Ураган на кладбище
Тела пока что ещё живых после оргии людей лежали повсюду в громадном зале. Кто успел уйти, тому повезло, потому что спящих людей я решила заживо сжечь на костре, который мог сравниться разве что только со средневековыми кострами, на которых сжигали ведьм.
-Георг, тебе нравится это? – спросила я у дворецкого, глядя на полыхающее пламя.
-О да, Ваше Величество! Всё, что нравится моей королеве, нравится и мне!
Георг мне поклонился.
В голове у меня созрел дьявольский план – сделать Георга своим сексуальным рабом. Сегодня ночью должна была придти ещё одна моя рабыня.
-Тогда пошли в мою спальню! Ты должен меня порадовать сегодня! – властно сказала я.
Георг с радостью поплёлся за мной. Он был очень даже сексуальным рабом. Я предпочитаю веселиться с девушками, но иногда я делаю и исключения.
Георг был в белой рубашке, которую одевали осуждённые на виселицу и в чёрных брюках из латекса. Его беспомощность и покорность меня очень возбуждали. Я сильно его шлёпнула рукой, и сказала:
-А теперь ложись, буду тебя пороть!
Георг послушно лёг на столик для порки, я взяла семихвостку и начала его избивать. Я его пощадила, дав ему передышку после двадцатого удара. Георг отдышался, каждая из мышц его тела двигалась в такт его дыханию. Это меня завело ещё больше, и я сказала:
-Ложись снова!
Мой приказ тут же был выполнен. Я приказала Георгу держать в зубах вилочку с наколотым на неё лимоном.
-Если ты откроешь рот, то вилочка упадёт. А за это я тебя как следует накажу, - грозно сказала я.
Я начала пороть Георга, он только мог мычать и больше ничего. Но я ему связала вместе руки и ноги, и теперь избивала его в такой неудобной для него позе. Он пытался извиваться, и случайно обронил вилочку на пол.
-Ты меня посмел ослушаться, теперь жди наказания! – сказала я.
Я заковала руки Георга в наручники с гирей и повела его к бассейну. В нём вместо воды было вино. Казалось будто это кровь моих жертв.
-О, моя госпожа! Я буду молить о пощаде до тех пор, пока Вы не скажете, что решили сделать со мной! – взмолился Георг.
-Я буду тебя топить, мой милый! – сказала я, и в помещении разразился мой дьявольский хохот.
-Топить? Я же утону с этой гирей! О, моя госпожа! Пощади меня!
-Нет уж, ты будешь утоплен, - сказала я, и столкнула Георга в бассейн.
В этот момент сквозь ряд колонн незаметно прошла моя рабыня Анна.
-Ты опоздала, - строго сказала я ей.
-Простите меня, доминантрикс, - печально сказала Анна.
-Прощаю, - снисходительно и величественно сказала я, - Георг сегодня будет твоим рабом.
-Моя госпожа, ты просто прекрасна! – от восторга закричала рабыня.
-Да, я сегодня добрая, - сказала я и зловеще улыбнулась, - Это мой подарок лишь на эту ночь.
-Ты решила утопить Георга, госпожа? – спросила Анна.
-Нет, мы играем, - весело ответила я.
-А можно я его тоже утоплю?
-Да, дорогая, - ответила я, а потом добавила тише, - Только поосторожней, он просто незаменимый человек в моём доме.
-Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа!
Анна прыгнула в бассейн, отхлебнула немного вина и начала терзать Георга. Я села на край бассейна, сняла свой кожаный лифчик, бросила его в сторону и начала ласкать свою грудь. Моя рабыня возбудилась, и начала избивать Георга ладонью. Она иногда стонал.
-Люблю, когда парни стонут во время порки! – вскрикнула Анна.
Она схватила его за волосы и окунала в «воду». Я постанывала от своего отстранённого наслаждения, но чуть позже сказала:
-Анна, отпусти Георга, он мне нужен сухим.
