вызывая невероятные ощущения. Немного поигравшись с ним, она полностью заглотила его и начала ритмично двигать головой вперед-назад, при этом продолжая ласкать головку языком во рту.

Я держал руку на затылке жены, следя за тем, чтобы она не прекращала. Но как только Ленка поняла, что близок оргазм, вытащила член изо рта, повернулась ко мне спиной и облокотилась на ближайшее дерево в эротичной позе. Я не заставил себя долго ждать: стянул насквозь промокшие трусики до щиколоток и задрал юбочку. Приставив член к её вагине, медленно вошёл внутрь.

— А-а-а-х-х, — выдохнула Лена. — Как прекрасно. Милый, не останавливайся.

Обняв супругу за талию, я увеличил темп. Стоны жены разносились по лесу. Понимая, что близок к завершению, я стал глубже вгонять «свой поршень» в её сокровенное место. Но она решила изменить ход событий. Внезапно покинув моё тело, жена взяла его в рот и начала сосать, доводя меня до предела удовольствия. Оргазм пришёл быстро, и с рычанием я стал завершаться в её ротик. Лена проглотила всё до последней капли и, улыбнувшись, открыла рот и высунула язык, демонстрируя пустоту. Я помог ей подняться, обнял и поцеловал.

Она сняла влажные трусики и положила их в сумочку, доставая чистые. •••

Я завел машину и выехал на трассу.

Мы прибыли почти к девяти часам. Тёща с тестем вышли нас встречать. Екатерина Николаевна выглядела великолепно в свои сорок восемь лет — пышные формы и ни грамма лишнего веса. Я буду рад, если моя жена через двадцать лет будет выглядеть так же хорошо, как её мать сейчас. Как обычно, мы обнялись и расцеловались. На террасе уже был накрыт стол для угощений. Оказалось, что тёща спланировала завтрашний день с походом за грибами. Ленка сразу заявила, что не пойдет — подруги приезжают. Тесть работает. Остался только я.

— От тебя отказов я не принимаю,— решительно сказала мне тёща.— Значит идём вдвоём.

Мне оставалось только согласиться кивком головы.• • •

Я как раз закончила приготовления к ужину. Мы скоро сядем за стол; Ленки всё ещё нет на месте. Я пыталась ей дозвониться, но она недоступна.

— Да я тоже ей звонил, мам.

— Девка увлеклась подругами,— сетовала хозяйка.— Теперь неизвестно, когда она вернётся домой.

— Коль, всё готово. Серёжа пришёл. Давай садиться.

— Я здесь, — сказал глава семьи, появляясь в комнате.

Все уселись за стол.

— Ну что, Серёга, наливай, — произнёс тесть, указывая на графин с настойкой.

Я хорошо знал их домашнее производство. На вкус это напоминало компот, но действовало не хуже водки, а может и сильнее.

Мы выпили по первой рюмке. Затем сразу по второй.

— Поужинаем, отдохнём, а потом Коля нас попарит, — произнесла тёща с расслабленной улыбкой.

— Не могу, Катя, я устал, — протестовал тесть. — Хочу спать. Вы сами справляйтесь.

Женщина выглядела разочарованной отказом супруга. Но вскоре её настроение изменилось.

— Ничего страшного, — обратилась она к Петровичу. — Меня Серёжа попарит.

Серёжу никто не спрашивал об этом решении.

— Прекрасно! — поддержал тесть. — Серёг, займись ею там и пусть покричит немного.

Эта фраза имела двойное значение на самом деле.

— Конечно, Петрович, сделаю всё как следует,— ответил я про себя совсем о другом.

Тёща странно или даже загадочно посмотрела на тестя. К счастью для него, он этого не заметил. Думаю, Екатерина Николаевна тоже задумалась о неоднозначности слов мужа.

К тому моменту как мы собрались идти в баню в графине осталось чуть меньше трети объема. Обычно перед баней мы алкоголь не употребляем. Особенно тёща. Но сегодня обстоятельства сложились иначе. Она взяла графин и тарелку с фруктами и уверенно вышла с террасы.

Настойка действовала своим образом: хорошее настроение стало ещё лучше и превратилось в отличное. Смелости прибавилось; возбуждение от нахождения рядом с полуголой привлекательной женщиной усилилось.

В парной Екатерина Николаевна сидела рядом и прикасалась ко мне своим соблазнительным бедром. На ней были белые трусики и лифчик вместе с банной шапкой; у меня лишь трусы и шапка. Мы молчали каждый думая о своём.

