История одного соблазнения. часть 6

Я еще содрогался в конвульсиях оргазма, когда Ритка взяла в руку ремень:

- Антоша, - похлопала она меня по спине, - Ты меня слышишь?

- Угу, слышу, - ответил я, отдуваясь.

- Ну, вот и чудненько. Приготовься, счас пороть буду, мы решили всыпать ровно 50 раз, - Ритка повертела ремень в руках.

- Не многовато будет? - спросил я осторожно.

- Ты же мальчик, ай - ай - ай, как не стыдно, не можешь вытерпеть каких-то 50 ударов ремнем, - делано возмущалась Ритка.

- Но меня же никогда не пороли, - пробывал возразить я.

- Вот счас и исправим этот пробел в твоем воспитании, - вставила свое слово и Светка.

- Это точно, - подтвердила Ритка, - Ну, как? Готов? Могу начинать?

- Минутку, дай прийти в себя, - попросил я скорее просто для того, чтобы оттянуть время.

- Не придуривай, все у тебя нормально, вон и пиписька просто лежит, а не стоит колом, как прежде, так что не придуривай, - и Ритка похлопала меня по заду, - Хороша попка, красивая, ее можно шикарно расписать ремешком, верно, Светик?

- Ой, мамочки, правильно, счас и распишем. Ты как и обещала дашь мне дать ему 25 ударов, лана? - попросила Светка.

- Дам, дам, даже и не сомневайся, - я сжал ягодицы, девчонки вели торг моей попки, мда!

Ремень свистнул в воздуху и грохнулся о мою попку, я дернулся - раз! Супер! Больно! Жуть просто, жопу, словно огнем ожгло, уффф. Второй удар пролетел незаметно, просто ремень полоснул мою попку и тут же умчался, третий - застал меня врасплох, я аж скрипнул зубами, удары сыпались один за другим, я вертел попой, пытаясь хоть как-то увильнуть от ремня. Девчонки молча стояли у меня за спиной, Ритка меня била ремнем, а Светка таращила глаза, их все это возбуждало, уууу! Больно!

На 15 ударе попка стала особо чувствительна к ударам, я все чаще и чаще стискивал зубы, чтобы не заорать:

- Антошка, ты хотя бы покричи, что ли, или поплачь, может так легче будет? - предложила Ритка, - А то еще до финала ууууу как долго, - ремень снова свистнул, и я не выдержал:

- Ой, мамочки, больно-то как! Не могу! Мочи нету, ой, прекратите, - я попытался рукой прикрыть свою попу.

- Ну-ка, Светик, помоги, - Ритка отбросила ремень. Не успел я сообразить, что происходит, как мне тут же связали руки и ноги, веревки были приготовлены заранее, - А за то, что попытался помешать, получишь еще 25, ясно?

- Ну, вы и охренели, - пытался сопротивляться я, - Ну-ка, пустите, и немедленно, - я дернулся, но веревки крепко меня держали.

- Ой, Антошенька, успокойся, - проворковала Светка, - Нам так этого давно уже хотелось, что пока сто ударов не получишь, даже не мечтай от нас отделаться, - я аж вспотел, сто ударов, с ума сойти, одурели, я и четверти-то не могу перенести, а тут сто:

- Вы чего? Белины объелись? - я попытался встать, - Немедленно развяжите, живо, я вам покажу.

- Ну, вот видишь, Светик, все парни одинаковые, все только и грозят, а сами ничего не могут, вот. Теперь ему придеться всыпать все 120, - проговорила Ритка.

- 120! Обалдеть! Да вы рехнулись! - завопил я, - Лучше отпустите, а то так поколочу, что, - договорить я не смог, Ритка засунула мне в рот мои же трусы.

- Помолчи, маленький, и смирись со своей участью, ровно 150 и ни капли меньше, вот! - у меня в мозгу пролетело, еще недавно было сто, а теперь, я притих, черт знает, что они еще придумают, мне и этого хватит.

Теперь порка продолжалась с разного рода комментариями, говорили они по очереди, то Ритка, то Светка. У меня глаза лезли на лоб, больно было и очень, и я не выдержал и заплакал.

- Ну, вот видишь, Светик, вся его хваленная мужественность улетучилась, а мы его только лишь 45 раз щелкнули, а он уже расплакался, как маленький, чудно как-то, - Ритка выговаривала мне и продолжала стегать мою попку ремнем. У меня от каждого удара все сжималось внутри. И я ревел по-настоящему, мне было себя очень и очень жалко.