Террорист Игнатьич
Игнатьич хотел выпить.
Но ничего не было.
И даже денег.
Он пошел к Акимычу (леснику), но у того тоже не было.
Тогда Игнатьич стал думать и придумал.
«Давай, - говорит, - Акимыч, займёмся международным терроризмом.
Угоним электричку с заложниками».
«Голова! » - согласился лесник.
Вооружившись топором и вилами, они пришли на станцию.
Но как скрыть свое лицо?
Игнатьич и тут нашел выход из положения.
Он достал из кармана Фроськины колготки и натянул их на голову.
Правда, их хватило до самой земли, и Игнатьич запутался.
Как в сетях. Или как в мешке.
Он упал и понял, что сам не выберется.
«Мать твою… Нахрен был… Акимыч, помогай! »
«Да за что дёргать-то? Фиг поймёшь, где у тебя верх, а где низ…»
И тут подошла электричка.
Ну, Акимыч схватил Игнатьича в охапку и вскочил в вагон.
«Всем оставаться на своих местах! »
Подняв Игнатьича в колготках он кинул его в дядьку в пенсне.
Посчитав его буржуазным пережитком.
Пенсне, а не дядьку.
«Там, в мешке - объяснил Акимыч – бомба с часовым механизмом! »
Игнатьич из мешка: «Тик… тик… ик! »
«Наши требования – миллион и бутылка водки! »
«Не дам! » – ответил мужик в пенсне.
«Не дашь, тогда – на! » – и лесник пнул колготки с Игнатьичем.
Из мешка раздалось что-то вроде матерного слова.
Затем тиканье возобновилось.
«Ладно, - смилостивился Акимыч – согласны на сто рублей.
Но бутылка обязательно! »
(Игнатьич: «Ик… ик… ик! »)
Тут в вагон вошел кондуктор.
«Давайте быстро бутылку и мы сматываемся! » - заорал Акимыч.
Кондуктору:
«А ты, падла, стой – в мешке Игнатьич с часовым механизмом! »
Лесник изловчился и кинул топор в кондуктора.
Никого не задев топор вылетел в тамбур.
Но кондуктор, на всякий случай, упал в лёгкий обморок.
Акимыч наклал в штаны и побежал в другой вагон.
Игнатьича он бросил, зато прихватил дядьку в пенсне.
Смотрит – навстречу ему машинист.
Акимыч обратно.
А там кондуктор с ментами.
Ну он бросает в них дядьку.
И орёт: «С часовым мужиком!... »
…Через две минуты из электрички вылетел лесник.
За ним колготки с Игнатьичем внутри.
«А-а-а-а-а-ик! »
Вслед им просвистела какая-то бутылка.
И больно ударила Акимыча по котелку.
(Кондуктор мстительно ухмыляется и мерзко потирает руки)
Акимыч поднял бутылку и просиял!
Это ж полный пузырь водки!
Ну, они его распили.
Рассказали друг другу, что и как было.
И тут вдруг появился запыхавшийся дядька в пенсне.
«Вы, - говорит, - конечно, извините… Я понимаю… Это вам…»
Достает из портфеля ещё бутылку и дает им.
Водка!
Smirnoff!!
75 градусов!!!
Тут Игнатьич покраснел, как рак.
Достал из кармана кошелёк.
«Вот, - говорит, - это ваш? »
«Мой… А как…??? »
«Да, валялся там… Нашёл… Так… Случайно, в общем…»
«Ну ладно, - попрощался пенсне, - Я побежал, электричка уходит».
Убежал.
Выпили.
«Пойдём, Акимыч! »
«Куда, Игнатьич? Дороги то – нет!... »
Смотрят, а они плывут куда-то по реке на маленьком плоту.
Видно, перепутали плот с паромом.
«Мама! Акимыч, что будем делать? »
«Хрен её знает.
Крепкий этот Smirnoff, мать его в душу.
Зря ты ему кошелёк отдал. Закуски лучше бы купили»
«Да у меня еще есть! »
И Игнатьич достал целую сумку с деньгами.
«Тоже нашёл? » - спросил Акимыч.
«Да, у кондуктора… ик! нашёл».
«А хорошая штука – терроризм! » - улыбнулся лесник.
«Ага, только что-то в этой сумке тик-ик! икает! » - заметил Игнатьич.
«Щас глянем… - сказал образованный Акимыч. – Хрен её знает…
Какая-то штука…
Во! Тут написано!
Бом-ба с ча-со-вым ме-ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а! »
Трах-бабах-бух-бум!!!