— Слушай, — нарушила она тишину. — Что бы ты сделал, если бы увидел Ленку с другим мужчиной в постели?

Удивление от такого вопроса трудно было скрыть!

— Развелся бы, — ответил я без раздумий.

— Я тоже, если бы застала Кольку с другой, — сказала она и немного подумав, добавила. — Сначала головы им оторвала бы.

Я улыбнулся.

— Можно задать вопрос? — обратилась ко мне тёща.

— Конечно.

— А ты сам жене изменял?

— Нет, никогда, — это была абсолютная правда.

В воздухе вновь повисла напряжённая тишина, и чтобы её разрядить, я задал встречный вопрос.

— А ты?

— Да, у меня такое было, — ошарашила она меня своим признанием. — Всё, не могу больше здесь оставаться! — первой покинула комнату тёща.

Я остался чуть дольше.

В предбаннике нас ждали налитые рюмки на фоне фруктов и улыбающаяся Екатерина.

— Давай выпьем за любовь!

— С радостью! — поднял я рюмку.

— На брудершафт! — подмигнула родственница.

— Легко! — я взял рюмку в левую руку и скрестил её с рукой Екатерины.

Мы выпили. Не раздумывая ни секунды, я притянул её к себе и поцеловал. Наши языки встретились в танце нежности. В голове закружилось от эмоций. Тёща посмотрела мне в глаза:

— Ну что, продолжим? —

Снова она была первой и не дала мне времени всё осмыслить.

Я медлил. Снял трусы и завёрнулся в простыню до пояса, чтобы скрыть свою реакцию. Затем вошёл в парную.

— Почему ты решил переодеться? — опытный взгляд женщины сразу заметил перемены.

— Так удобнее париться,— соврал я, пытаясь сменить тему.— Ложись на полок; сейчас буду избавлять тебя от недуга.

Екатерина Николаевна рассмеялась и приняла позу на животе.

— Нет, мама, так не получится.

— В каком смысле? О чём ты, Серёж? — не поняла она.

— Кто парится в одежде? — старался говорить ровно и непринуждённо.

— Ну... — смутилась женщина. — Я же...

— Давай поступим так, — перебил я её. — Я выйду, ты разденешься, ляжешь и позовёшь меня. Как тебе такая идея? Я ухожу.

Не дождавшись ответа, я вышел в предбанник. Чувствовал напряжение внизу так сильно, что даже началось лёгкое покалывание; сердце стучало от волнения.

— Я готова.

Я выпил рюмку наливки для храбрости и вернулся в парную.

Тёща лежала на верхней полке на животе. Руки были вытянуты вдоль тела, грудь скрыта, а ягодицы выставлены напоказ.

— Ну что, начинаем? — спросил я, вынимая дубовый веник из таза с водой.

— Да-да, только не слишком сильно.

— Хорошо. Если будет горячо — говори. — Я плеснул воду на раскалённые камни и начал осторожно хлестать Екатерину Николаевну, опускаясь до её стоп и возвращаясь к плечам.

«Охи» и «ахи» смешивались с восклицаниями от сильного жара пара.

— Как ты себя чувствуешь?

— Ммм, блаженство,— прошептала женщина.

— Переворачивайся,— улыбнулся я ей.

— Как? Не думала... спереди,— растерялась тёща. На её лице появился румянец.

— Мам, что у тебя такого есть, чего бы я не видел? — хотя сам понимал слабость этого довода. — Мы ведь не чужие люди.

— Нет, давай закончим это дело здесь.

— Завершим всё на полпути? Не переживай так,— добавил я без особой причины.— Тем более мы уже пили за здоровье друг друга!

Сказав это, пожалел о своих словах. Но неожиданно тёща немного поколебалась и начала переворачиваться. Кровь вновь прилила к моему члену; голова закружилась от возбуждения. Груди женщины притягивали мой взгляд; торчащие сосочки выдавали её состояние не меньшего волнения. Плоский живот заставлял задуматься о том, как в её возрасте можно выглядеть так без занятий спортом или фитнесом. Широкие бедра без намека на целлюлит манили прикоснуться к ним. Моё внимание привлёк небольшой кустик волос на лобке; мне безумно хотелось узнать, что скрывается ниже него.

— Ты, наверное, заставляешь Ленку бриться? — отвлек меня женский голос.

— Совсем наоборот.

