Мия 2 Часть 2

Мия. 6.

«Папа, папа, мне подарят на день рождения мантикору? » Завтра мне семь. По традиции юная принцесса Керона получает в этот день редкое животное, о котором будет заботиться и отвечать за него. Я мечтаю о большом крылатом коте. Мечтаю давно, с тех пор, как увидала рисунок в старинной, еще рукописной, книге. Отец показывал мне изображения удивительных животных и рассказывал о них: «Это Мантикора – удивительное создание с телом пантеры, крыльями дракона и заостренным, как у скорпиона, хвостом. Посмотри, у нее человеческое лицо. Эти животные настолько привязываются к своему хозяину, настолько тонко чувствуют его, что перенимают его черты».

Очень боюсь услышать, что я слишком плохо вела себя, чтобы получать такие подарки. Вчера Бэт застала, когда руки мои были внизу под платьем. Я так увлеклась и забылась, что не услышала, как старая нянька зашла в комнату. Наверное, она стояла и наблюдала за мной несколько минут.

«Мия! » - звучит как ковш ледяной воды на голову и плечи.

Такое чувство, что падаю на дно глубокой ямы. Все падаю, падаю, а дна нет. Внутри, в груди горячо, сердце стучит в ушах, а коже так холодно, что я мгновенно покрываюсь мурашками.

Посмотрела на свое отражение в зеркале. Я сижу на стуле в центре своей комнаты и жду. Спина прямая, руки, сложенные на коленях, перебирают подол платья. Расправляю его. Так нельзя. Надо остановиться. Надо усилием воли заставить лежать на одном месте эти непослушные руки. Снова перевожу взгляд в пол. Так мне приказала сидеть рассерженная Бэт, отправляясь с докладом к матери.

- Сядьте на этот стул, принцесса! Подумайте над своим поведением. Я запрещаю вам вставать, пока не придет ваша матушка.

Я маленькая и глупая, и все они виноваты - эти руки, зачем лезли туда?

Пришла мама, и я виновато смотрю на нее, не зная, встать или остаться сидеть.

Она обнимает меня, и я плачу, уткнувшись в нее лицом.

- Мамочка, прости. Я же хорошая девочка, ты с папой не перестанешь любить меня?

- Ну что ты! Ты моя девочка, моя хорошая девочка, конечно, не перестану. И папа не перестанет. Глупенькая, кто сказал тебе, что за это можно перестать любить?

- Бэт рассказывала, - говорю я, глотая страх и слезы, - что девочка на конюшне трогала себя внизу и за это ей там все зашили, а родители выгнали из дома.

- Боги, какая несусветная чушь. Это все сказки неразумных старух для маленьких глупых девчонок. Конечно, такого не бывает, - и через паузу, - давно ты нашла у себя это место?

- Не помню, мамочка. Но там очень…

Мать закрывает мне ладонью рот и целует в лоб. «Ничего не бойся. Все хорошо. И тебе хорошо. Я знаю. В твоих действиях и желаниях нет ничего плохого. Просто не прикасайся к себе – к этому месту, когда тебя может кто-нибудь заметить, делай это когда ты совершенно одна». Мама гладит меня по волосам, ее руки пахнут лаской, какими-то тонкими духами, а еще немного отцом – табаком, который он любит.

- Ма, а мне подарят мантикору? - отрываю лицо и смотрю вверх в мамины глаза, ищу в них ответ. Вопрос сам вырвался из моего рта, а сердечко замерло где-то глубоко в груди.

Мать улыбается, ее горячая ладонь скользит по моей щеке.

- Ложись спать, детка, – говорит мама и целует меня в лоб.

Слезы высохли, я успокаиваюсь и засыпаю.

На следующий день, когда, чуть приоткрыв глаза, осматриваю спальню, вижу молодую девушку. Она, будто почувствовав, что я уже не сплю, поворачивается и улыбается – «Меня зовут Тея. Я - Ваша новая няня», - произносит она. Вылезать из кровати совсем не хочется, и я притворяюсь, что еще сплю. Прячусь в подушку, радостная от того, что старой зануды Бэт с ее страшными рассказами больше нет со мной.

