В парке

В ночном парке горели одинокие фонари, освещая густую зелень деревьев и было очень тепло. Ты шла рядом и я любовался тобой, твоей манящей улыбкой и лукавым, многообещающим взглядом. Иногда ты оборачивалась ко мне лицом, и шла передо мной, и что-то говорила такое веселое и увлекающее.

На тебе было легкое белое платье, которое почти ничего не скрывало, а соблазняло. Иногда налетал ветерок, который играл с тобой, твоими волосами, твоей одеждой. Казалось, что он скромно и несмело заигрывал с тобой и говорил мне: "Ну что же ты ждешь?". Вот он коснулся твоего лица, поиграл с твоими волосами, и оставил на время их. А иногда подкрадывался к тебе со спины, чего я, правда, не видел, и играл с подолом платья, обнажая такие прекрасные и влекущие ноги. Ты смеялась и даже не пыталась придерживать его, а иногда казалось, что ты сама помогаешь ветерку быть чуть смелее. И весь твой облик говорил мне: "Ну что же ты?".

А я не мог налюбоваться тобой, такой очаровательно-загадочной в темно-зеленом сумраке парка. Мне хотелось смотреть на тебя бесконечно долго, смотреть, как ты кружишься и смеешься, и я боялся прикоснуться к тебе, чтобы не спугнуть этот чудный и волшебный миг. А иногда ты подбегала к клумбе, наклонялась к цветам, что источали в ночи дурманящий запах, или приседала перед цветком, очаровавшим тебя, смеялась и игриво звала меня полюбоваться совершенством цветка. Я подходил к тебе и запах твой, запах цветов, запах всей прекрасной ночи кружил мне голову.

Стоя рядом с тобой, ты, то ли случайно, то ли намеренно, наклонялась, и в разрезе платья я видел твою прекрасную грудь. Ты улыбалась и не старалась скрыть от меня то, что так влечет. И ветерок, словно отвлекаясь от любования тобой, опять начинал играть с тобой, открывая мне все больше и больше.

Желание обнять тебя и прижать к себе завладело мной.

Я подошел к тебе, ты стояла ко мне спиной, закинув руки за голову и наполненная той грацией и изяществом, что присуще пантере в часы ее блаженства и отдыха.

Мои руки обняли тебя чуть ниже живота, и я прижался к тебе всем своим естеством. Ты вздрогнула и повела бедрами, лаская меня и пытаясь почувствовать мое желание и страсть.

Мои руки скользнули чуть ниже, я чувствовал всем своим существом жар твоего возбужденного тела, и желание, переполнявшее нас обоих.

Я уже давно понял, что на тебе нет ничего, кроме этого безумно возбуждающего платья, что его тонкая, полупрозрачная ткань только распаляет твое желание одним прикосновением к твоему телу. Так мы стояли, прижавшись и лаская друг друга своими телами.

Ничто в мире уже не существовало для нас, только ты и я, только я в тебе, и ты во мне. Так продолжалось бесконечно, пока вдруг не унес нас с собой в высь долгий твой стон наслаждения и мой крик ликующего зверя.