Жертва обстоятельств
-1-
Мне никогда не было стыдно за мою распущенность. Я всего лишь стал жертвой обстоятельств…
-2-
Несмотря на то, что мне тогда было годика четыре, произошедшее ярко врезалось в мою память. В то лето к соседке, бабушке Варе, приехала погостить её внучка – бойкая девчушка, на пару лет старше меня. Мы с ней моментально подружились и целыми днями игрались то в нашем, то в её саду. Вместе трапезничали, поочередно у наших бабуль, вместе спали днём и смотрели мультики. Мы настолько сдружились и сблизились, что даже в выходные я заставлял своих родителей забирать Вету с нами на все пикники и выезды на природу.
-3-
Лето промчалось незаметно и Ветка (так моя подружка просила называть её) в последнюю недельку пребывания в гостях стала грустить. Уезжать она явно не хотела и иногда из её глазиков даже выкатывалась слёзка. Я тоже к ней сильно привязался, но относился к её отъезду более спокойно – пацан всё же.
-4-
За день до убытия Ветки домой, к её родителям, она позвала меня к себе во двор и заведя в заросли малины многозначительно спросила:
- А ты меня любишь ?
Я в то время любил только маму и бабушку, ну ещё папу, но я даже не знал, что можно любить ещё и кого-то постороннего. Моя пауза явно огорчила Ветку и её глазёны стали наполняться слёзками. Что сжалось у меня в груди, защекотало внизу живота и я, немного покраснев, выпалил:
- Я тебя любу, лублу, люблю.
Ветка радостно засветилась и зарделась. После чего она громко чмокнула меня в щёчку. Я чуть не упал от неожиданности, что ввергло Ветку в истерический заливистый смех.
- А давай поиграем в больницу, - предложила девчушка, как только перестала смеяться.
- Давай, - ответил я, толком даже не представляя, что это такое.
Ветка достала из своей сумочки наушники и нацепила их на себя. Кончиком провода от них она стала водить по моей груди и командовать:
- Дышите, не дышите, дышите, замрите.
Затем она изобразила многозначительную гримасу и заявила:
- Больной, можете дышать. Я обнаружила у Вас странную болезнь и потому Вам надо сделать укол.
Я ничего не успевал ей отвечать, да ей это и было не нужно. Сценарий она составила заранее и мне отведена была явно пассивная роль.
-Так, - начала она, сморщив свой лобик. – Укол будем делать в попу. Больной снимите штаны.
Я беспрекословно снял свои шортики, оставшись в одних трусиках. Ветка взяла карандаш, нажала большим пальцем на один кончик, изображая выпускания воздуха и развернув меня к себе спиной, произнесла:
-Больной, Вы что думаете, я Вам буду через трусы делать укол? А ну, быстро снимайте их.
Я, как завороженный, беспрекословно подчинился, ощущая какое-то неизведанное до сих пор чувство. Голова немного кружилась, что-то сосало под ложечкой и очень тепло было у меня внизу, там где была моя пися.
Сняв трусики до колен, полностью обнажил Ветке свою попку и она легонько коснулась моей правой ягодицы карандашом. Дрожь пробежала по моему телу и я увидел, как моя пися стала расти в размерах, набухать, твердеть и торчать из меня. Таково раньше я не видал, потому, растерявшись и даже немного испугавшись, я молча повернулся к Ветке, с надеждой на спасение от напавшей на меня оказии. Она снова зарумянилась и легонько притронулась к моей писе отчего меня всего пронзила дрожь и защекотало в шариках, которые все почему-то называли яички.
- Это и есть любовь, - шепотом, на моё ушко пояснила моя подружка. – И значит мы поженимся с тобой.
Я от такой перспективы был не против, но сейчас поведение моей писи, набухшей и торчащей отростком, мне было непонятно. Наверно Ветка знала больше, подумал я. Но спрашивать больше мне ни о чём не хотелось и я с трудом натянув трусики, а затем и шорты, произнес:
- А можно и я тебе укол сделаю ?
Ветка без вопросов подняла юбочку и сняла свои трусики, причём попой она ко мне и не собиралась поворачиваться, и я впервые увидел девчачью пипку. От этого у меня снова пробежала дрожь и мой писюн стал содрогаться, а когда я ещё и потрогал её мягенькое место между ножек, что-то мокренькое вылилось у меня в трусики и я продумал, что уписялся, хотя насколько ж это было приятно, что я аж присел.
Ветка опять засмеялясь, а потом натянула трусики и опустив юбочку тоже присела и снова меня поцеловала.
- Давай пообещаем, что об этом никому не расскажем и будем хранить нашу тайну до свадьбы, - предложила она.
Я, всё ещё находясь в состоянии блаженства, еле ворочая пересохшим языком, только и смог ответить:
- Давай.
