Покорная предосторожность

Топор лёг в ладонь так, как будто являлся продолжением руки

и моей частью. У нас одна судьба с ним и одна дорога, промелькнуло в голове.

Озноб пробежал по моей гусиной коже. Стоп, да ведь я обыкновенный

гусь, а это галлюцинация от холода и резкого, сырого ветра.

Из круга таких мыслей меня вывел бравый старик. Он выхватил топор и начал

им наносить сильные удары по моей голове, рукам и предплечьям, приговаривая,

что я молод, а ему ещё жить да жить. Сначала я уворачивался, а потом

высшее умиротворение овладело всем моим существом, я перестал сопротивляться и позволил деду разрубить себя на куски.