Стих 1. Она

Скользящий шелк простыней, тихое прерывистое дыхание, нежные поцелуи, тонкие, почти неощущаемые и в тоже время безумно чувственные прикосновения кончиков пальцев, жадные губы, страстные покусывания; в этот момент ласки дикой неприрученной и в тоже время мягкой домашней кошки свились в одном клубке необузданной нежности. Впившиеся в шею зубки, ощущение которых создало неожиданный прилив еще большего желания, покалывания от острых коготков вверху спины, тонкие пальцы, хватающиеся за волосы и, то притягивающие, то отталкивающие голову для очередного безумного поцелуя.

Когда я увидел ее впервые, то поразился, будто бы проник в меня ее образ. Она подошла ко мне, такая простая, в джинсах, обтягивающих стройные ножки и бедра, в голубой кофте на замке, с маленькой кожаной сумочкой через левое плечо и в белых туфельках. Она остановилась, поправила гриву каштановых волос, в которых золотом играли лучики вечернего весеннего солнца, засунула ладошки в карманы тесных джинсов и улыбнулась. Это было сексуально, совру, если скажу, что мне не хотелось ее в тот момент; но даже не безумно привлекательная фигурка, вид которой еще заочно поднимал во мне всё, в прямом смысле этого слова, нет, с той самой минуты именно ее улыбка стала самым чудесным открытием в моей жизни, хотя я еще и не подозревал тогда, сколько всего мне придется пережить из-за этой улыбки. Она была прекрасна, прекрасна в своей простоте и наивности шальной девчонки из соседнего двора, которой тайно восхищаются все мальчишки в окрестности. Я увидел ее и понял, что готов на всё, лишь бы быть с ней.

В обращении со мной она не церемонилась. Никакого флирта и заигрывания с ее стороны я не ощутил, зато четко ощущался холодок. Холодок, пробежавший по моей спине, когда я коснулся ее руки, ее длинных пальцев, соединился с безумным желанием почувствовать прикосновение этих пальцев на моей коже, узнать также ли нежна кожа на всем ее теле.

До этого момента моя жизнь представлялась мне обустроенной, четкой и ясной. Работа, от которой я получал удовольствие, а также приличный денежный доход; друзья, с которыми можно было веселиться по полной; встречи на одну ночь. Много тел, которые так и остались лишь телами для удовлетворения основного инстинкта.

Ее мне захотелось выпить без остатка, вобрать в себя, сделать частью себя или стать частью ее.

Разговор наш не клеился. Я неловко шутил, чувствуя себя абсолютным придурком, потому что в моей голове не было ни одной четкой мысли, все они были поглощены лишь желанием, желанием залезть в эти ее узкие джинсы, стянуть эту милую кофточку, ощутить жар между этими прелестными ножками, целовать ее везде. Больше всего я хотел пробудить в ней желание стать моей. Ее, казалось, мое присутствие нисколько не радовало, а даже немного раздражало, она улыбалась моим шуткам как-то из-под тешка, спрашивала лишь бы спросить, отвечала лишь бы ответить. И таким ее поведением я был, мягко говоря, ошарашен. Не то чтобы я ожидал, что она бросится целовать меня, как только увидит, или будет смотреть с благоговением и восторгом, но все же я надеялся хотя бы на какое-то проявление симпатии к моей персоне. Ведь она согласилась на эту встречу. Когда я все же спросил, будет ли всё так, как договаривались, и она утвердительно кивнула в ответ, мне стало легче. По крайней мере, этот вечер я проведу с ней.