- Вставайте, принцесса. Вам надо подготовиться. Сегодня Ваш праздник. Пир. Гости начали прибывать еще со вчерашнего вчера. Вам надо выглядеть так, чтобы Ваши родители гордились Вами.

Я переворачиваюсь и открываю глаза. Теперь я могу рассмотреть свою новую служанку. Высокая, стройная, она двигается быстро, но плавно, наводя порядок в комнате и складывая мою разбросанную с вечера одежду. Я даже не помню, как вчера разделась и легла в постель. У Теи светлые волосы, заплетенные в тугую толстую косу, внизу они перехвачены тонким реме кожаным и перехвачены темной лентой. Задорные и немного хитрые искорки прячутся за лесом длинных ресниц в глубине серо-голубых глаз. Длинные руки, тонкие длинные пальцы. И вся она

Она милая и мне очень нравится.

Она кажется веселой, уютной. К ней хочется прижаться. Но я понимаю, что мои капризы на нее не подействуют.

На шее у девушки очень тонкий кожаный ремешок – ошейник, означающий, что она принадлежит. Маленький значок герба ее хозяина я не могу никак разглядеть. «Ну и ладно, потом увижу», – решаю я.

- Подъем! – Тея одним движением стаскивает с меня одеяло.

- Нет! Что ты делаешь. Как ты… - я не успеваю договорить.

– Ванна готова, принцесса, - Тея, кажется, совсем не обратила внимания на мои протесты.

Я сижу в теплой воде с закрытыми глазами. Тея моет мне голову. Тонкие длинные пальцы скользят в волосах.

- Юные барышни должны быть чистыми, - приговаривает няня. - Вставай, вымоем все остальное.

Мягкая губка скользит по телу, оставляя за собой пенный след. Шея, спина, грудь, живот. Тея аккуратно проводит между ножек, и я вздрагиваю. Девушка внимательно смотрит мне в глаза и улыбается уголками губ.

- Следи за собой там. Придет время, и ты отдашь себя своему Господину. Мастеру. Отдашь целиком и полностью.

- Я знаю. Это не страшно? Это очень больно? У тебя же есть Хозяин, ты знаешь!

- А не рановато ли тебе задавать такие вопросы?

Я, прикусив губу, исподлобья смотрю на нее. В ответ Тея улыбается и становится очень серьезной. Смотрит на меня не моргая, на мгновенье в ее глазах блеск и сталь. От неожиданности я закрываю глаз.

- Девочка, это не простая боль и не простой страх. Проходя через них, ты становишься настоящей. Страх укрепляет принадлежность и любовь, а боль оборачивается наслаждением, столь сильным и глубоким, что другим способом его и не получить.

Когда я снова смотрю на няню, в ее взгляде тепло и улыбка.

Кажется, я слишком сильно прижалась к ее руке. Девушка остановила меня звонким шлепком по попе.

- Ой!

– Не шалите, принцесса.

Я сижу у окна, солнце наполняет комнату. Зайчики отражений играют на стенах. Интересно, это день такой или моя новая служанка принесла в мои покои горсть звонких солнечных камушков и рассыпала их по комнате, пока я спала, или этот свет исходит от нее? Тэя расчесывает мои волосы, а я смотрю на то, что происходит внизу. Ворота внутреннего замка раскрываются. Во двор въезжает крытая повозка в сопровождении четырех рыцарей. На их доспехах герб в виде красного крылатого льва, на котором сидит воин в серебряных доспехах. Навстречу гостям выходят отец, старый Майстер Илизис и мастер над животными Коэн – управляющий королевским зверинцем и бестиарием.

Я вскакиваю со стула и повисаю в окне. Мальчишка оруженосец приподнимает полог повозки. Коэн осторожно вынимает из повозки большой предмет, плотно закрытый черной материей, и уносит его. Отец приглашает рыцарей войти. Они скрываются под сводами замка.

- Ты видела, ты видела! Это точно она! - скачу вокруг няни.

- Мия, сядьте. Вы все увидите и узнаете, – отвечает серьезным голосом Тея. И с улыбкой добавляет. – В свое время или чуточку позже.

Потом мы с Теей долго выбираем мне платье, примеряя то одно, то другое. Я с удовольствием верчусь перед зеркалом, а няня, отступив на шаг, осматривает, что получилось. Когда я готова, служанка быстро одевается сама, меняя будничное платье на соответствующий наряд. Затем достает из ларчика маленький тюбик с краской для губ.

