Постельная война-12

В конце сентября без звонка заявился Юра. А я собиралась на работу:

- Говори быстрее: зачем, чего хочешь? - предупредила я. - Я спешу, меня люди ждут...

- Ты раньше принимала по вторникам и четвергам, - не поверил он.

- А теперь по средам и пятницам! Выкладывай быстро, - злилась я непрошенному гостю.

- Лена, в сексе ты незаменимая женщина. Я это знаю, я уже не молодой...

- Ты думаешь: мне об этом первый говоришь? Да таких у меня была сотня мужиков или около того... И ни один не смог удержать! Чем ты хочешь удержать женщину? Своим половым членом?

- Но ведь сахар ты ешь каждый день...

- Так тоже сахар!

- Лена, когда к тебе прийти для секса? Не надо любви, а только для секса...

Юра выглядел как побитая собака: растерянный, жалкий, с каплями пота на лице. Куда девались его гонор и ханжеская самоуверенность?

Да, я хотела заставить страдать и мучиться этого мужчину. Как мучаюсь и страдаю я оттого, что никто в моей одинокой жизни не любил меня так, как хотелось мне: искренне - сердцем и душой, без корысти и эгоизма, без расчётов на какие-либо дивиденды для себя. Просто уже за то, что я - человек! Ведь любят же кошку и собаку бескорыстно за то, что они есть!

У меня не было денег, не было здоровья, но почему-то больше всего на свете мне не хватало любви. Я искала и хотела её всю жизнь и сама пыталась любить. И только теперь я поняла, что искала то, чего не существует. Любовь в моём мире, как яркий маяк в безбрежном океане бытия: мы видим его, ориентируемся на него, он помогает нам не пропасть на тёмных путях жизни; но на маяке никто не живёт... Там пусто, один мёртвый свет.

"Когда ты раскрыл хайло: "Лошадь цирковая..." Ты своими грязными башмаками в гусином навозе наступил на мою нежную душу... И вот теперь ты пришёл и просишь у меня милостыни!" - пронеслось у меня в голове.

"Ты воин легиона светлых сил..." Я помню эти слова, потому-то и притягиваю зло. Мало победить зло - его надо ещё и наказать! Я насиловала свою душу, но получила твою. Она в моих руках, и что мне делать с твоей душой? Скольких детей ты заставил плакать? Скольким женщинам ты растоптал душу? И вот теперь твоя душа раздавлена... Как больно тебе, так больно им!"

Люди ошибаются, если надеются, что расплата за содеянное зло ожидает их на том свете - она приходит уже на этом!

Я сказала:

- Юра, ты мне не нужен, не нужен! Я тебе давала секс, но тебе этого показалось мало! Ты захотел, чтобы я ещё и огород полола... А чего ты хочешь от меня сейчас? Я не кукла тряпичная, чтобы можно вынуть внутренности, а потом положить и зашить! Всё погубила твоя жадность и глупость... Юра, я желаю тебе счастья. Найди женщину по себе, оттрахай её хорошо и живи. Дом есть, машина есть, работаешь... Гуси, картошку выкопал... Ну живи ты и радуйся!

- Лена, нам скоро на работе телефон поставят, можно мне иногда звонить?

- Звони! - разрешила я: нельзя отказывать в последней просьбе умирающему.

Юра ушёл, а я долго не могла успокоиться: "Ты незаменимая в сексе..." Мне было противно слышать такое: и эти слова мужчины говорили женщине, которой они не подарили ни одного оргазма! Если бы не резиновая игрушка, я не узнала бы его никогда!

Вскоре Юра позвонил:

- Лена, найди мне женщину, как ты обещала, - произнёс он твёрдым и в то же время жалобным голосом.

У меня задрожали губы:

- А кто я тебе теперь такая? Я тебе чужая тётя, тётя я тебе чужая!

- Ты хочешь, чтобы я тебе деньги заплатил? Так я заплачу! Сколько? - взвинтился Юра.

- Нет, это ты считаешь, что я ещё не расплатилась с тобой за секс! Не нужны мне твои деньги! И женщину я тебе не дам! Мне за тебя морду набьют! И не звони мне больше никогда! - прокричала я в трубку.