— Как это понимать? — не поняла моя тёща.

— Я прошу её не делать этого, мне нравится её естественная красота, — объяснил я. — Но она говорит, что ей неудобно из-за волос.

— Ещё глупая и неопытная, — усмехнулась женщина. — Ого, оказывается, я всё ещё могу привлечь внимание мужчины?! — Она взглянула на мою нижнюю часть тела. Член натянул простыню так, что это не осталось незамеченным для тёщи.

— Вполне. У тебя замечательная фигура.

— Ты серьёзно это говоришь? — заинтересованно спросила Екатерина Николаевна.

— Более чем уверен. Ты очень привлекательна.

Я положил руку ладонью на её живот. Никакой негативной реакции не последовало. Медленно стал подниматься выше. Женщина всё это время смотрела мне в глаза. Достиг груди и обвёл вокруг неё ладонью, затем зажал сосок между пальцами.

— Хм-м-м, — произнесла тёща с тихим вздохом.

Я потянулся за кувшином с водой, чтобы налить её на камни. При этом наступил на простыню, в которую был завернут. Узел развязался и ткань упала на пол.

— Ничего себе! — Екатерине Николаевне явно понравилось то, что она увидела. — Вот это мужчина! Счастливчик моя дочка с таким мужем! И сам хорош и с размером всё в порядке! Эх, будь бы я лет на двадцать моложе...

— Да ты и сейчас сможешь составить конкуренцию любой студентке,— мой разум окончательно отключился, и я погрузился в мир страсти и безумия. Положил руку женщине на бедро. Как только ладонь коснулась её бархатной кожи, новая волна возбуждения пробежала по всему телу как электрический разряд.

— Ах как много комплиментов сегодня! Ты знаешь, как расположить к себе женщину,— она обняла мой член и начала ласкать его, даря мне огромное удовольствие.

Во время нашей близости, я ласкал родственницу, поглаживая ее волосы на лобке и медленно приближаясь к самому интимному. Она раздвинула ножки, все шло гладко. Но как только я коснулся ее губок, все изменилось. Екатерина Николаевна отстранила меня и сказала, что мы заигрались и пора закончить.

Я спросил, что случилось и сделал ли что-то не так.

Она ответила: "На самом деле, мне очень приятно. Но мы не можем продолжать. Все это из-за алкоголя".

Тёща слезла с полки и начала одеваться. Я наблюдал за ней и увидел возбуждающую картину: она была в позе раком, ее округлая задница притягивала взгляд. Ноги были слегка разведены, а между ними блестела от смазки желанная пещера.

Я потерял голову. Моя фантазия перешагнула запретные границы, и я безраздельно действовал. Поставил левую руку на талию Екатерины Николаевны, правой обхватил свой возбужденный член, пристроив его между половых губ женщины. С одной стороны, я спешил, чтобы она не осознала ситуацию до того, как я войду в нее, и не начала сопротивляться. С другой стороны, я был осторожен и нежен, чтобы не причинить ей боль.

Все произошло быстро. Толчок и я уже внутри. Какое блаженство. Вагина была узкой, несмотря на возраст. Я держал ее за талию обеими руками.

— О-о-о-х-х-х, — тёща подняла руки, чтобы не упасть, и опёрлась на нижнюю полку, выпустив только что подобранные трусики.

Отступать некуда. Я вытаскиваю член, оставляя внутри лишь головку, и вновь погружаю его в горячую глубину до самого основания.

— А-а-а-а-а, — её протяжный стон лишь сильнее разжигает мой пыл. Я не обращаю внимания на слова. — Что ты... ох-х... делаешь? Прекрати.

Ещё один толчок. Член сверкает от её обильной смазки.

— Серёжа. Нельзя. Нам. — прерывисто говорит она, выдыхая каждое слово. — Ум-м-м. Какой же большой. Остановись. Пожалуйста.

Почему я это делаю? Второго шанса больше не будет точно. Время настолько замедлилось, что каждая секунда кажется вечностью.

— Пожалуйста прекрати, — женщина как-то выкрутилась и уперлась рукой мне в грудь в попытке остановить меня. — Серё-ё-ё-ёжа-а-а-а-а.

Слова были пустыми для меня. Однако она продолжила сопротивляться и сделала то, чего я не ожидал: подалась вперёд, подогнула ноги и соскочила с члена, оказавшись на коленях передо мной лицом к лицу. Её вытянутая рука касалась моей груди, стараясь удерживать дистанцию.