Ветка, услышав то, что хотела, вскочила на ноги и шлепнув меня по голове, помчалась в сторону лужайки на ходу задорно вереща:
- А вот и не догонишь!
Я сейчас не очень то и хотел шевелиться. Ноги были ватными, но дрожь всё же прошла. Постояв ещё немного в малиновых зарослях, я, дождавшись, когда успокоится мой писюн, не обращая внимания на мокроту в трусиках, помчался догонять свою подружку.
-5-
С Веткой мы больше никогда не увиделись. Её бабушка умерла в тот же год и Веткины родители, продав дом, навсегда уехали из нашей страны.
Но забыть её я так и не смог. Что-то она со мной тогда сделала и уже никого не смог полюбить.
-6-
Я занимался сексом, думал о сексе, заводил любовниц, женился, мастурбировал, участвовал в оргиях, немного работал (деньги были и так, получил наследство), разводился и снова женился, заводя себе ещё больше любовниц. Кроме сношений с женщинами меня ничего не интересовало, но разве что кинематограф и то на просмотрах я обожал кого-нибудь зашпулить.
Я многим женщинам доставлял удовольствие, но и многих (своих жён) сделал несчастными. Но возмездие тем и хорошо, что настигает.
-7-
Хорошенько отметив свой очередной развод, я наслаждался утренней дрёмой, когда яростный стук в дверь заставил меня расплющить глаза и поднять тощий зад с постели. Доковыляв по коридору до входа, я вперился в глазок. Там стояла моя соседка и потому я, без колебаний, открыл замок и распахнул врата в свою квартиру.
Сокрушительный удар в правую щеку взрывом отдался в башке и я, теряя сознание только и подумал, а как же Он бъёт-то правой ?
-8-
Тесть сидел в кресле и курил сигару. Благовония от его курительной смеси были первичными признаками моего пробуждения. Я расплющил зеньки и попытался подняться с полу, откуда мой бывший родственничек даже и не пытался меня поднять.
После третей попытки я все же принял вертикальное положение, зафиксировав свою жопу на ковре. Дальнейшие попытки подняться были прерваны грубым рыком:
- Сиди, бля, и слухай мэнэ, щенок, - начал седовласый боров.
Я, уже придя в себя, рыпнулся для прыжка, чтоб начать драку, но ствол, нарисовавшийся в лапе ех-тестя был веским аргументом для отказа от замышленного.
- Не дрыгай, козлик, - опять пренебрежительно сказал детина. – Ты, бля, оскорбил мою доцю и теперь мне торчишь, - его морда скривилась, обнажив правым углом рта гнилячие зубы.
- Батя, шо я должен ? – недоумённо промямлил я. – Она мне тоже рогов наклепала.
- Молчи, сцуко! Не смей мою дочь оскорблять, - прервал меня тестяра.
- Да я ж за справедливость! Я ж… - но договорить мне дали.
- Мне пофиг счас, шо было. А я кажу, шо есть. А есть наступнэ. Ты мне должен. За свадьбу, нервы и позор. Но денег мне твоих не трэба. Поедешь со мной в казино и отработаешь.
И с этими словами тесть затушил сигару прямо в мой диван.
- А что я буду делать там ? – спросил резонно я.
- Работать будешь. Тем, чем любишь больше всього, - ответил он.
- Да вот Вам фиг, - ответил я, но это было зря. Сзади мне на голову обрушили бутылку. Наверно был ещё в квартире хрен какой, подумал я и снова потерял сознанье.
-9-
Тесть мой мужик крутой, но джентльмен. Я полностью отработал свой, якобы, должок перед ним. То, что он владел всякими притонами, я конечно же знал. И потому, когда очнулся в одном из них, то осознал, что выбраться оттуда без отработки не выйдет. Наше государство не запрещало проституцию, но требования к размещению притонов было похлещи, чем к тюрьмам. Вообщем я и не пытался сбежать, а честно совмещал приятное с рабством.
Вот только батяня мне явно хотел отбить охоту от секаса. Я обслуживал только винтажных дамочек за сорок лет с фигурами картин Рэнуара. Избыточность веса была у каждой из моих посетительниц и редко, когда я видел менее центнера живого мяса. Помимо этого они не обременяли себя выготовкой телес для свиданий и мне частенько приходилось штрыхать тёток с волосатыми вагинами, прыщавыми лицами, небритыми ногами и с растительностью на лице. Иногда мне казалось, что я трахаюсь с толстыми мужиками, у которых обвисли сиськи.
-10-
Выйдя на волю я что-то всё меньше стал интересоваться глямурными тёлками и подметил, что возбуждаюсь от волосатых и небритых мужиков. Нет, педиком я себя не считал, но с грустью понимал, что опять становлюсь жертвой обстоятельств.