- Так-то лучше, – девушка любуется своим отражением.

- Я тоже хочу. Мне уже семь - мама говорила, что я родилась на рассвете, а значит, мне можно. И вообще, я принцесса.

Няня смотрит на меня строго. Я смущаюсь, краснею и добавляю – «Пожалуйста».

Теперь мы готовы. Широкая парадная лестница приводит нас в Большой чертог. Мы заходим в зал, я впереди и Тея в нескольких шагах позади.

В дверях меня встречает отец. Он берет меня за руку и подводит к большой клетке, покрытой плотной тканью. Сердце стучит в груди. Я слышу приглушенное мурлыканье и угадываю, кто там внутри. Хочется взвизгнуть, подпрыгнуть и обнять отца, но я сдерживаю радость. Стараюсь выглядеть взрослой и серьезной.

Разговоры гостей как-то сразу стихают, а потом замолкают вовсе. Слышен только голос отца.

- Ты знаешь, что у мантикоры может быть только один хозяин?

- Да, только один и на всю жизнь, - я говорю слова, которые уже давно выучила наизусть. В горле сразу же пересохло, и мой голос стал ниже.

- Ты будешь связана со своей мантикорой, она будет чувствовать тебя, твое настроение и желания, твою радость и боль, твой испуг и отвагу. Говорят, некоторые животные способны понимать мысли своих хозяев. Через несколько лет ее морда приобретет черты твоего лица. Вы научитесь общаться безмолвно. Ты сможешь сделать ей очень хорошо или очень больно, она умрет, если ты прикажешь.

Я пугаюсь, но прикусив нижнюю губу, молча киваю головой. Сама стаскиваю покрывало. Темный, почти черный, котенок лежит в клетке. Кожистые крылья сложены вдоль тела. Мантикора приподнимает голову, и я ловлю ее взгляд. Новорожденные, недавно открывшиеся, серо-голубые глаза. Мы смотрим друг на друга, глаза в глаза. Ее мурчание отдается у меня в сердце, животе, в голове. Заполняет все тело. Я плыву в нем, растворяюсь. Кажется, весь мир вокруг меня вибрирует, подчиняясь ритму этого звука. Время повисает, я больше не чувствую своего тела. Исчезают комната, люди вокруг, их негромкие голоса. Все исчезает в нигде. Остаются только кошачьи глаза и низкий негромкий рокот. Животное медленно опускает ресницы.

Я все не смею отвести взгляд и жду, жду, жду, жду, жду. Когда глаза открываются вновь, они моего шоколадного цвета. Котенок просовывает свой большой нос через прутья клетки и тычется мне в ладонь. После этого я открываю дверцу и беру малыша на руки. Она устраивается и засыпает, уткнувшись носом в грудь и обвив хвостом руку. Все вокруг появляется вновь. Мир постепенно возвращается, проявляется, создается вновь.

Я устала настолько, что не могу даже стоять, ноги подгибаются сами собой. Отец вовремя подхватывает меня на руки и относит наверх, в мою башню. Тэя следует за нами. Чуть позади мастер над животными несет клетку с моей крылатой кошкой.

Отец опускает меня полусонную на кровать. Няня помогает снять тяжелое парадное платье, укрывает. Отец склоняется надо мной и целует в щеку

- У тебя был очень сложный день, доченька. Ты прекрасно справилась. Спи, моя хорошая.

У окна, на специальном подиуме, стоит клетка. Я поворачиваюсь, чтобы перед тем, как уснуть, еще раз взглянуть на свой подарок.

Сквозь облака и предутренний туман проступаю верхушки башен внешнего города. Кое-где, сквозь разрывы дымки виднеется широкая лента реки. Взмахами широких крыльев мантикора набирает высоту. Я обнимаю ее за шею и прижимаюсь щекой к теплой шкуре. От ветра слезятся глаза, и я их закрываю. Образы медленно проступают в моей голове. Они такие и не такие, как были минуту назад. Мир глазами моей кошки. Ветер и скорость спутывают волосы. Мы несемся навстречу восходящему солнцу.