Эротомания

Все это просто глупая насмешка какого-то эфемерного мучителя.

Как может любая еще хоть на процент живая женщина, сохранившая хоть одно из 5 чувств, не хотеть тебя?

У тебя же все, абсолютно все, источает феромоны под названием "Трахни меня!". Запах, звук голоса, легкая шершавость золотой кожи, вкус солоноватой сладости всего твоего тела, такой редкий и такой особенный. А это твое безвозрастное лицо, в обычной жизни ничего не выражающее - как только улавливаешь на нем хоть какие-то признаки мужского возбуждения, так сразу хочется исказить его чертами наслаждения, увидеть прилив крови ко лбу, выделяющуюся на нем испарину...

И твои поцелуи сухими черствоватыми губами - это просто волшебство. И секрет его именно в их сухости и черствости. Они вызывают в теле не щекотку, а нечто невообразимо приятное, надолго оставляя после себя чуть ли не горящий след, который напомянает о себе каждый раз, когда что-либо волнует тело и душу.

Твои мозолистые мужские руки в шрамах ужасно хочется почувствовать везде и оказаться полностью в их сумасшедшей власти, отдать им без остатка все свое пылающее тело, сходить с ума от их немного грубоватого гуляния по местам, о существовании которых даже не подозревала на своем собственном теле.

И точно зная этот вкус, все эти ощущения, все эти прекрасные картины все еще зачем-то нужно лежа рядом с тобою бороться с желанием повернуться к тебе лицом, со страстной нежностью поснимать все проклятые рубашки, футболки и прочие ненужные условности, жадно припасть губами, языком, дрожащими пальцами к теплой широкой обросшей груди, исследовать каждую клеточку шеи, спины, живота, самого по себе - совершенства сексуальности, которое боишься осквернить неверным движением, и столь же жадно упиваться их едва заметным трепетом. Зачем-то нужно бороться с желанием заласкать всеми доступными способами твое самое прекрасное из всех виденных миром мужское естество, нежнейшее на вид и ощупь, совершенное в рельефе и цвете. С пыткой жаждой почувствовать тебя в своем истекающем соками горячем лоне, и объединить свои проходящие напряженные токи и молнии, прорезающие всю мою женскую сущность с самого того момента, как я тебя увидела, с твоими, только что появивишимися. И чувствовать тебя так глубоко, чтоб кончиком члена ты терся мне чуть ли не о самое сердце, вцепиться тебе в плечи, дышать твоим ядреным потом, сходить с ума под горячим дыханием...

Но все это нехорошо и неправильно. И все это надо сдерживать. Потому что ты, ласковый мой искуситель, мой лучший друг. А друзей вроде как нельзя так вожделеть.

Главное не вспоминать как ты до безобразия эротично одеваешь джинсы.

Ну вот, черт возьми. Я снова хочу тебя трахнуть.