— Серёженька, дорогой, послушай меня внимательно. Мы не должны этого делать. Ты мой зять, муж моей дочери. Как потом смотреть ей в глаза?

— Ну ведь я же не какой-нибудь чужой мужчина, — я осознавал всю нелепость этих слов и даже сразу не задумался о том факте, что она упомянула дочь но ничего не сказала о своём муже.— И потом ты слышала когда-нибудь о праве первой ночи при матриархате?

В глазах тёщи возник вопрос, который не требовал слов.

— Так вот, в условиях матриархата «право первой ночи» принадлежало тёще... хотя мы с Леной уже три года в браке, ты так и не воспользовалась своим правом, — попытался я разрядить обстановку историческим анекдотом с легкой долей юмора. — В Западной Африке, к примеру, до сих пор существует обычай, по которому жених обязан выкупить невесту у её матери и удовлетворить все её сексуальные желания.

— Мы ведь не в Западной Африке, — усмехнулась Екатерина Николаевна. — Да и матриархат у нас сейчас не актуален.

Её взгляд скользнул вниз, к моему паху. Напряжённый член давал понять о своих желаниях, совершенно игнорируя душевные метания женщины. Она поддалась соблазну. Вновь взглянув на меня, она бросилась в объятия и мы слились в долгом и страстном поцелуе.

Мои руки гладили её нежную спину и переместились к упругим бедрам. Я крепко сжал их.

— Не здесь. Слишком жарко, — произнесла она, взяв меня за руку и направившись к двери.

Как только мы оказались в предбаннике, я вновь обнял Екатерину Николаевну. Желание переполняло нас обоих. Мы медленно отступали назад, продолжая страстно целоваться до тех пор пока не наткнулись на препятствие — стол. Я подхватил женщину и посадил на него. Оказавшись между её ногами, я начал целовать её шею и постепенно спустился к груди. Тёща засунула руку между нашими телами и направила мой член в своё влагалище. Упираясь руками мне в ягодицы, она притянула себя ближе ко мне. Мой член полностью скрылся во влажной глубине возбужденной женщины.

— У-у-у-м-м-м! — сладко простонала моя партнёрша, укусив меня за плечо.

Я ощущаю приятное сопротивление в руках, когда они касаются округлой, упругой груди. Соски напряжены и приглашают к ласке. Я не могу устоять и поочередно целую и нежно кусаю их губами.

— Да, милый, — шепчет разомлевшая женщина, прижимая меня ближе к себе. — Продолжай. Не останавливайся.

Ее чувственный шепот и горячее дыхание на моей коже только подогревают возбуждение. Я чувствую, что близок к оргазму. Замедляю движения и вынимаю свой член из раскаленной вагины. На лице Екатерины Николаевны промелькнуло недовольство и разочарование. Но только на мгновение. Я не хочу расстроить разгоряченную женщину, которая находится в моих объятиях.

Опускаюсь ниже, целую плоский животик. Провожу рукой по жестким волосам на лобке и легонько прикасаюсь большим пальцем к набухшему клитору.

— О-о-о-о-у-у-у-у, — тихонько застонала тёща.

Встаю на колени и начинаю целовать внутреннюю сторону ее бедер, медленно приближаясь к ее цветку. Я умышленно дразню женщину, чтобы она мучилась в предвкушении новых и приятных ощущений. Раздвигаю половые губы и провожу языком по ним, отнизу вверх, до самого клитора.

— А-а-а-а, — протяжно стонет Екатерина Николаевна, запуская руку в мои волосы и прижимая мою голову к своей интимной зоне.

Снова провожу языком по половым губам, наслаждаясь ее вкусом, и погружаю его во влагалище. Впиваюсь носом в ее аромат. Боже, как меня возбуждает ее запах! Возбуждение достигает предела. Я опускаю голову и смотрю, как большая капля смазки срывается с розовой головки и падает на пол. Мне безумно хочется эту женщину. В ней так много страсти. Такой темперамент. Желание доставить удовольствие родственнице полностью овладевает мной. Я хочу, чтобы она испытала оргазм за оргазмом — от моего члена, пальцев, языка. Продолжаю страстно ласкать ее сладкую вульву... Минута, две, три...

— О-о-о-о, — тёща сильно сжимает бёдрами мою голову. Волнение охватывает женщину. Её трясёт.

Я продолжал без остановки до тех пор, пока она не потеряла силы.

