Как Виталик порвал мою киску
Виталик – это вообще старый друг, которому я полностью доверяла. Кто бы мог подумать, что он будет способен на такой поступок…
Я тогда училась в предпоследнем классе, и , честно говоря, была уже жутко замотана всеми этими литературами, языками и прочими ненужными науками. Меня интересовала только биология и химия. Родителям я прямо сказала, что хочу быть биологом, в общем, они меня поддержали.
Единственная учительница, которая от меня была в полном восторге, это была, естественно, наша биологичка. У нее я имела твердую пятерку, и вообще, отмазывала она меня от всех остальных преподов как только могла.
В один прекрасный день она мне и говорит:
– Тут у нас по новой программе предлагают лучшим ученикам провести уроки в соседних школах. Я тебя рекомендовала. Ты подготовь что-нибудь интересное. А тогда тебе зачтут экзамен автоматом, да и Людмила Константиновна обещала закрыть глаза на твою учебу.
Константиновна – это наша классная руководительница, учительница английского. Все никак не могла смириться, что я ее предмет плохо знаю.
Ну ладно, если такое дело, можно и урок провести.
Выбрала я себе тему «млекопитающие». Три дня сидела в библиотеке, книгами обложившись, все переводила научный язык на детский.
Но там же еще нужно и картинки какие-нибудь, для наглядности. А вот рисовать я и не умею. Можно, конечно, из книжек что-то вырезать и отксерить, или на компьютере распечатать, но времени мало было.
И тут я вспомнила про Виталика. Он же художественную школу закончил!
Звоню я ему и говорю:
– Виталик, мне помощь твоя нужна. Нарисуй мне кита, ежа и кошку.
– А зачем тебе? – Спрашивает он.
Объясняю, зачем.
– Вот ты нехорошая, – говорит Виталик. – Вспоминаешь обо мне только когда надо что-то сделать. Нет чтоб просто позвонить…
– Ну , Виталик, ну пожалуйста…
– Ладно, сейчас приду.
Звонит он в дверь, открываю ему. А Виталик – парень красивый. Он помимо художки еще много чем увлекался, в том числе и бодибилдингом. Фигура – просто загляденье.
Заходит он , мрачный такой.
– Давай, – говорит, – бумаги и краску. – Буду тебе художествовать.
Я ж ему все дала, вокруг него порхаю. А он все угрюмее и угрюмее становится. Нарисовал он мне ежа и кита, начал с кошкой мучиться.
– Никогда мне кошки хорошо не давались, – бурчит.
А меня кто-то за язык потянул, я и брякнула:
– Ну так правильно, это ж , небось, сложнее, чем Джоконда!
– Ах так, – разозлился Виталик, – тогда и рисуй сама!
Вскочил, развернулся и ушел. А на пороге остановился и рисунок почти готовый с кошкой дернул резко – и на две части!
Вот так Виталик и порвал мою киску.
А вы ж, небось, о другом подумали?
Фу, какие вы испорченные!