Адэль

Адэль обажает розы. Она ласкает пальцами нежно-розовый, полураспустившийся бутон. Мягкие лепестки как-будто отвечают на её ласки возбуждающим прикосновением...

О чем она сейчас думает; эта развращенная блондинка, привыкшая к вульгарной роскоши? Сказать трудно, новероятней всего, что представляются ей любовники, нежащиеся на прохладном атласе, упоенные телесным соитием. Возможно её мысли в этот момент заняты чем-то другим, но впрочем это и не важно.

О чем я говорила? - О розах об Адэли.

А о розах ли?...

... Откровенно говоря, ни кого и ни чего она не любит, кроме себя и своего пресыщенного ласками тела.

Она расстается с очередным любовником сразу, как только он перестает быть источником её доходов (очень больших доходов).

… В этот вечер ей выпала редкая возможность, побыть наедине с собой, а точнее со своим великолепным телом. Адэли вдруг захотелось стать легкой, почти невисомой, и чтобы каждая клеточка её кожи сделала глубокий вдох.

Она села в кресло перед зеркалом и распахнула халат, свет ночника мягко каснулся её точеных форм.

«Распутница! » - возможно подумает кто-то.

… Она любовалась собо и упивалась этим любованием. С ранней юности Адэль считала себя самой привлекательной. И вела себя крайне вызывающе. Сейчас же, в свои двадцатьпять, она была живым воплащение женственности и сексуальности...

… Она снова дотронулась до цветка. От прикосновения нежных пальцев лепестки начали раскрываться, Адэль ласкала бутон с упоением и страстью...

... Жемчуг? Любит ли она жемчуг? Однозначного ответа не сможет дать даже сама Адэль. «По настроению. » - возможно скажет она...

… Лепестки раскрывались всё больше, и в какой-то момент, тень Адэли,

лежащая на белой стене, вздрогнула и в экстазе откинулась на спинку кресла...

… на лепестках нежной розы лежали капли-жемчужины, субстанция, которую философы-тантристы назвали амиртой.

От философии Адэль была далека, да и жемчужины ей капли эти совсем не напоминали. Она зачем-то провела рукой по ещё не закрывшемуся цветку, лепестки были горячими и влажными. Адэль стерла своим прикосновение жемчужины-капли...

… Свет ночника всё так же касался её обнаженного тела, возможно похорошевшего немного (об этом не мне судить). В остальном это была всё таа же Адэль, которая страстно любила себя... и розы...