Рассказы из наперстка - 17

РАССКАЗЫ ИЗ НАПЁРСТКА - 17

/ с сексуальными отклонениями /

ВИЗАВИ

Шохин подозревал, что жена его погуливает, хотя в меру.

Жену Шохин любил, иначе бы он на ней не женился.

И никогда любить не переставал, иначе бы развёлся.

Но понимать женщин так и не научился: поменять такого замечательного мужа, как он, на неизвестно кого.

И как раз неизвестность больше всего озадачивала Шохина. Поэтому в отсутствие жены он всякий раз пытался воссоздать портрет своего визави, и, по всем признакам, выходило, что тот наверняка умён, наверняка красив и обязательно богат. Иначе, с какой стати жене, с её расчётливостью, шлёпать неизвестно куда в любую погоду, когда всё остальное может иметь дома.

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Женщины! Ох уж эти женщины! Так, как их любил рядовой Соловьёв, не любил никто и никогда. И женщины знали это. И ценили.

– Приходи, – говорили они Соловьёву. – Ждать будем.

Соловьёв приходил, и они действительно его ждали. В потемневших от дождя кустах раскладывалась плащ-палатка, по периметру её расставляемы были стаканы, а посерёдке красовалась стройная, как опереточная примадонна, бутылка «Перцовки», из всех других продуктов самый предпочитаемый Соловьёвым. Сами женщины возлежали вокруг в непристойных рыбацких позах, а голые их груди волочились по земле, как взбухшее коровье вымя.

Выпив и откушав, Соловьёв выбирал первую, руководствуясь при этом отнюдь не логикой, которой него делать в хмельной голове, а другие наблюдали за происходящим с вниманием школьниц на уроке математики. Первую сменила вторая... третья... А на четвёртую не хватило, о чём он и выразился со свойственной ему солдатской прямотой. Но обойдённая не смирилась, а подняла крик, какой бывает на Северном ледовитом океане во время птичьих базаров.

Главным её аргументом было то, что взнос за спиртное и угощение много превышал взносы остальных, и Соловьёв, для которого в пьяном виде такого рода откровенная меркантильность была глубоко отвратительна, ухватил поперёк талии недопитую бутылку и с песней: «Наши жёны пушки заряжёны», обрушил её на голову надоеды.

На суде три оставшиеся в живых свидетельницы горячо показывали в пользу Соловьёва, но прокурора, страстно завидовавшего подсудимому, это заступничество лишь подзадоривало запрашивать больший срок, а судья, еженощно подвергавшийся издевкам жены за импотентность, выразил в приговоре полную с ним солидарность.

ПОПУТНАЯ ПЕСНЯ

– Не правда ли, есть что-то романтическое в том, что незнакомые мужчина и женщина оказываются ночью в одном купе?

– Не разделяю вашего восторга. Мало ли, что может произойти: кража или дурная болезнь. Иди-свищи ветра в поле.

– С такими мыслями, уважаемый, надёжней ездить в общем вагоне.

ГЛУХОЙ СЛУЧАЙ

– Сеньор, вы стучали?

– Нет, сеньора.

– Тогда стучите, да посильней. Я плохо слышу.

НОЧЬ ВОСПОМИНАНИЙ

– У вас нет ощущения, что однажды мы с вами уже встречались?

– Как же, как же! Помню даже, что тогда было так же темно, как сейчас.

– И тогда, как и сейчас, вы так долго меня раздевали, что я боялась, как бы не провозились до рассвета.

НЕВЫПОЛНИМОЕ УСЛОВИЕ

– Для семейного счастья, – пояснил психолог, – необходимо, чтобы женщина постоянно делала вид, будто она глупее мужа.

– То, что вы советуете, доктор, из области грёз, – возразила женщина, – поскольку невозможно представить мужчину, который, будучи глупее жены, успешно демонстрировал бы своё умственное превосходство.

Борис Иоселевич