Георг вышел из бассейна и уже полностью разделся.
-Ты свободен на сегодня, - тоном повелительницы сказала я ему, - Ты был хорошим рабом.
-Благодарствую, моя госпожа! – поклонился мне Георг и вышел из зала.
-Ты тоже вставай и переодевайся! – сказала я Анне.
Через полчаса мы снова оказались в моей спальне. Она была в другом костюме. Моя рабыня была очень сексуальной. Самое эротичное в ней было то, что у неё был отрублен мизинец на левой руке.
-Я надеюсь, ты сняла наручники с Георга? – спросила я.
-Конечно, моя госпожа, - ответила Анна.
-И принесла их мне?
-Да, госпожа, - сказала она.
-Отлично! – сказала я, и заковала её в наручники. – Теперь прыгай из окна.
-Что? – обезумев, сказала рабыня.
-Прыгай в окно, кому я сказала! – закричала я.
Анна сразу выпрыгнула, а я смотрела, как она падает. Жалко, высота была маленькая, и я не смогла насладиться процессом вполне. Через минуту я была в полуночном саду, куда упала рабыня.
-Ты ещё не мертва? – спросила я ради шутки.
-Нет, моя госпожа, - ответила она и встала.
-На кладбище. Живо! – сказала я и пнула рабыню.
На кладбище было сыро и мрачно. Впрочем, как и всегда.
-Раздевайся, - сухо сказала я.
-Прямо здесь? – переспросила Анна.
-Да! – закричала я, и она тут же сняла с себя всю одежду. – Теперь осыпай моё тело своими нежными ласками.
Я получала наслаждение – Анна, как никакая другая девушка, могла доставить мне неземное удовольствие одними лишь прикосновениями её нежных пальчиков и языка. Она продолжала это делать ещё минут десять, после чего я поняла, что настал час для настоящей игры. Я привязала её руки к кресту и сказала:
-Жди меня, я скоро вернусь.
Анна кивнула. Через несколько мгновений она начала скучать, но сквозь тьму я и мои друзья-вампиры шли прямо на неё.
-Убейте её! – приказала я вампирам.
-Что? Меня? Что я сделала, моя госпожа? – закричала Анна.
-Ничего, милая, - спокойно сказала я, и стала прибивать гвоздями её руки к кресту.
Анна неистово орала, её крики разносились повсюду, сливаясь с моим зловещим хохотом и хохотом вампиров. Но тут внезапно начался ураган, поэтому вампиры унеслись на крыльях прочь. Безумный ветер сдувал всё на своём пути, но кладбище и мы от этого не пострадали. Дождь мешал землю могил с водой, и получалась жуткая грязь.
-Теперь ты должна утонуть! – закричала я, отодрав Анну с креста, и начав топить её в болоте. Её прибитые ладони остались в кресте.
-Умри! Умри, безумная! Скоро здесь будет твой череп, как и вот этот! – убийственно захохотала я, достав из сырой земли чьи-то останки.
Я старалась её добивать как можно дольше, чтобы её смерть была до ужаса мучительной.
-Доставай язычок! – сказала я.
-Нет! – завопила рабыня.
-Тогда я выбью тебе зубки! – произнесла я и, выполнив обещание, отрезала ей ножом язык. Теперь она не могла говорить.
Я ей жадно перерезала глотку и выколола глаза. Я ей разрезала живот, выкинула оттуда все внутренности, но она уже была мертва, поэтому не могла до конца насладиться своей болью. Это меня огорчило, поэтому я вырвала из земли крест, к которому моя рабыня недавно была прибита, и разрубила ей череп. От неё практически не осталось ничего, её разрубленные части тела смешались с землей и со временем их съели чёрные вороны, вечно обитавшие на кладбище.
Так закончилась история ещё одной моей рабыни, но на следующий день мне предстояло встретить ещё одну.