— Раньше я никогда не испытывала ничего подобного, — восхитилась Екатерина Николаевна. — Ленка, конечно говорила, что ты умеешь красиво ласкать языком, но я не представляла насколько это приятно.

— Тебя никогда не ласкали?

— Нет. Мужчины большей частью не стремятся делать такое. Они считают это отвратительным и грязным. Зато сами всегда стремятся засунуть свой член в рот женщине при первой возможности.

— Всегда есть исключения.

— Да. Одно из таких исключений сейчас стоит передо мной. Ласковое, нежное, любящее, — тёща подмигнула мне. — Надеюсь ты поможешь мне исправить упущенное?

— Конечно, — ответил я без раздумий. Мне было очень приятно слышать эти слова, так как это значило, что наша связь продолжится.

— Замечательно, — искренне улыбнулась женщина, вставая со стола.

Резкий толчок в грудь заставил меня сесть на рядом стоящий диван.

— Долг платежом красен, — облизнулась Екатерина Николаевна.

Опустилась передо мной на колени и обхватила рукой член. Медленно лаская его, прижалась щекой. Я уже был готов кончить от этого. Облизала головку, одновременно нежно массируя яички другой рукой, и полностью взяла член в рот.

Да, жена часто делала мне минет и была опытной в этом деле. Но по сравнению с матерью, Ленка выглядела неопытной школьницей. Тёща выполняла все движения так мастерски, что у меня возникли грязные мысли о полученном опыте. Горячий умелый ротик неумолимо подводил меня к оргазму. Но Екатерина Николаевна не позволила мне кончить. Вытащила член изо рта, провела языком от яичек до головки и посмотрела мне в глаза.

— Ну как? Кто лучше делает минет, я или Ленка?

— Мама, ты вне конкуренции! — я без преувеличения ответил.

— Ммм, это так заводит, — она снова облизала пенис, — что ты называешь меня мамой в то время, когда я сосу его. Я вся горю.

Тёща поднялась и медленно опустилась на пенис своей вагиной.

Она начала двигаться неспешно, обнимая меня за шею. Я играл с ее грудью, лаская и кусая ее соски.

Женщина ускорила темп, уже не просто двигаясь вверх-вниз, а активно скакала на члене. Это напоминало классическое порно.

Екатерина Николаевна стонала все громче и уже не скрывала своих эмоций. Она гладила мне спину и что-то шептала на ухо.

Ещё одно движение и её вагина начинает пульсировать. Её мышцы сжимают мой член. Тёща перестает стонать - она кричит и зубами вцепляется в мое плечо. Я боялся, что кто-то может услышать её крик. Но потом, когда я вспоминал наши интимные приключения снова и снова... в тот момент мне было все равно. Я кончал, изливаясь в любимую женщину и крепко сжимая её упругую попу.

Прошло около пяти минут. Мы просто сидели обнявшись. Затем партнерша поднялась и, чтобы сперма не вытекла на пол, прижала ладонь к своей промежности и побежала в душ. Остановившись на полпути, она повернулась.

— Моя дочь получила замечательного мужчину.

— А ему досталась прекрасная тёща.

Пока женщина мылась, я открыл форточку и запах секса разнесся по воздуху. Затем я пошел в парную и начал собирать наши разбросанные вещи. Отодвинув щеколду на входной двери, я подождал Екатерину Николаевну.

Вытираясь, я услышал разговоры.

— Что-то вы задержались, — похоже, вернулась жена. Звук был не очень ясным.

— Да мы пока вернулись из леса, промокли до самого низа. Папа пока баню растопил. Как ты сходила?

— Ой, замечательно. Очень устала.

Да я тоже. Серёжка меня так попарил! — усмехнулся я, услышав её слова.

Надел чистое нижнее бельё и вышел в предбанник.

— Вот и моя гулёна появилась, — подошёл к жене и поцеловал её.

Ленка была немного выпившей.

— Ага. Натанцевались с девчонками, ноги отказываются слушаться. Давайте уже спать.

— Я тоже с трудом хожу, — произнесла тёща неясную фразу, явно намеренно.

— Да, день выдался непростым, но полным приятных моментов. Пойдёмте уже, — принял я установленные тёщей правила игры и подлил масла в огонь.

Лена внимательно посмотрела на меня. Но я выдержал её взгляд и первым направился к выходу без видимых признаков волнения.

Отпуск начался великолепно! Впереди ещё целая неделя... Или даже две.