Вскоре он позвонил снова:

- Лена, я выкопал картошку, я хочу тебе картошки ведра два привезти...

- Не надо, - испугалась я, - мне сын привёз, я эту не поем!

Но картошки у меня не было: я сказала неправду.

- Лена, я сейчас свободный от огорода и могу тебе на кухне ремонт сделать, как ты просила...

- Не надо ничего, мне сейчас не до этого... Юра, занимайся своими делами, ты же воду хотел в дом проводить...

- У меня нет настроения делать воду! Пропади оно всё! Мне одному и так хорошо... А массаж я могу поделать у тебя?

- Я тебе дам телефон массажистки, ты с ней договорись, она может к тебе домой ездить...

- Ладно, я подумаю...

После того разговора Юра оставил меня в покое. Прошло время, улеглись страсти и эмоции, и обнажился скелет наших отношений. Но я чувствовала себя виноватой: за что я наказала этого мужчину? За нелюбовь? За то, что давал женщинам радость и заставлял платить слезами и разбитым сердцем? Он выполнял свою миссию на земле. Просто он оказался слабей...

Для меня борьба - это моя стихия, а другого она может убить! Я явилась первой женщиной, которая поставила его на колени. Но он может утешиться, потому что я сама не знаю, а женщина ли я? Но знаю точно - человек. Зачем я его наказала? Даже за ту пережитую боль я благодарна этому мужчине: он дал мне почувствовать любовь, а любовь - всегда боль. Но он мог бы дать мне больше любви и за ту же цену! Я знаю: я наказала его за жадность..

Я занесла ему в кровь вирус другой, непонятной жизни, и он сделает свою губительную работу...

Люди не должны нарушать законы геометрии.

В апреле в мою дверь постучались. Я распахнула дверь и увидела "его". Я была очень недовольна тем, что меня побеспокоили в 9 часов утра: нормальные люди в такую рань по гостям не ходят. Юра сел за стол на кухне и достал из сумки начатую бутылку дешёвого портвейна.

"Значит, срок кодирования кончился, и он опять начал пить", - подумала я.

- Лена, дай мне чего-нибудь закусить, - попросил он.

Я нарезала сала, полукопчёной колбасы и поставила стакан.

Юра выпил стаканчик и попытался заплакать:

- Как только посмотрю на люстру, так берусь за голову и кричу: "Ленка, что ты со мной сделала?"

Что бы я ему ни ответила, он меня не услышит и не поймёт, а этот сакраментальный вопрос ему надо задать себе: "Что я сделал со своей жизнью?"

Человек прожил жизнь и в конце жизни оказался никому не нужным. А ведь он не дурак, и руки у него растут откуда надо. В чём же причина трагедии этого человека? А его ли одного? Таких, как он, миллионы спившихся мужчин...

Он из моего поколения: с нами советская власть расплачивалась за труд водкой - вместо еды, денег и хороших бытовых условий. Разве могу я обвинять этого человека? Он - жертва, и его нужно пощадить. Я тоже жертва, но я сумела уберечься от гусениц политической машины, а он не смог...

- Лена, выпей со мной...

- Да какой идиот пьёт в такую рань? - возмутилась я.

- Нет, я не идиот! - завизжал Юра.

- Так, всё! Уходи... Обувайся, - подала я туфли ему к ногам, - и иди. Истерики твоей я не слышала давно! Если бы по делу пришёл, а ты пить начал...

Юра сразу присмирел:

- Хорошо, я уйду, если ты не хочешь меня... Ты ведь не оставишь меня у себя? Нет? Не оставишь?

Он растерянно смотрел на меня и ждал протянутой руки помощи. А что я протяну ему: моя рука была пуста... Я часто людям, обратившимся ко мне, говорила: "Я помогаю только тому, кто сам хочет себе помочь, а в противном случае - я бессильна!"

Как мне жаль Юру: ведь каким мог быть любовником и секс-партнёром! А он любимой женщине предпочёл водку!

Как мне жаль всех российских алкашей-мужчин и российских женщин, обделённых любовью...

За что Бог так наказал нас?!