Как меня пытались отодрать художник, дворник и слесарь

Ремонт у подружки может закончиться самым неожиданным образом. Что и подтверждают нижеизложенные жизненные наблюдения.

На третьем курсе у нас началось повальное увлечение стилем «модерн». Молодые люди щеголяли в пиджаках немыслимых покроев, девушки изобретали из банального платья и двух ленточек такое, от чего рыдали хором Сальвадор Дали и Даниил Хармс.

Увлечение сказалось не только на одежде, но и на квартирах, где мы обитали.

Ника и Соня, снимавшие хату где-то на окраине, сделали из своей комнаты такой сюр, что квартировладелица попросила их съехать в кратчайшие сроки.

Вадик Никутин наклеил у себя обои ядовито-оранжевого цвета, по полочкам расставил битые бутылки, а на двери мастерски изобразил Джоконду с вампирскими клыками.

Наши родители бились в тихой панике, но противостоять такой заразе тяжело, особенно когда она приобретает массовый характер.

Последней жертвой сей моды пала Ника Залепчук, милая украинская девушка, приехавшая откуда-то из-под Харькова. Жила она себе спокойно в своей деревне Малые Несуразности, или как то там еще, и не знала-не гадала, какие приключения и искушения готовит ей большой город.

Ну вот, значит, Ника и собрала у себя компанию в количестве человек десяти, чтобы помочь ей в преобразовании ее жилища под наши замороченные стандарты. Среди приглашенных кого только не было! Коля Иванов учился в архитектурном институте, но уже тогда был известен как неплохой художник. Толик Невиномысов только-только закончил филологический, но работал совсем не по гуманитарной профессии и по утрам махал метлой у себя во дворе.

Но самой колоритной личностью являлся, конечно, Серега Задонный. Он был самым старшим из нас – что-то около тридцати ему стукнуло. Эрудированный был до безобразия: легко на память цитировал Шиллера, Гете и Шекспира, причем иногда в оригинале. Но при этом трудился слесарем в местном жэке. Уж не знаю, с какого перепугу у него такая биография, но жизнь нам иногда подбрасывает еще и не такие сюжеты.

Короче говоря, ковырялись мы у Ники в квартире с раннего утра и до позднего вечера. В итоге комната Ники стала таким замечательным цветным пятном, что аж в глазах рябило.

Ну, трудовые подвиги, как положено, надо отмечать крепкими напитками. А поскольку в процессе, так сказать, творчества, мы уже активно успели «нагрузиться», то с координацией движений, сами понимаете, было не очень.

Как многие женщины в нетрезвом состоянии, я начала отчаянно флиртовать со всеми мужчинами в комнате. А флирт – дело увлекательное. Одним словом, спохватились мы уже часа в три утра, когда никакой транспорт уже не ходит.

– Ладно, – говорит Толик. – Надо собираться по домам. Сначала Машку проводим, она тут ближе всех живет, а потом и сами разбредемся.

– Спасибо, мальчики, – говорю. И пытаюсь встать с пола.

Не получается!

Еще одна попытка – сижу как приклеенная.

Хотя почему это «как»?

– Ой, мама, – говорю. – Тут же клей, кажется, кто-то разлил. А я ровно в него села.

Парни на меня участливо так посмотрели.

– Джинсы жалко, – с сожалением произнес Серега. – Они уже испорчены – это точно.

– Да ладно, – отвечаю. – Мне их не особенно жалко. Это так – рабочая одежда.

– Ну, – говорит Серега, – тогда держись, сейчас я тебя попытаюсь оторвать от пола.

Тянет он меня за руку, слышу – характерный треск ткани.

– Стоп! – Кричу. – Вы мне так джинсы порвете!

Ника Залепчук смотрит на меня с сожалением и виной. Ну конечно же – это по ее милости я попала в такую дурацкую ситуацию.

– А ты не можешь как-то из джинсов выскользнуть? – Спрашивает она.

Я только угрюмо головой покачала.

– Спокойно! – Вмешивается Толик. – Мы все делаем не по науке. Растворитель тут есть?

Растворителя не оказалось.

– Хорошо, – не унывает Толик. – Попробуем по другому. Коля, бери ее за одну руку, я за другую. И тянем!

Художник Коля подошел ко мне слева, Толик справа. Взяли огни меня за руки. Тянут. Трещат джинсы.

Ника предлагает:

– Машка, да пусть они тебе джинсы порвут, у меня есть, я тебе дам другие.

– Дура ты, Ника, – отвечаю я. – У нас комплекция совершенно разная. Я в твои штаны не влезу!

Тянут меня парни дальше. Серега сзади подошел и пытается меня снизу подпихнуть, чтобы джинсы не так сильно рвались.

Минуты три парни пыхтели. Но ничего не получается. Клей хороший оказался. Пришлось сидеть до утра. А потом кто-то сбегал в магазин за растворителем, и меня отклеили.

Вот так меня и пытались отодрать сразу три мужика.

А вы ж, небось, о другом подумали?

Фу, какие вы испорченные!